Солнце в две трети неба
Шрифт:
– Когда вы успели смотаться к руинам промышленного комплекса и обратно?– скорее удивлённо, чем сердито спросил капитан.
Денис помотал головой: –Мы не ходили к комплексу. Честно не ходили. Эту штуку автоматические разведчики притащили. Неподалёку лежат остатки вездехода. Там немного осталось. Практически один только остов. Антон Романович провёл подушечками пальцев по выплавленному в металле рисунку. Пальцы столкнулись на пересечении линий и остановились.– Мы вам тоже кое-что привезли– сказал капитан. Аня радостно кивнула.
– Хотели показать в самом конце, но если уж пошёл обмен подарками, то вот вам, меркурианцы, от благодарных прометейцев. Одну секунду– Антон Романович замешкался открывая контейнер: –Настоящая еда со вкусом еды, а не водорослей из биореактора. Полный праздничный обед. В честь возвращения людьми первой от солнца планеты. Поздравляю, товарищи! От всего сердца: поздравляю.
– Наверное это первое историческое событие производящее в переходном тамбуре– заметила Горохова.
После того как Антон Романович и Снежинская Аня спустились с небес на землю, а точнее с Прометея на Меркурий, жить Ире и Денису стало чуточку легче. У них даже появилось свободное время. Немного, но появилось. Сбросив четыре волны модулей расширения, Прометей решил сделать перерыв. Пока четверо меркурианцев занимались включением полученных модулей в общую структуру базы, наблюдали и корректировали начальные этапы проращивания новых комнат, отсеков и помещений. На Прометее пилоты посменно вели наружное исследование промышленного комплекса оставшегося со времён владения Меркурием корпорации и внешних подступов к шахтам, где непосредственно осуществлялась добыча энергнума. Исследовали снаружи, управляемыми конструктами, не пытаясь проникнуть внутрь. Связь с конструктами и без того оставляла желать лучшего, а углубись те под землю, наверняка бы пропала вовсе. Не проходило и часа, чтобы связь не рвалась хотя бы раз. Выручал только относительно высокий автономный интеллект самих конструктов-разведчиков позволяющий им при разрыве связи продолжить выполнение задачи накапливая данные, чтобы после восстановления связи передать сжатым пакетом. В течении пяти суток Саша и Сергей, подменяя друг друга, вели внешнее исследование.– Как будто мы стоим у входа в склеп или собираемся раскопать могилу.
– Ты как скажешь!– возмутилась Ира.
– Не в этом смысле– начал оправдываться Денис: –Там похоронено время. Время! Нетронутый кусочек старого мира, засыпанный песком, лежит у наших ног. Ты когда-нибудь хотела стать археологом, Ир?
Девушка помотала головой: –Никогда.– И я тоже. Зачем мне археология,
когда есть космос. А ведь кто-то, наверняка, хочет быть археологом. Но он на Земле, а мы здесь. И нам, никогда не мечтавшим разбираться в залежах истории, придётся заниматься раскопками. Парадокс? На всё про всё у них имелось четверо суток. Девяносто шесть часов. И хотя запасов воздуха, еды, воды и всего остального было на больший срок, но возвращаться придётся по истечению девяносто шестого часа или раньше. Вопреки существованию жёсткого лимита времени, Денис и Ира не торопились начинать раскопки внешнего шлюза. Вначале конструкты собрали купол, укрывающий от прямых солнечных лучей. Конечно это не дом отдыха и мысль о том, чтобы снять скафандр даже не придёт в голову. Но всё же какую-то дополнительную защиту купол давал. На это ушло ещё шесть часов. Только потом большие строительные конструкты начали рыть котлован. Более мелкие, специализированные автоматы, в это время укрывались под собранным на скорую руку куполом. Ковши, в которых вполне мог бы поместиться не один человек, разгребают песок. Резаки и отбойные молотки наготове, если понадобиться пробиваться через более твёрдую преграду. Но здесь только песок и мелкие камни. Один из ковшей ударил о что-то более твёрдое. Это оказалась верхняя часть металлической плиты образующей «потолок» внешнего шлюза. Скорректированный Ирой конструкт повёл раскопки чуть в стороне. Ещё один удар. Опять металлическая плита? Нет, на этот раз засыпанный песком вездеход. Вернее его остатки, так как вряд ли имелась возможность починить машину и использовать. Вездеход оттащили в сторону. На месте него осталась яма с осыпающими краями. Рядом нашёлся ещё один, его тоже в сторону. Ира постучала по входному люку первого из выкопанных вездеходов. Звука, конечно, не было. От сотрясения с крыши упала песочная шапка, обсыпав специалиста по информационным системам. В выкопанном котловане показались ворота внешнего шлюза. Как будто постепенно, словно