Соприкосновение
Шрифт:
– Я читала, что озеро Колдрон – одно из самых больших и глубоких озёр вулканического происхождения в Штатах. Миллионы лет назад здесь был громадный вулкан, а после извержения из его кальдеры образовалось озеро.
– Должен сказать, это действительно впечатляет. Значит, мы проведём отпуск на вулкане, правильно я понял? У нас будет что-то типа персональной пороховой бочки под кроватью?
– Он давно спит, и не проснётся ещё лет пятьсот, как минимум. Так что вулкан не испортит нам отдых. По крайней мере тот вулкан, что внизу. – саркастически улыбнулась Элис, намекая на взрывной характер Алана.
Они спустились по тропинке. Вход на мост начинался с самодельной декоративной прямоугольной арки, с которой свисала на цепях табличка "Остров ныряльщика". Подходя к дому, они спугнули с деревьев целую стаю
Элис, сумка которой была значительно легче, обогнала Алана и уже ждала на крыльце. Он невольно залюбовался её фигурой и блестящими в лучах закатного солнца светло-русыми волосами, разделёнными на пробор и уложенными в аккуратный хвост. Элис уже успела снять и повесить на перила крыльца свою любимую чёрную кожаную куртку, оставшись в рубашке, джинсах и высоких сапогах. Она умела выглядеть стильно в любой ситуации. Сам Алан одевался более практично, предпочитая чуть ли не всюду носить комфортную толстовку с капюшоном. Но сегодня, учитывая осеннюю погоду, к его обычному облику добавилась серая куртка с кожаными заплатами на локтях.
Подойдя к Элис, он откинул со лба растрепавшиеся от ветра, слегка вьющиеся чёрные волосы.
– Почему не заходишь внутрь?
Она демонстративно щёлкнула выключателем на крыльце. Света не было. В её серых глазах явственно читалось нарастающее беспокойство.
– О… ясно. Не переживай, скорее всего, в доме давно не было жильцов и хозяева просто выключили рубильник. Я зайду и посмотрю.
– Ты только поторопись, ладно?
У Элис была фобия – она ужасно боялась темноты. Даже у себя в квартире, что уж говорить про открытую местность в глуши, на другом конце страны.
Алан отпер дверь и, включив фонарик, принялся осматриваться внутри дома. Интерьер выглядел так, будто на дворе шестидесятые, а то и раньше. Дощатый пол местами укрывали ковры, на окнах висели занавески с жёлтым цветочным узором. Гостиная, столовая и кухня были совмещены. Посредине гостиной, у стены, находился грубо обложенный камнем дровяной камин, напротив него стоял явно видавший лучшие времена клетчатый диван. Возле дивана красовался часовой шкаф – этот предмет мебели ещё больше остальных просился в экспозицию какого-нибудь исторического музея. Другой шкаф у стены хранил коллекцию фарфора, совершенно заурядного, но зачем-то выставленного напоказ под стеклом. Погруженный в сумрак и отдающий сыростью, старинный дом производил несколько тягостное впечатление. "Впрочем, – подумал Алан – поздней осенью благодаря камину здесь должно быть довольно уютно". В угловой части гостиной, на небольшом столике, возле которого стояло кресло-качалка, он заметил коробку с книгами. Все четыре оказались сборниками поэзии и на всех стояло авторство некоего Томаса Зейна. Алан никогда не слышал о таком поэте, хотя судя по тиражам, его книги пользовались популярностью. Последняя, «Храм Тени и Тумана» практически могла соперничать в этом отношении с романами самого Алана. "Надо будет спросить у Элис, она больше интересуется стихами". Рубильника нигде на первом этаже не наблюдалось.
Алан уже приготовился искать распределительный щиток снаружи, когда на миг ему почудился едва заметный звук сверху, будто у кого-то под ногой скрипнула доска. Живое воображение сразу же нарисовало зловещую картину затаившегося маньяка-отшельника, поджидающего неопытных путешественников в своём логове. Отмахнувшись от глупых мыслей, Алан поднялся по лестнице. "Нечего здесь бояться. Грабители вряд ли позарились бы на эту древнюю хижину и уж точно не стали бы аккуратно взламывать хлипкий замок. Версия же с маньяком вообще смехотворна". Как он и ожидал, наверху никого не оказалось. Причиной встревожившего его скрипа вероятно стали мыши, живущие в стенах дома. Небольшую площадку между двумя комнатами верхнего этажа украшала, если можно так сказать, висящая на стене голова оленя.
