Снегурочка
Шрифт:
На ходу мои ноги действительно согрелись. Кожа моя, по мере согревания, постепенно стала приобретать привычную смуглую окраску. По поводу отсутствия чулков, я уже почти не парилась. На улице становилось всё темнее и поэтому я надеялась, что никто не обратит внимание на мои голые ноги.
Я шла, и мне снова было тепло. Мороз свободно гулял по моим голым ногам и ощущения были совершенно необычными. Было так тепло, что хотелось расстегнуть куртку и идти нараспашку. Но я была уже в городе и на такой сумасшедший поступок конечно не решилась. А вообще неплохая идея! Надо бы подумать, как можно реализовать прогулку голышом.
До дома я добралась без приключений. Когда
Дома после душа меня сильно разморило, навалилась сонная расслабленность… Моё тело, постепенно отходило от мороза. Я легла на диван и накрылась пледом. Замёрзшие пальчики на ногах приятно ныли в тепле. Я постепенно проваливалась в сон, а в голове моей рождалась очередная снежная идея.
Прогулка голышом
После моей последней снежной вылазки, мне не давали покоя мысли о прогулке голышом. Ощущения после моего пребывания зимой на улице в обнажённом виде были настолько необычны и сильны, что мне не терпелось их повторить. Находиться голенькой на морозе было так странно и вместе с тем дико приятно…
Меня переполняло ощущение единения с природой. Это наполняло меня энергией и нереально возбуждало. Кожей всего тела я чувствовала этот приятный остужающий морозец, который тонизировал меня и бодрил. И что было совершенно странно и непонятно — я не ощущала холода, так как по идее должна была его ощущать, находясь голышом на морозе. В прошлый раз замёрзли только немного ноги, которые дольше других частей тела находились в контакте со снегом.
Создавалось впечатление, что если не разуваться, то на улице можно было бы находиться голенькой неопределённо долго. Мне не терпелось проверить это.
Продолжая размышлять на эту тему, я задавала себе вопрос: а зачем вообще надевать на себя столько ненужной одежды? В моей голове витали фантазии, в которых все, девчонки, мальчишки — ходят, гуляют, играют зимой и при этом совершенно без одежды. В шапочках, в рукавичках и ботиночках и больше ничего. Как они резвятся на улице, играют в снежки, катаются на лыжах….
Все эти фантазии меня сильно возбуждали. Всякий раз я чувствовала, как тёплая, приятная волна подкатывает книзу живота и рука сама тянулась к моей возбуждённой щёлочке. И если при этом я была наедине с собой — фантазии мои практически всегда заканчивались сладким оргазмом.
Постепенно во мне созрел план моего следующего снежного приключения. Мне понравилось на дачном участке — безлюдно, уединённо, много снега и свою прогулку я планировала осуществить именно там. Идея была дойти до своего участка, оставить там всю свою одежду и пойти гулять по территории голышом. Заборы, соседних друг с другом участков, образовывали своеобразные улочки, проходы. Какие-то улочки были проездными, т. е. достаточно широкими, чтобы мог проехать грузовик, а какие-то, совсем узкими, такими, что встречные могли разойтись только боком. Я хорошо ориентировалась в этом лабиринте проходов, т. к. в детстве часто играла с соседскими по участку детьми.
Я стала готовиться к прогулке, с учётом всех ошибок допущенных в первый раз. Во первых, надо взять два полотенца, чтобы на одно вставать босыми ногами, а другим вытираться. Во вторых, надо было взять с собой носочки. И в третьих, надо одеть, что то более длинное, чем моя куртка, чтобы не мучиться с чулками и вообще не одевать больше ничего, кроме сапог. Вспомнила про мамино пальто. Оно было, правда, не зимним, но зато необходимой длины. Да и размер, я надеялась, подойдёт — мы с мамой
были похожей комплекции.Когда я одела сапоги и пальто на голое тело и посмотрела в зеркало, то была полностью удовлетворена своим видом Пальто было свободного покроя и плотно касалось тела, только в области плеч и груди, а остальные части тела, чувствовали на себе касание подкладки только в процессе движения. Длина его была аккурат до сапог, и лишь слегка открывала голые ноги в движении. Я несколько раз прошлась перед зеркалом. Моя, от природы, смуглая кожа создавала эффект одетых тонких колготок. Я повесила на плечо сумку со всем необходимым и поспешила на выход — надо было успеть вернуться до прихода с работы родителей.
Я шла пешком, шла быстро… На улице было достаточно тепло (что то около + 2 градуса). Ощущение раздетости было не менее сильным, чем когда я была одета в короткую куртку. Благодаря свободному крою пальто, свежий воздух свободно гулял по моему телу. Холодная подкладка в движении касалась моего разгорячённого тела, и каждое такое касание было крайне волнительным. Я постепенно возбуждалась. Мои мысли, в которых я гуляла голышом и проделывала всякие глупости, добавляли дров в огонь моего нарастающего возбуждения. Мне не терпелось вновь ощутить на своём теле касание холодного снега и морозного воздуха.
И вот в этих мыслях, разгорячённая и изрядно возбуждённая, я подошла к садовому товариществу. Меня ожидал неприятный сюрприз в виде большого количества следов обуви на уже утоптанном снегу. Странно — подумала я, — кому и что понадобилось здесь зимой. Я была уверена, что я одна такая идиотка.
Но отступать было поздно — мои колебания длились пару секунд. Слишком сильно я этого хотела. Моё возбуждение пересилило риск быть обнаруженной.
Чем ближе я подходила к своему участку, тем уже становилась снежная тропинка, а когда я подошла к своей калитке, она сузилась до ширины постановки ног. В первый раз я была после свежего снегопада и наверно поэтому не видела следов пребывания здесь кого-либо. А сейчас я видела явное подтверждение присутствия здесь ещё кого-то кроме меня и это настораживало… Непонятно, кому понадобилось забредать сюда зимой.
Я сошла с тропинки в сугроб, чтобы дойти до калитки, открыла дверь (дверь открывалась вовнутрь) и вошла на свой участок. Мне не терпелось воплотить в жизнь мои мысли, но лёгкая тревога меня не покидала. Не было того ощущения безопасности, какое было в первый раз. Оглядываясь по сторонам, я стала раздеваться. Повесила пальто на ветку, положила полотенце на снег, предварительно утоптав его, и сняла сапожки, встав босыми ногами на полотенце. Всё — я голая!
Я стала пробираться к выходу. Снег был влажный и проминался под ногами, оставляя на себе чёткие отпечатки босых ног. Дойдя до калитки, я осторожно высунулась на улочку и огляделась. Прислушалась… Тихо. И наконец, я решилась сделать шаг наружу.
И вот я на широкой улочке, на снежной тропинке, а моя одежда осталась на участке. Я потихоньку стала идти по тропинке, удаляясь от своей калитки. Вся безрассудность и дикость моего поступка лишь усиливали нарастающее волнение.
Я шла, совершенно не чувствуя холода. Я чувствовала дикое возбуждение! Тот факт, что я удаляюсь от своей одежды, ощущение беспомощности и незащищённости, а также риск, что меня могут обнаружить в любой момент, придавали мне какой-то дьявольской энергии.
Мне хотелось прыгать от переизбытка этой энергии. Небо было голубое и чистое, светило солнышко! Я шла, всё дальше удаляясь от своей одежды, забывая про свои тревоги, наслаждаясь ощущениями своего обнажённого тела.