Чтение онлайн

— Ну, мне-то его в рот не брать. — его потянуло на юмор.

— У меня принципы! Ни грамма в рот, ни миллиметра в попу! — провыла я как пароходная сирена.

— Сейчас мне вообще не интересны твои принципы, у меня, знаешь ли, тоже они есть… — стал что-то нашаривать рукой на кровати.

— Я тебе укол с ядом сделаю, — в панике потерять «вторую» девственность стала угрожать.

— Да-да, сопротивляйся, когда ты беззащитная — меня это ещё сильней заводит, крошка.

Он отстраняется и я чувствую удар ремнём по попе и взвизгиваю

от боли.

— Ата-та. — приговаривал ковбой и снова замахивался ремнём, — Это тебе за ночные игрища с ремнём.

— Больно! — запищала я и облегченно вздохнула — он таки решил просто отшлёпать…

— Зато будешь помнить, что гадости делать не рекомендовано — отдеру по-полной!

— Ата-та. — снова ремень звонко шлепнул по моей голой попке, — Это тебе за моё внезапное отцовство.

— Ну, больно! Я всё поняла! Ты что совсем больной? Шуток не понимаешь!

— Ата-та, — на этот раз шлепок был последний, но скажу, что качественный — сидеть будет больно, — Это тебе за госпожу, я не поддаюсь доминированию.

Он лег сверху, убрал мои волос с уха и прошептал:

— А может всё-таки пошалим? У меня вон уже всё давно готово. — в подтверждении сказанного потёрся своим агрегатом.

— У меня на такого дебила, как ты, не стоит! — заверила его.

— Знаешь, а мне определенно начинает нравится садо-мазо. — искренне признался сосед и чмокнул меня в горящую огнем задницу.

— Ты, мерзкий извращенец, отпусти! У меня руки затекли. — продолжала я ныть.

— Лиса, давай всё забудем и помиримся — я забуду твоё враньё, ты забудешь, что я тебя ремнём порол и будем дружить. Ты такая забавная. А нашу дружбу можно скрепить хорошим таким сексом.

— Будешь скреплять дружбу со своей правой рукой! Ты меня не возбуждаешь, у тебя… у тебя….ноги кривые, — захотелось мне его обидеть, но сморозила глупость.

— У тебя на заднице целлюлит! — ох, как безбожно врёт!

— А у тебя лохматость повышена, бабуин! — показала язык.

— А у тебя грудь маленькая! — тут удар был по-больному.

— Зато своя! Твоя писька по размерам напоминает пипетку! — детский сад продолжался

— Никто не жаловался. Всем нравится.

— Они все со зрением минус двенадцать, вот и не поняли подвоха!

— Это у тебя проблемы со зрением, конечно, у меня не как у коня… но пользоваться им прекрасно умею! — гордо объявил возомнивший-себя-Казановой.

Я повернула голову, с отвращением посмотрела на его орган и заявила:

— Явно не мой размерчик. Принеси лупу, получше рассмотрю твой крюшончик.

— На него не надо глядеть, его надо чувствовать и получать удовольствие.

— Пожалуй, я лишу себя такого сомнительного удовольствия.

— Подумай, вдруг тебе больше не представится такой возможности. — искушал змей.

— Да будь ты последним аю, я достойна большего. И вообще, развяжи руки — они затекли. — Он послушно освободил меня от оков.

— Лиса, хватит прикалываться! — разозлился Тошик, — Думаешь после

твоих подколов у меня появятся комплексы неполноценности? — встал с меня и вышел на середину комнаты, — И этого тебе мало? — приняв величественную позу, демонстративно показал предмет обсуждения.

Статуя Давида Микеланджело и рядом не стояла, настолько это было эротично, что я уже мысленно стала прикусывать свой поганый язык. Размер был что надо!

Я ошеломлённо на него уставилась, пытаясь придумать какую-нибудь очередную гадость ему в ответ. Но в голову пришел только один вопрос: «Господи, а когда у меня последний раз был мужчина?». Неужели я так оголодала в сексуальном плане, что позарилась на соседа и вот сижу, и любуюсь его телом.

— Ну, так что?

Ответ нашёлся не сразу.

— Тох, мы не дети в детском саду друг другу пиписьки показывать. Ничего удивительного у тебя нет. Всё как у всех: два яйца, посередине колбаса.

— А ведь глазки блестят — хочешь же. — подстрекательски так.

— Будь ты последним мужиком на свете — не воспользовалась бы твоими услугами. — Порой мне кажется, что мой мерзкий язык живёт своей жизнью.

— Да ну тебя, с тобой даже трахаться наверное невозможно, во время секса ты бормочешь всякую ерунду.

— А тебя никто и не просит!

— Вася, достала! — взбесился он, — Ты ещё будешь умолять меня, но я буду не приклонен!

— Ещё чего! — я уже взглядом нашла свои разброшенные по всей комнате шмотки и встала, чтобы поднять и надеть.

— А я тоже так возьму и пошлю тебя на хер.

— У тебя глупые фантазии. Я никогда тебя не стану уговаривать, помимо тебя на земле живет дохрена мужиков, которых не нужно умолять.

— Дура. — обиженно пробормотал он, стоя уже одетым.

— А я — Лиса. Приятно познакомиться. — представилась я, ища пропавший лифчик под кроватью.

— Одевайся и проваливай, дурища.

Да и хрен с этим лифоном — не обеднею. Надела кофту и потопала к двери, по пути слушая проклятия сыпавшиеся мне в спину:

— Да чтобы ни у одного мужика на тебя не встал….

— Если ты онемеешь — я на тебе женюсь…

Разозлившись, взяла его же тапок и кинула в него, чтобы перебить его словоизлияния в мой адрес, но он во время увернулся. Тапок спикировал на комод, и раздался звук бьющегося стекла — это было зеркало. Поняв, что простым «извини» мне не отделаться, поспешно покинула вражескую квартиру, прихватив обувь.

Дверь мне открыл Виталик, треплющейся с кем-то по телефону.

— Это, киска, будильник… ну он ещё раз звонил, я забыл его отключить, ага — пребывающий-в-командировке Виталик так объяснил звонок в дверь.

— Сервис хороший, да, постель поменяли…

— Уже позавтракал…мне привезли еду в номер… — окинул меня взглядом и потопал обратно. Я поперлась за ним на кухню. Прижав плечом телефон к уху, он разговаривал, и одновременно готовил себе завтрак.