Слева находилась просторная спальня с двуспальной кроватью и мягким зелёным креслом. Остальную часть второго этажа занимал рабочий кабинет. Его обстановка была довольно скудной: пара шкафов, пара стульев и письменный стол с лампой. Центральным элементом декора комнаты выступало внушительных размеров чучело совы, закреплённое над столом у самого потолка. Еще пара вороньих чучел висели по сторонам от дверей комнаты. Очевидно прошлые хозяева имели весьма своеобразное представление об уюте. Календарь на стене показывал июль 1970 года. В одном из шкафов на полке стояла фотография, на ней был запечатлён мужчина, облачённый в водолазный скафандр. Он стоял на пирсе возле дома и готовился к погружению. "Ну да, ведь это же «Остров ныряльщика». Чем ещё здесь заниматься. Хотя вряд ли озеро изобилует затонувшими кораблями и красочными рыбками". – подумал Алан. Закончив осмотр, он спустился вниз.– Эй, Алан, я нашла кабель! Он идёт вон к тому сараю.
В расположенном за домом сарае стоял старый, покрытый ржавчиной дизельный генератор. К счастью, он был заправлен, оставалось лишь включить тумблер и дёрнуть за ручку стартера. Со второй попытки генератор завёлся. Он громко тарахтел, бачок с топливом подёргивался, откуда-то сбоку немного дымело, но тем не менее, подача электричества шла исправно. В доме зажёгся свет.
– Отлично, Алан, у тебя получилось! – обрадовалась Элис. – Я немного освежусь и начну распаковываться.
– Хорошо, а я пока тут осмотрюсь немного.
– Конечно! Наслаждайся сколько хочешь, мы ведь давно не были на природе.
Элис послала ему с крыльца воздушный поцелуй и пошла в дом. Внимание Алана привлёк торчащий из земли посреди острова достаточно высокий пень. Верхняя его часть давно поросла густым слоем чёрно-зелёного мха а на боковой стороне было нацарапано сердце с надписью внутри «Т.З.+Б.Дж.». Похоже, на острове когда-то разворачивалась романтическая история. Алану очень хотелось верить, что в ближайшие дни это случится вновь. Он обошёл дом и сел на деревянные ступеньки крыльца. В нескольких метрах ниже виднелись воды озера, чистые но тёмные – судя по всему, здесь было очень глубоко. На крыльце стоял радиоприёмник, старый, однако ещё рабочий. После недолгих манипуляций ему удалось поймать сигнал. Голос принадлежал его знакомому с парома, видимо это была единственная радиостанция в Брайт Фоллс.
«… на Фестиваль Оленя уже начались съезжаться гости. Одного я видел на пароме… кстати, известный писатель, представьте себе. Посмотрим, удастся ли заполучить у него интервью. А теперь перейдём к звонкам. Слушаю, вы позвонили на станцию КэйБиЭф-ЭфЭм.
– Привет, Пат, это Роуз!
– Привет Роуз! Что скажешь?
– А я знаю о ком вы говорили. Это был Алан Уэйк, так ведь? Он мой любимый писатель. Мы с ним сегодня разговаривали в закусочной.
– Что ж, друзья, боюсь, тайное стало явным, надеюсь мистер Уэйк на нас не обидится. С вами Пат Мэйн на KBF-FM, а теперь – немного музыки в исполнении Шивон де Маре».
Алан негромко выругался. "Вот тебе и спокойный отпуск". Хотя наверное он зря надеялся, что официантка не разболтает всем о его приезде. Стоило просто смириться с неизбежным.
Солнце уже почти скрылось за горизонтом, над водой клубился густеюший с каждой минутой белый туман. Под мелодичные звуки женского вокала время текло незаметно, казалось в мире не существует больше ничего – только это озеро, красочный рубиновый закат, и остров с хижиной, где они будут вдвоём. Усталость накатывала размеренными приятными волнами. Наконец он сможет по-настоящему выспаться, отдохнуть… и на время забыть о работе. Просто побыть счастливым здесь и сейчас.
Он просидел так ещё минут двадцать, пока не решил, что пора присоединиться к Элис в доме. Зашедшее солнце давно сменилось жёлтоватым диском луны, на небе сквозь просветы в тучах замерцали первые звёзды. На первом этаже никого не было, но разумеется, горели все лампы и светильники, какие только имелись.
– Элис, ты наверху?
– Да, поднимайся! У меня для тебя есть сюрприз.
На перилах верхнего этажа висели её джинсы и рубашка. Сама Элис сидела на кровати в одних трусах и топике. Завидев Алана, она отложила газету, которую видимо купила в магазинчике около заправки.