Чтение онлайн

15 марта.

Из Нового Сонча мне и Кузякину пришлось ехать попутными машинами. Я не думал, что это так сложно. Начальник КПП в Новом Сонче останавливал проходящие грузовики, но посадить нас ни на один из них ему не удавалось. Шоферы отказывались принимать кого-либо; ссылаясь то на плохой мотор, то на слабые шины или опасный груз.

Лишь после четырех часов ожидания мы взобрались на один из грузовиков, доставивший

Лагерь русских репатриантов был уже занят резервами контр-разведки. Капитана Шапиро и лейтенанта Черноусова мы нашли в лагере военнопленных.

— Здесь заживем — встретил нас восторженный капитан Шапиро.

— Начальства нет, работы мало. Баб в городе — ни пройти, ни проехать. На квартире у лейтенанта — три, у меня — две. Не зевайте и вы!

Кузякин поселился вместе с Черноусовым. Я занял комнату в доме заместителя бургомистра.

Черноусое достал водку. Задумал сегодня вечером устроить «настоящую выпивку с бабами». Пригласил и меня. Пойду непременно.

16 марта.

К Черноусову я пришел с небольшим запозданием. 3 просторной комнате, вокруг столов, заваленных закусками и бутылками водки, сидели хмельные польки. Офицеры танцовали под звуки патефона.

Польки нахально осматривали меня, перешептываясь между собой.

— Садись сюда, Коля — обратился ко мне Черноусов.

Я сел на предложенное мне место. Справа от меня — девушка лет двадцати, блондинка, с шустрыми глазами, слева — полная, черноволосая молодая дама.

— Пан младший лейтенант неточный — заговорила блондинка.

— Не беда!.. Как тебя звать?

— Янина.

— Великолепно.

Янина была трезвее остальных. Она засыпала меня десятками вопросов, на которые приходилось отвечать. После двадцатиминутного разговора я убедился, что моя новая знакомая очень милая и хитрая гимназистка восьмого класса.

— Родители у тебя есть?

— Нет. Немцы два года тому назад убили папу. Мама умерла давно, когда мне было пять лет.

— Как же ты живешь?

— Помогает сестра…

Черноусов танцевал с черноволосой дамой, Кузякин обнимал совершенно пьяную женщину лет тридцати пяти, Шапиро «заговаривал зубы» шестнадцатилетней девушке.

— Ты бы отвел домой свою любаву, Кузякин — шутливо заметил Черноусов.

— Пойдем, что-ли?

Пьяная «любва» послушно встала и, с трудом передвигая ноги, последовала за Кузякиным.

Высокая, рыжая полька, все время сидевшая без кавалеров, затянула хриплым голосом гуральскую песенку. На второй строчке голос ее оборвался.

— К чорту всех панов советских офицеров — прокричала она и повалилась на пол.

— Если так настаиваешь — пожалуйста. Далеко живешь?

— Да!

Я помог Янине одеться и мы, распрощавшись с гостями, вышли на улицу. Янина взяла меня под руку и мы пошли по грязным тротуарам, часто сворачивая то вправо, то влево.

— Ты не русский — обратилась ко мне Янина неожиданно.

— Глупости — я русский.

— Где

— Это военная тайна — сказал я, рассмеявшись.

— Впрочем, не говори, я и так знаю.

Янина произнесла эти слова с такой уверенностью, что я невольно заинтересовался.

— Ты служила у немцев, Янина?

— Служила, на кухне в одном госпитале.

— Почему ты думаешь, что вру?

— Ты служила в военных частях. Помнишь, у лейтенанта ты рассказывала мне, как в тебя был влюблен один эсэсовский офицер?

— Помню. Он лежал у нас в госпитале.

— Врешь. Ты говорила, что он бывал у вас на квартире.

Янина умело выворачивалась и мне никак не удавалось смутить ее, — Почему-то я был уверен, что эта хитрая гимназистка пристала ко мне не только по одним любовным соображениям.

— Ладно! Не будем спорить. Ты мне скажи, в какой части я служу.

— В контр-разведке — последовал уверенный ответ.

— Почему ты так думаешь?

— Ваша контр-разведка плохо маскирует себя. Все офицеры опрятно одеты, культурны и умны. Это их сильно отличает от остальных армейских офицеров. Взять, хотя бы, к примеру, вас четырех. Все вы владеете иностранными языками, умеете обращаться с женщинами…

— Слушай, Янина! Если б я был офицером контр-разведки, я арестовал бы тебя.

— За что?

— За то, что знаешь очень много лишнего. Я уверен, что ты работаешь в Армии Крайовой. Считай меня, кем хочешь, я не стану разубеждать тебя. Но, запомни, крепко запомни, мой совет: не заглядывай часто смерти в глаза.

Янина молчала. Пройдя еще метров десять, мы остановились.

— Вот я и дома!.. Зайдешь, что ли? Сестра уехала. В. комнате у меня две постели, можешь переночевать.

Я видел хитрые глаза Янины, я слышал ее властный голос, ощущал теплоту ее тела. В душе у меня зашевелились сомнения.

— Нет, Янина, я пойду домой.

— Как тебе угодно!

Мы простились.

— Заходи завтра вечером. Буду ждать — крикнула она мне уже с крыльца.

Я ничего не ответил и быстро зашагал по направлению к городу. Частые убийства свидетельствовали о ненависти поляков к русским. Кто знает, что представляет собой Янина. Она бесспорно связана с Армией Крайовой. Откуда она знает столько интересных подробностей о советской контр-разведке?

Нет, жизнь мне пока не надоела. Тем более, что предстоит ответственная работа.

18 марта.

Вчера вечером наша маленькая оперативная группа собралась у Черноусова.

Началось пьянство. Кузякин рассказывал про свою «любву». Шапиро громко смеялся и подзадоривал «неопытного ухажора».

Черноусов пил стакан за стаканом.

— Коля, расскажи ты про свою блондинку — обратился он ко мне, с трудом поворачивая язык и глядя пьяными глазами в пустоту.

— Мне не о чем рассказывать. Я проводил Янину и возвратился домой.

— Вре-е-ешь! Ты — не наш. Ты — недорезанный буржуй.