Слеза дождя
Шрифт:
***
В комнату вошла жена старосты и протянула Вилентине кружку с ароматным чаем.
— Муж сказал, что теперь малина наших людей забирать не будет? — тихо спросила она, посмотрев по очереди на колдуна и ведьму.
— Должна присмиреть. — кивнула Виль. — Правда ее иногда «подкармливать» придется. Договоритесь с соседями о поставке разбойников, убийц… Сами можете собирать малину, но пока все равно под присмотром — один собирает, двое караулят. — она отхлебнула чая и на секунду зажмурилась от удовольствия. — Так, тем, кто присматривать будет… — ведьмочка попросила колдуна подать ей ее рюкзак, пошарилась там немного и извлекла
— Надо же, неужели весь этот страх закончился? — пустила слезу женщина. — И дочки мои вернулись…
— Только пока толпой за малиной не ходите. — решил предостеречь колдун. — Как вам сказали — для начала будьте бдительны. И про прикорм не забывайте — любой голодный хищник становится людоедом. Да и малина станет мелкой да горькой.
— Конечно. — закивала жена старосты. — Я всё мужу скажу.
Виль смачно зевнула и женщина, пожелав спокойной ночи, поторопилась уйти, крепко прикрыв за собой дверь.
— Задувай свечи и лезь меня греть. — распорядилась Вилентина.
— Как скажешь. — отвесил короткий поклон Ник.
Он снял куртку, ремень, сапоги, перелез к стене и устроился рядом с ведьмой.
— Эй, я вся такая чистая, а ты ко мне в одежде! — недовольно запыхтела Виль.
— Я без одежды замерзну. — «грустно сознался» колдун. — Тогда нас греть уже обоих нужно будет.
— Мрак! И с этим человеком меня сцепила неведомая сила! И что я ей такого плохого сделала?
— Меня тоже обуревают подобные вопросы. — серьезно отозвался Ник.
— Ты свет не выключил! — напомнила ведьма, отставляя пустую кружку.
— Какой ужас. — спокойно отозвался Никклаф, щелкнул пальцами и свечи потухли.
В комнате повисла тишина, лишь изредка нарушаемая негромкими перемещениями по дому, еще не ложившихся спать хозяев.
— Откуда всё это взялось? — вдруг тихо спросила Виль. — Малиновые дебри, разбойники, истребляющие ведьм под защитой амулета, оборотни? Почему никто не борется с этим?
— Природная магия стала исчезать из мира. — через некоторое время прозвучал голос колдуна. — Истончаться. Все меньше сил у монархов, всё меньше рождается ведьм. В общем, дело в том, что никто не в силах остановить рост подобных аномалий.
— А я всё равно не поняла — как, почему это всё появляется?
— Раньше в мире было три силы природной магии, которые передавались из поколения в поколение и контролировали любые чуждые проявления. — над кроватью появились три маленьких светящихся шарика.
— Раньше? А где они сейчас? — Виль улыбнулась такому неожиданному светопреставлению.
— Одна, насколько известно из легенд, заключена в нож. — один шарик исчез.
— Почему?
— Никто не знает. А если и знает кто, то не говорит.
— А дальше?
— Что дальше?
— Где еще две силы? — ведьмочка ткнула в оставшиеся шарики.
— Еще одна покинула наш мир. — второй шарик словно стали закрашивать, пока он не пропал с глаз.
— А третья?
— Третья просто пропала. Сгинула, растворилась в воздухе. — последний «светлячок» медленно стал гаснуть и вскоре тоже пропал. — Помнишь, я говорил, что три ведьмы бросили этот мир? Так вот, это и есть эти
три силы.— Так они, наверное, не виноваты! И разве нельзя вытащить из ножа первую, вернуть вторую и…
— Для начала нужно хотя бы знать, где этот нож. — возразил ведьме Ник. — К тому же, в легенды верят только дети. Вернуть вторую говоришь? Она решила бросить наш мир, а мы ей «вернитесь, пожалуйста!», очень нужно…
— Может, у нее причина была?! — встала на защиту неизвестных ведьм Вилья. — Может, ее кто обидеть хотел, и она просто спряталась на время?!
— Ага, ты еще скажи, что она только и ждет, чтобы вернуться, только вот никто ее несчастную не зовет!
— Скажу! И про третью силу скажу. Третья вообще не могла сгинуть! Она же энергия этого мира. Как интересно энергия могла раствориться в воздухе, а? Она не пропала, она где—то поблизости околачивается! Просто прячется, вероятно.
— С чего ты взяла? От кого? — хмыкнул колдун и снова пустил под потолок небольшой шарик.
— От того, кто запрятал первую в нож и заставил сбежать вторую! — если бы Вилентина сейчас стояла, то непременно бы топнула ногой.
— Чушь! Кто мог это сделать? — не мог с ней согласиться Ник.
— А кто тут у вас такой сильный, что мог запросто с тремя ведьмами повздорить?
— Да ты спятила! Три ведьмы подобной силы ни одному не одолеть!
— Да? А по одной? Так сказать по одиночке?
— Всё равно чушь. — уже не так уверено проговорил Никклаф. — Да и кому это надо?
— Ты сам говорил, что когда—то ведьмы и колдуны нормально уживались.
— Они и сейчас…
— Ага, сейчас. Сейчас ведьмы находятся под пятой колдунов! Чуть что не так, сразу на костер! А с чего это вдруг колдуны окрысились на ведьм и стали им диктовать что, да как нужно делать? Колдуны ведь ни грамма не понимают в природной магии!
— Ну, ты загнула…
— Да что ты говоришь! Ты еще не понял? Кто-то из ваших колдунов и изгнал эти три силы из мира. Почему? Одному ему известно!
— Кому?
— Тому! — выдохнула ведьма, уже немного устав от спора, и на мгновение задумалась — А действительно, кому? Кто мог справиться с тремя мощными ведьмами, хоть и по одиночке? Кто так ненавидит ведьм…
— Хамамелис! — резко произнесли оба и притихли, обдумывая новую версию этой истории.
— Если, всё было именно так, как ты говоришь, — задумчиво проговорил колдун, — то, судя по времени (он самый старший из колдунов) и силе (про силу я вообще молчу) только Хамамелис мог такое сотворить. Если подумать… Только подумать! — предупредил он, взглянув на кивающую ведьму. — Если подумать, что все его законы призваны принизить, ущемить силу ведьм и «забыть» то, что умели их бабки, то, в общем, можно согласиться с твоей теорией. Но тогда возникает вопрос: Почему? Нет, два вопроса. Почему? Зачем? — под конец рассуждений колдун выглядел несколько обескураженным, даже растерянным.
— Мне бы тоже хотелось знать! Как будто одна из них наступила на его любимую мозоль и не извинилась. Но все доводы в этом деле говорят не в его пользу. — ведьмочка немного помолчала, обдумывая сказанное. — Слушай, — резко повернулась она к Никклафу всем телом, — а давай решим эту задачку? Может это и есть тот подвиг, который нам нужно совершить, чтобы расстаться?!
— Подвиг, говоришь? — усмехнулся колдун. — И как ты рассчитываешь «решить эту задачку»? Пойти и спросить у самого Хамамелиса, не он ли сотворил всё это зло?