наполовину стёртый след карандаша на бумаге, они проступили через песок. Роботы крепили стенки котлована и возводили поверху ограду, чтобы не засыпало, если Меркурий вздумает пошевелиться во сне. Песок не только сберёг ворота, но и вычистил и сохранил их в первозданном виде. Лишь многочисленные царапины, выделяющиеся ярким белым цветом на внутренних экранах скафандров, говорили, что сооружение построили не вчера и не сегодня, а больше чем полувека тому назад. Вид ворот необычен. Прежде Ира видела такие только на старых фотографиях. Слишком массивные. Слишком тяжёлые. Не так удобно пользоваться и сложнее обеспечивать герметичность. Большие строительные конструкты откатились назад. Дальше требовалась более тонкая работа. Специализированных роботов для археологических изысканий у них не имелось, но конструкты-разведчики сумели их заменить. Десяток маленьких конструктов заработали кисточками вычищая песок. Казалось, будто поднялась песчаная буря, строго локализованная в разрытом котловане. Ира и Денис поспешили укрыться под временным куполом. Когда песок немного осел, космонавты тщательно обследовали внешнюю сторону шлюза. Каждый шлюз, при любых условиях, обязан иметь возможность открываться снаружи. По-хорошему сделать это должен быть в силах и один единственный человек. Мало ли, что может случиться. Выйдет из строя система энергоснабжения или получится так, что все обитатели базы покинут её и внутри никого не останется. При всём своём патологическом безумии, древние всё же не были сумасшедшими в прямом смысле этого слова. После недолгих поисков Ира нашла механизм аварийного открытия ворот. Полностью механический, он должен сработать даже если аккумуляторы комплекса давно разрядились. Современный скафандр значительно усиливал возможности человека. Специалист по информационным системам, в том числе древним информационным системам, осторожно привела в действие старый механизм. Сначала применила слабое усилие, потом немного сильнее, но не больше, чем мог создать человек в древнем защитном скафандре лишённом псевдомускул. Большие ворота грузового шлюза дрогнули. Сыпучим дождём скатились несколько сотен пропущенных конструктами песчинок. Ира сделала шаг назад. Стоящий рядом Денис послал значок – ободряющую улыбку по каналу прямой связи. Массивные ворота раздвинулись, образуя щель чуть больше полуметра. Несколько раз дёрнулись, словно бы для проверки – смогут ли раздвинуться полностью. Не смогли и застыли. Люди подождали, но больше ничего не происходило. Ира попыталась вторично задействовать механизм аварийного открытия. Тщетно! Денис отправил внутрь конструкта-разведчика. Тот оббежал большой, предназначенный для того, чтобы впускать и выпускать наземный транспорт, переходный тамбур и вернулся с докладом. Темно, тихо, пусто. Противоположенная дверь заперта и как открыть её совершенно непонятно. Переходный тамбур на то и тамбур, что две его двери никогда не открывались одновременно. Но механизм аварийного открытия шлюза повреждён и, вероятно, чтобы попасть внутрь придётся воспользоваться грубой силой. Они были готовы к такому варианту развития событий. Мощные строительные роботы, под Ириным командованием, буквально сорвали внешнюю заклинившую створку врат. Полностью оторвали и отбросили подальше от места раскопок. Другие конструкты тотчас начали строительство внешнего шлюза. На данный момент люди планировали приспособить промышленный комплекс корпорации для собственных нужд. В этом случае первостепенной задачей будет восстановить его герметичность и теплозащиту. Но перед тем как конструкты принялись за сооружение нового шлюза на остатках старого, Денис закрепил снаряды направленного взрыва по контуру внутренней двери. Процесс требовал ювелирного искусства и точного расчёта, чтобы не причинить переходному тамбуру лишних повреждений. В конце концов, они намеривались его использовать в дальнейшем. Работая со взрывчаткой, Денис изливал в уши единственной слушательницы своё недовольство тем, что ему, человеку самой мирной профессии, приносящему в дома свет и тепло, вот уже второй раз в этом месяце почему-то приходится взрывать двери и куда-то вламываться. Пока любимый ворчал и работал, Ира осмотрела переходный тамбур. Пол имел небольшой наклон, чтобы раствор, которым поливали возвращающиеся с поверхности машины, стекал в канализационные отверстия. Под потолком располагались разбрызгиватели. Вокруг них, по потолку, расплывались ржавые пятна похожие на размытые фигуры из теста Роршаха.– Готово– предупредил Денис: –Лучше выйдем наружу. Вдруг я ошибся в расчётах.
