Солнечная девочка графа Майори
Шрифт:
— Миледи, что за ребячество?
— Это очень хорошее упражнение, как там говориться? Устами младенца глаголет истина, — она улыбнулась, — просто дай своему телу немного размяться, а мне надо сосредоточится.
— Хорошо, уговорили, — покачал головой дворецкий, начиная повторять упражнение за графиней.
Женевьева пыталась сосредоточится, выполняя упражнение, но быстро поняла, что у нее не получится. Она медленно «затушила» движение и остановилась, так же не открывая глаз. Значит, Лайт был прав, и нужно попробовать сначала сосредоточится на энергиях, а потом уже пытаться совмещать их с движениями. Она представила, как энергия столбом проникает в макушку, немного подержала
Еще немного покрутившись, она медленно остановилась. Рядом уже стоял Оскар:
— Миледи, — к ее ногам опустились балетки.
Она шумно вдохнула, наполняя легкие воздухом и немного разминаясь. А потом поблагодарила дворецкого:
— Спасибо.
Быстро надев обувь, она уверенной походкой направилась в беседку, чтобы забрать рабочие инструменты, помогая мужчине все убрать. Оскар забрал картину, и они неторопливо направились в дом.
— Как успехи с Вашим упражнением, миледи?
— Хорошо, надеюсь, в скором времени я смогу его выполнять полноценно, — она кивнула и открыла дверь, пропуская мужчину.
— Миледи, — он покачал головой, — это я должен открывать Вам дверь.
— Но, дорогой мой Оскар, у Вас заняты руки, — она прищурилась, — очень ценным предметом, между прочим. И будет весьма обидно, если с картиной что-то случится.
— Вы правы, миледи, — посетовал дворецкий и прошел в дом.
Девушка прошла следом, закрывая дверь и следую за Оскаром.
Через полчаса они уже сидели на кухне вместе с Дорарой. Женевьева с удовольствием уплетала овощи, напоминающие по вкусу земной картофель. Кухарка уже поняла пристрастия новой госпожи к всяким приправам, поэтому экспериментировала от души. Правда жертвой таких экспериментов была не только графиня, но и другие домочадцы. Оскар задумчиво пробовал блюдо, но, судя по всему, решил, что есть можно. А Дорара радовалась здоровому аппетиту леди Женевьевы.
— Миледи, оставьте место для десерта, — посмеялась женщина.
— Ох, я что-то так проголодалась, — смущенно посмеялась девушка.
— Это хорошо, вам надо кушать за двоих, — улыбнулась кухарка.
— Думаю, малыш пока кушает совсем немного, — она склонила голову на бок, — сейчас, должно быть, он совсем кроха.
— А питание ему все равно нужно, чтобы хорошо расти, — Дорара задумалась, — надо будет сделать вам более разнообразное меню.
— Спасибо, дорогая, — она наклонилась ближе к кухарке и поцеловала ту в висок.
— Ну, ну, полно, — посмеялась женщина, смущенная таким вниманием.
— А меня поцеловать? — пошутил дворецкий.
— И тебя, — со смехом Оскару достался еще один поцелуй в висок.
Дорара встала и подала на стол пудинг с ягодами, что напоминали вишню. Женевьева втянула носом аромат выпечки и с наслаждением простонала. Определенно, после такого вкусного обеда жить можно. Возможно, она даже еще раз позанимается, чтобы
закрепить полученный в саду результат.— Так все вкусно, что после обеда нужна пробежка, — посмеялась графиня.
— Кушайте, бегать еще успеете, — покачала головой кухарка.
— А что, — девушка утянула кусочек выпечки, — думаю, мне и правда стоит заняться.
— Вот потом мужа и попросите, миледи, — хитро смотрел дворецкий, — вам повезло, у вас два отличных учителя.
— У мужа? — она задумчиво почесала бровь.
— Конечно, он же возглавляет департамент внутренней безопасности страны, а туда берут только сильных и выносливых, — пояснила Дорара.
— А Лайт? — Женевьева сделала глоток чая, осмысливая полученную информацию.
— Верховный маг, — буднично произнес Оскар, — он возглавляет департамент магической безопасности от внешних и внутренних магических угроз.
Графиня склонила голову на бок и задумчиво посмотрела на дворецкого.
— Что такое? — посмеялся он, заметив позу девушки.
— Да вспомнила, как ты спокойно сказал, что Лайт заслужил от меня оплеухи, — девушка поджала губу.
Дворецкий с кухаркой рассмеялись, а Оскар все же пояснил:
— Они выросли на наших глазах, мы издавна служим в семье Майори. А поскольку родители Теона и Лайта тесно дружили, то тот часто гостил у нас, а Теон у них, — хитро посмотрел дворецкий, — привычка-с.
— И хоть они уже взрослые мужчины, все в семьях помнят, какой Лайт порой задира и сорванец, — посмеялась Дорара.
— Так что, — поддержал Оскар смех кухарки. — заслужили-с.
Женевьева растерянно жевала уже второй кусок ароматного ягодного пудинга, даже забыв про чай.
— Но они действительно могут многому Вас научить, миледи, — тепло улыбнулась пожилая женщина.
Оскар подтвердил чужие слова кивком:
— Так что, думаю, в плане физической подготовки, молодой граф с удовольствием Вам поможет. Кто-то от удивления забыл про чай, — посмеялся он.
— О, точно, — улыбнулась графиня и сделала глоток.
— Так что, отложим пока бег и пойдем все же в библиотеку, — заключил дворецкий, — старенький я уже для этих ваших бегов, — он подмигнул Дораре.
— Правильно, и Вы отдохните, миледи, — покачала головой женщина.
— Тем более, Вы говорили, что быстро устаете от магических тренировок, — внимательно посмотрел седовласый мужчина.
— Сегодня я еще не спела устать, — улыбнулась она, — наоборот, чувствую себя прекрасно.
— И правда, Вы будто стала более уверенной в себе, — отметила Дорара.
Женевьева кивнула, отставляя пустую чашку и удовлетворенно выдыхая.
— Так, — начала шутливо командовать хозяйка кухни, — забирай эту негодницу, чтобы она у меня снова тут не хозяйничала.
— Будет сделано, — отрапортовал Оскар, — миледи, пойдемте в библиотеку.
Графиня посмотрела на заговорщиков и вздохнула, решив подчиниться, но все же собрала свою посуду и унесла к раковине. Дорара покачала головой, поняв, что госпожа неисправима. А Оскар сразу же подхватил ее за руку и повел прочь с кухни, пока та не начала намывать посуду.
Глава 24
Теон застал жену в библиотеке. Она лежа читала книгу, а неподалеку, в кресле, Оскар просматривал свежую газету. Первым графа заметил дворецкий. Он опустил газету и приветственно кивнул, замечая, как молодой господин приложил палец к губам, намекая, чтобы тот молчал. На что пожилой слуга пожал плечами и снова понял газету, продолжая чтение. Теон Майори прислонился плечом к дверному косяку, наблюдая за Женевьевой. Девушка перелистнула страницу, полностью погруженная в чтение. Граф улыбнулся. Идиллия.