Со второй попытки
Шрифт:
– Куда делась ваша дружба? – нахмурился Бен.
– Протухла и не годится для использования, - хмуро ответил Сириус.
Если в начале своей жизни в Вестеросе, он еще испытывал по отношению к королю какие-то сантименты, доставшиеся ему в наследство от Неда, то теперь он знал, посадить на трон это уебище было огромной ошибкой. Но у Тайвина Ланнистера, Джона Аррена и Хостера Талли были свои причины, а Эддард Старк был тогда слишком молод и наивен.
– Вернемся к Королю Ночи, - вмешалась Лианна, которая знала, как ее брат относится к королю Роберту.
– Нам нужна будет вся сила, любое преимущество, которые мы сможем использовать против вихтов и Белых Ходоков, - продолжил свою мысль Сириус. – Магия может многое, но я колдую, используя чужую память.
Вот теперь, когда причины рисковать были озвучены, его поняли оба: и умная Лианна, и недалекий Бенджен.
– Но не думать о риске, - снова заговорил Сириус после затянувшейся паузы, - не принимать его в расчёт, было бы глупо. Поэтому в тайнике, о котором вы знаете, хранится мое завещание, а в хранилище, куда имеете доступ только вы двое, лежат остальные бумаги. Моим официальным наследником будет Джон/Джейхейрис. В этом случае документы гласят, что я его усыновил. Во время восстания Бейлона Роберт по пьяни подписал признание Джона Гринвуда моим наследником. Так что лордом Винтерфелла станет Джон, а вы двое будете ему помогать. В других документах расписаны мои распоряжения относительно Брана и Арьи. Бран получит свой надел, но, женившись на Мирцелле Баратион, он уйдет или к Баратеонам, или к Ланнистерам. Там уж как карта ляжет. Во всяком случае, на данный момент ни у Джейме, ни у Тириона законнорожденных детей нет. У Серсеи их трое. Чьи они, это вопрос, но это вопрос из тех, какие могут так и остаться вопросами без ответов. В этом случае Бран может унаследовать Утес Кастерли. Впрочем, Тайвин их не оставит при любом раскладе. Что же касается Арьи… Если она все-таки захочет выйти замуж, я приготовил для нее богатое приданное. Если нет, создадите для нее матрилинейное[5] лордство… Я там все расписал. Ров Кейлин будет ей как раз по характеру, а приданное она просто получит, как дар отца. Это все, я думаю. Вопросы?
7.4 295 год от З.Э. – Ноябрь 1984
– Вау! – Удивительно, но он узнал ее голос после всех этих лет. Узнал и сразу же пришел в себя.
Переход во плоти из одного кромлеха в другой оказался неприятной, но вполне терпимой процедурой. Другое дело, что, материализовавшись в лесу Дин, Сириус чувствовал себя так, словно проснулся с перепоя. Голова гудит, во рту сухо, и мир вокруг воспринимается в достаточной мере четко, но как бы сквозь слегка замутненное стекло. Однако длилось это недолго. Вызванное переходом наваждение разрушил ее голос.
– Вау! – сказала Лили, появляясь между двумя менгирами. – Ну ты, Сириус, даешь!
«Вообще-то, - подумал он, чувствуя, как губы раздвигаются в совершенно дурацкой улыбке, - я надеялся, что дашь ты… Но все еще возможно!»
– Живописно, не правда ли? – обвел он себя небрежным жестом.
– Готичненько, - согласилась с ним женщина. – Ты что подрос там, что ли?
– Точно не скажу, но, кажется, подрос…
– Брутальный, харизматичный…
– Лилс, - сказал он, когда она подошла к нему почти вплотную, - а ты стала еще красивее…
Он положил руки ей на плечи, но не спешил поцеловать, так как не знал, каковы в этом смысле ее намерения. Все-таки даже для нее прошло почти три года, и выглядел он сейчас совсем иначе, чем в тот день, когда они виделись в последний раз.
– Я скучал, - сказал он, и она неожиданно качнулась к нему, чтобы, чуть нагнувшись, он смог ее поцеловать.
Впрочем, слово «чуть» было явным приуменьшением. Сириус был высоким мужчиной, но Эддард Старк был гораздо выше[6], и чтобы поцеловать женщину, рост которой, как он хорошо помнил, составлял 5 футов и 9 дюймов[7], ему пришлось наклониться совсем не на «чуть», а ей привстать на носочки и запрокинуть голову назад. Иначе никак.