Конструкты замерили в готовности, в состоянии низкого старта. Сразу после того как отгремят взрывы, их задачей будет максимально быстро закрыть сквозной проход временной заплаткой. Впоследствии её заменит нормальный шлюз. Конечно, вряд ли внутри всё ещё поддерживается нормальная атмосфера, но вдруг им повезёт. Может быть хотя бы в некоторых, изолированных отсеках… Денис сказал: –Бах. Если бы он промолчал, то Ира бы и не заметила, что уже всё закончилось. Ни вспышки, ни вибрации. Идеально рассчитанный взрыв вырезал внутреннюю створку ворот по контуру, не затронув стены. Как будто бригада строителей несколько часов осторожно работала универсальными резаками. Ира отправила Денису значок, изображающий оттопыренный большой палец. Энергетик довольно хмыкнул. Перешагнув через принявшихся за работу конструктов, люди вошли внутрь. Робели ли они, приступая к исследованиям мёртвого промышленного комплекса? Немного. Ни Ира, ни Денис не были профессиональными археологами. То, что оба, в детстве, учувствовали в программе «ПОИСК» разыскивая старые военные базы и уничтоженные войной города в некоторой степени подготовило их. Но одно дело в составе большого отряда, с ежевечерними совместными чаепитиями и песнями под гитару, лазить по уже осмотренным взрослыми развалинам и совсем другое вдвоём входить в оставшийся практически целым комплекс. Кто знает, какие тайны он скрывает?– Мы вошли. Пригодной для дыхания атмосферы нет– вслух произнесла Ира «рабочим» тоном голоса, чтобы её слова попали в автоматически формируемый отчёт: –Фиксирую кислород и азот в количествах превышающих следовые.
Денис добавил: –Энергии нет. Все системы в пределах видимости обесточены. Они остановились неподалёку от входа. Прямо перед выбитой взрывом створки ворот. Та влетела внутрь и ударилась о ближайший вездеход, сдвинув его на полметра. В пыли на полу остался чётко видимый след. Похоже, сразу за переходным тамбуром располагалось что-то вроде ангара для техники. Полдесятка вездеходов. Один большой, грузовой. Явно видно, что он не автоматический, а предназначен для управления человеком. Грузовой вездеход состоял как бы из двух шаров. Шар поменьше – кабина. Шар побольше – грузовой отсек.– Выпускаем разведчиков– произнёс вслух для отчёта Денис. Прямой связи с Прометем или базой сейчас не было. Отчёты накапливались. Позже они будут включены в корабельный журнал Прометея и переданы на Землю в ЦУП.
Согласно протоколу они не имели права приступать к исследованию комплекса до тех пор, пока конструкты-разведчики не обследуют хотя бы ближайшие коридоры. Потоптавшись у входа и поглазев на выстроившиеся в ангаре машины, Ира вернулась проверить, как продвигается возведение шлюзовой камеры. Согласно приборам, в спину ощутимо «дуло». Давление внутри комплекса держалось несколько выше, чем снаружи. Конструкты как раз заканчивали натягивать сверхпрочные плёнки между силовыми элементами конструкции. Светло-голубые, как если бы в молочно-белый цвет капнули одну единственную каплю синей краски, плёнки на глазах застывали, фиксируя форму. Конечно это временное решение, но даже в таком виде оно достаточно надёжно. Если комплекс пригоден для использования, то временную конструкцию позже заменит настоящий шлюз. Ток «воздуха» прекратился. Конструкты завершили герметизацию. Проверяя их работу, Ира прошла шлюзование, выйдя под тень нависающего козырька защищающего от прямого света солнца. Вернулась обратно, где её поджидал Денис.– Разведчики вернулись: ловушек для незваных гостей нет. Судя по всему рабочие покидали комплекс в страшной спешке: много разброшенных вещей, разбитых ламп. Часть бытовых приборов явно оставалась включённой после всеобщего бегства. Сейчас всё мертво. Энергии нет. Основной реактор заглушен – вероятно его отключили автоматические системы контроля. Энергия от развёрнутых снаружи солнечных батарей так же не поступает. Не знаю почему.
Ира спросила: –Мы сможем запустить реактор?– После стольких лет? Вряд ли.
– Сколько у нас времени?– поинтересовалась девушка.
– Часа два в запасе есть. Осмотримся?
Она ответила значком – подтверждением. Денис произнёс «рабочим» тоном: –Приступаем к первичному осмотру. Ира позвала нескольких конструктов, велев им идти за ними на всякий случай. Возможно разбитые лампы, выломанные из креплений мониторы, расколоченные коммуникаторы можно было, при желании, отнести к последствиям поспешной эвакуации персонала. Однако у девушки крепло ощущение, что дело не только в этом. Здесь явно кто-то намеренно постарался нанести как можно большие разрушения. По какой-то причине или в приступе злобы, пока непонятно. Денис думал так же, поэтому они шли практически молча. Только время от времени произнося вслух дежурные фразы для записи в отчёт. Исследовав обугленную стену, энергетик мрачно заметил: –Однозначно следы от выстрелов из слабого энергетического оружия.– Из огнестрельного тоже– заметила Ира указывая на характерные отверстия в противоположенной переборке.
– Какой дурак палит из огнестрела в замкнутом помещении с рециркуляцией воздуха?– задал риторический вопрос Денис: –У них здесь было что-то вроде перестрелки?
Настроение у Иры испортилось окончательно. Промышленный комплекс явно скрывал в себе в грязную историю. Возможно не одну. И копаться в грязном белье истории придётся им, потому, что других людей нет на миллионы километров вокруг. Когда там ещё прибудет «Гагарин».Поделиться с друзьями: