Солярис
Шрифт:
— Какая же ты сложная девушка, Мила. Имею наглость напомнить, что я спас тебе жизнь, так что ты тоже моя должница.
— Вот блин, — выпалила я и усмехнулась — ты прав.
Алек просиял в ответ и протянул мне шлем.
— Не бойся, я больше тебя не подведу.
— Давай проверим, — лишь ответила я, усаживаясь на мотоцикл и обнимая парня покрепче.
***
Мы мчались на высокой скорости по городскому шоссе, с каждой секундой отдаляясь от Соляриса всё сильнее. Город остался позади, и сейчас нас окружали поля с пожухшей травой, над головой распростёрлось безоблачное небо, а тёплый ветер трепал влажные кончики моих волос. Черный мотоцикл вёз нас в сторону запада. Я и предположить
Пока мы неслись по залитой солнцем дороге, я прокручивала в голове одну мысль за другой. Когда я только села на мотоцикл, а Алек завёл мотор, мой взгляд невольно упал на школьное крыльцо. И прежде, чем мы успели покинуть парковку, я таки заметила возмущённое лицо Кристины, удивлённые взгляды других учеников и довольную ухмылку подруги. Надеюсь, что из этого не выйдет очередная школьная сплетня, как после дня рождения Инги. Не хотелось бы снова становиться объектом всеобщего внимания. Хотя кого я обманываю? Вероятность того, что эту сцену забудут приравнивается к скромности моей сестры, то есть к нулю.
Пока я размышляла о грядущей славе, Алек свернул в какой-то лесопарк. Новый пейзаж по-прежнему ни о чём мне не говорил, и я продолжала оставаться в неведении относительно нашего местоположения. Вокруг росли лиственные деревья, уже успевшие поредеть и немного озолотиться. Посмотрев по сторонам, я заметила, что вдалеке находится пара небольших строений, чем-то напоминающих ферму. Инстинктивно я перевела взгляд на Алека. Интересно, что же задумал этот парень?
Стоило подъехать ближе, как я поняла, что зрение меня не подвело — тёмно-коричневое здание, действительно напоминающее ферму, было высотой в два этажа и длинной примерно в сотню метров. В самом центре расположилось небольшое крыльцо, рядом с которым стоял красивый черный автомобиль, стoящий, по моим прикидкам, очень дорого. Алек притормозил рядом и заглушил мотор. Я моментально слезла с мотоцикла и сняла шлем, в нос сразу ударил приятный запах прелой листвы. Спутник последовал моему примеру, затем повесил свой шлем на ручку, а мой пристегнул сзади на тонкую металлическую рамку вокруг сиденья.
— А свой не пристегнёшь?
— Нет. Не волнуйся, не украдут, — усмехнулся в ответ Алек, снимая кожаные перчатки.
— Понятно, — лишь выдала я, переминаясь с ноги на ногу.
— Уже поняла, куда мы приехали? — лукаво улыбнулся он.
— Не совсем, но, кажется, догадываюсь.
— Пойдём, покажу тебе всё, — Алек подошёл ближе, взял меня за руку и потянул к входной двери.
Я молча последовала за ним. Его ладонь была тёплой и мягкой, невольно по моему лицу расплылась довольная улыбка. Внутри места оказалось намного больше, чем представлялось снаружи. В самом центре располагался массивный деревянный стол на коротких ножках, его окружали три кожаных дивана с подлокотниками. Еще в комнате находились два бильярдных стола, длинная столешница с кофемашиной и чашками, а также несколько плазменных телевизоров. В дальнем углу, сидя на кожаных креслах, двое мужчин о чём-то переговаривались. Когда мы вошли, один из них, тот, что постарше, встал и, извинившись, направился к нам навстречу. Краем глаза я заметила, что его собеседник, гладковыбритый темноволосый мужчина лет сорока пяти, со спокойным видом открыл газету и начал читать, словно ничего и не было.
— Алек, — незнакомец радостно поприветствовал моего друга, подходя ближе.
— Виталий Семёнович, — не менее радостно ответил парень, и они обнялись.