Итак, они встретились, и все вопросы о будущем отпали сами собой, потому что поцелуй для обеих
сторон был таким, что они вряд ли бы остановились на «этом пустяке», но не судьба.– Я вам не мешаю? – раздался рядом полный иронии хрипловатый грудной голос.
«Белла?!»
Они разорвали поцелуй, хотя, видят боги, ей, судя по всему, хотелось никак не меньше, чем ему. И это хорошо, потому что означало взаимность их влечения, которое обещало им в самом недалеком будущем и страсть, и нежность, и небо в алмазах. Однако, явно не здесь и не сейчас. И уж точно, не в присутствие Беллатрикс.
Сириус обернулся на голос. Белла, словно бы, помолодела, а красавицей она была и прежде.
– Здравствуй, кузина! – поздоровался он. – И спасибо за то, что впряглась.
– Да, уж задачку ты нам поставил! – довольно улыбнулась женщина.
– Глазам своим не верю! – продолжила она почти без паузы.
– Так, верно, выглядели наши праотцы в веке эдак двенадцатом или тринадцатом.
Все правильно. Он же перешел в магическую Англию последней четверти XX века, как был: в тяжелом стеганом дуплете из расшитой серебром черной шерсти, в колете из набивного мирийского шелка трех оттенков серого, в шерстяном, украшенном гербом Старков плаще с меховой оторочкой, шоссах из тонко выделанной кожи и в кавалерийских сапогах-ботфортах[8]. На поясе тяжелый кинжал едва ли не с полуметровым широким лезвием. На перевязи – меч-полуторник. Правда, был у него с собой еще и дорожный мешок из хорошо выделанной кожи и большой баул с подарками, но это и все, собственно.
– У нас там, в Вестеросе, средневековье, если что, - ответил он на комментарий Беллы. – Но уверяю тебя, Беллс, я не собираюсь шляться в таком виде по Министерству, хотя боги видят, как хочется!
– Да, это было бы впечатляющее зрелище, - хихикнула Лили. – Фаджа удар хватит!
– Бог с ним с Фаджем, - тяжело вздохнул Сириус, - а вот на мертвого Дамблдора я бы посмотрел с большим удовольствием.
– Тут не поспоришь, - согласилась Белла.
– Не все так однозначно, - возразила Лили.
– И это правда, - немного помолчав, призналась Беллатрикс. – Без старика наши совсем распояшутся, но и вашим он, на самом деле, не друг.
– Он политик, - пожала плечами Лили.
– Политика грязное занятие, - напомнил Сириус, знавший много лучше других, что такое вынужденные компромиссы.
Один союз с Тайвином Ланнистером чего стоил. Но никто, кроме Утеса Кастерли не предлагал Северу пшеницу, овес и солонину по честной цене и так щедро не платил за северные товары, за ту же древесину, ворвань, пеньку и деготь. К тому же после восстания Бейлона Северу было жизненно необходимо иметь союзника на западном побережье. Просторцы, не говоря уже о дорнийцах или королевском флоте на помощь, - если что, - не поспешат. Тайвин ведь тоже пошел на союз не по доброте душевной. Ему нужен был союзник и ему нужно было сырье. Так что «дружить» их заставила нужда, что отнюдь не означает, что Сириус забыл, простил и безоговорочно поверил.
– Давайте что ли пойдем домой! – предложил он. – Вы где, вообще, сейчас квартируете?
– Здесь, недалеко, - хмыкнула Беллатрикс.
– В Темном Утесе.
– Тогда, ведите! – предложил он, подхватывая сумку и баул.
– Да, тут рядом, собственно, - пожала плечами Белла и вытащила из кармана короткую стальную цепочку. – Как раз на три руки.
Она оказалась права. Они взялись за цепочку все вместе, и Беллатрикс активировала портал. Вот тут его тряхнуло так тряхнуло, и вывернуло, и снова свернуло, но в конце пути он оказался в каминном зале замка.
– Бови! – тут же позвала Лили, и неподалеку от них материализовался домашний эльф, закутанный в чистое кухонное полотенце. – Ванну для лорда Блэка, - кивнула она на Сириуса, - и подбери ему что-нибудь из одежды. Боюсь его прежний гардероб будет милорду Блэку слегка маловат.
– Обед через час, Сири, - а это уже было сказано ему. – И… Ты на долго?
– На три месяца, - сообщил Сириус и тут же спохватился, что его могут неправильно понять. – А потом ты ко мне хотя бы на пару месяцев.