Виталию Семёновичу я бы дала лет шестьдесят — шестьдесят пять. У него был высокий мощный лоб, а также серые глаза, в которых
читалась настороженность. Короткие волосы, аккуратно зачёсанные назад, тронула легкая седина. Одет мужчина был в тёмные джинсы и фланелевую рубашку, рукава которой были наспех подвёрнуты. Когда он выпустил из объятий моего друга, по его лицу расплылась улыбка. И, на мой взгляд, она была довольно искренней.— Давненько ты сюда не захаживал.
— Дела, вы же понимаете.
— Ишь, какой деловой стал, — усмехнулся мужчина — неужто отец постарался?
Я нахмурилась, совершенно сбитая с толку.
— Виталий Семёнович, о делах потом, — Алек многозначительно посмотрел сначала на собеседника, а потом на меня, видимо, надеясь, что я этого не замечу. Разбежался! Однако мужчина явно правильно понял намёк, так как в следующий миг изменил тему разговора.
— А кто твоя очаровательная спутница? — вежливо поинтересовался он.
— Моя подруга — Мила, Мила — это Виталий Семёнович, хозяин «Вольного ветра» и мой старый учитель.
— Очень приятно, барышня, — он протянул мне массивную ладонь, в ответ я пожала её.
— Мне тоже.
— Вы не против, если я сначала проведу небольшую экскурсию? — Алек принял ангельский вид, отчего мне захотелось рассмеяться во весь голос.
— Конечно против, — сурово пробурчал хозяин.
— Спасибо большое, — улыбнулся приятель и потянул меня к дальней двери.
— Вот негодник, — засмеялся Виталий Семёнович и направился обратно к креслу.
За тяжёлой дубовой дверью оказалась небольшая, но довольно просторная площадка, откуда открывался потрясающий вид на желтеющий лес. Стрелка часов перевалила за пять вечера, и солнечные лучи уже начали приобретать оранжевый оттенок. Я подошла к краю, и посмотрела на безоблачное небо, представляя, каким прекрасным будет сегодняшний закат, а затем мой взгляд опустился на горизонт. Я сделала глубокий вдох. Нос сразу уловил запах сена.
— Мы что… — изумлённо начала я, и в эту секунду из-за стены раздалось лошадиное ржание.
— Да. Мы в конном клубе. Он называется «Вольный ветер», — продолжил за меня Алек.
Я лишь распахнула глаза от восторга, смешанного с ужасом. Затем мой спутник подошел к боковой стене и приоткрыл высокие ворота. Только сейчас я заметила, что мы оказались не просто на заднем дворе. Две деревянные стены, расположенные слева и справа от меня, на деле оказались высокими воротами-перегородками, отделяющими нас, как я могла предположить, от конюшен.
— Ты идёшь? — спросил Алек, тем самым возвращая меня к реальности.
— Конечно! — воскликнула я и поспешила следом.
Моё предположение оправдалось, здесь действительно была конюшня. На первый взгляд я насчитала около семи-восьми денников, и в каждом по лошади. Они были сделаны из гладкого дерева с металлическими решетками, выкрашенными в зелёный цвет, и оснащены по краям фонарными столбами. Алек прошел мимо нескольких кобыл, прежде чем остановился напротив большого вороного коня. Тот, завидев гостей, остался спокоен, хоть и издал характерное фырканье, видимо, в знак приветствия. На лице Алека проступили смешанные чувства: смятение, радость, нерешительность. Казалось, он был взволнован. Я подошла ближе и спросила:
— Знакомый конь?
— Да, — взяв себя в руки, ответил друг — подарок отца на десятилетие.
— То есть он твой? — изумилась я.
— Ну да, — усмехнулся Алек — правда, я не видел Буцефала почти два года.
— Из-за Лондона? — решила уточнить я, вспоминая историю об университете.
— Да, — подтвердил он, не смотря в мою сторону. — А ты внимательная.
Я немного засмущалась, но вместо благодарности спросила:
— Погоди, ты назвал коня в честь лошади Александра Македонского?