Слепые
Шрифт:
Через час меня разбудил Леонид.
— Ника, там Макс лютует…
— Почему? — спросоня я не поняла сразу, что нахожусь в больничном крыле. Постепенно сформировался макет помещения, на синей нити кровати лежал Яр, очерченный оранжевым контуром. Второй оранжевый контур маячил в дверях. Леонид. Даже повязку снимать не надо. Странно. Такое чувство, что картинку создают звуковые волны, отражающиеся от предметов, и тепловое излучение предметов или его отсутствие. Как-то так. Позже надо подумать над этим.
— Я не уточнил, что маршрут проложила в основном ты, а Лис как увидел его сразу
— Да пусть ищет, а что маршрут? Ошибочен?
— Сказал, слишком идеально для Кирилла.
— Выезд на расчистку когда?
— Группа ушла, нас отстранили.
— У него ещё есть координаторы?
— Нет.
— Значит сейчас расчистят и вас восстановят, выхода у него нет.
— Да знаю, просто я его таким злым ещё не видел.
— Пойдём к нему, поможешь мне его найти?
— Да.
Я погладила Яра по руке. Он потерял много крови, пусть отдыхает, не нужны ему эти волнения.
Макса мы нашли в гараже. Он возился с машиной, молча и сосредоточенно.
— Ты искал меня?
— Лёнь, не обижайся, иди погуляй, мне с Никой поговорить надо, — он оторвался от машины.
Леонид развернулся и вышел.
— Ты о чём думала, когда на ветку поехала? Совсем жить не хочешь? В город вчера бросилась зачем? Я тебя арестую и посажу под замок, если с головой не дружишь!
— С веткой я тебе помогла! А ты Яра бросил! Бросил!
— Я собирался за ним вернуться с группой.
— Он мог не дождаться!
Меня уже перетряхивало от этого разговора. Мелкая дрожь добралась даже до кончиков пальцев.
— Я тебя хорошо знаю, что тебе нужно на ветке?
— Ничего.
— Когда ты уже мне скажешь?
— Что?
— Всё! Всю правду! Я говорил с Румом!
— И?
— Мой сын! Ты скрывала от меня! У нас есть сын! — Лис замахнулся на меня, оранжевая нить его руки опускалась на меня как в замедленной съёмке.
Её перехватила другая рука.
— Не смей! — Яр встал между мной и Максом.
— Уйди, тебя это не касается!
— Всё, что касается Ники, касается и меня. Запомни это.
Я ухватилась рукой за машину, меня покачнуло, потеряв ориентацию в пространстве, мой макет разрушился, и в полной темноте я осела на пол.
— Захар, его зовут Захар, — прошептала я. — Ему шесть лет. И я не знаю, где он. Надеюсь, что у Сёмы. Он его крёстный, сын должен был добраться до фермы.
Яр обнял меня.
— Короче, Лис. У тебя есть сын — радуйся. Не всякому дано. Ника со мной, по — настоящему со мной. Поэтому я тут не совсем лишний. Думай лучше как ребёнка искать будем.
— Группа уже ушла на расчистку. Как только закончат, я сам поеду на ветку. Мы быстро доберёмся до Сёмки.
— Я поеду с тобой! И ребят восстанови. Они не виноваты, — вмешалась я.
— Ну да. Если тебе что-то надо было, у них не было шанса.
Яр помог мне подняться. Как я ни старалась, но вокруг меня была темнота.
Хорошо мы наверное выглядели, идя вместе по коридору. Яр, пошатываясь от слабости, обнимая меня, и я с завязанными глазами, спотыкаясь на каждом шагу. Видно наши
мысли совпали.— А мы здорово смотримся вместе, — шепнул мне он.
— Да уж, представляю. Ты почему не в палате?
— Соскучился.
В комнате Яр снял с меня повязку и поцеловал глаза.
— Мы со всем справимся.
— Яр, у меня есть сын. Ты точно это осознал?
— Да, я конечно хотел бы, чтобы он был от меня. И никакой Лис в жизни не прикасался бы к тебе. Я не буду этого скрывать. Но я взрослый мальчик и понимаю, что у каждого из нас есть прошлое. Это ничего не значит. Я буду стараться любить его как своего. И постараюсь забыть, кто его настоящий отец.
— Это будет тяжеловато, — горько усмехнулась я.
Яр притянул меня к себе, и мы вместе свалились на кровать.
— Он очень похож на Макса.
— Рыжий? — засмеялся в голос Яр.
— Яркий, ярче солнца.
— Вот именно, ЯРКИЙ, на рыжий, а ЯРКИЙ, то есть мой, сынок Яра.
Он перевернулся и навис надо мной, опираясь на руки.
— Ника, я тебя люблю, и сына твоего буду стараться любить. У меня всё получится.
— Я верю тебе.
Яр сел и подтянул меня к себе.
— Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. По-настоящему. Я хочу, чтобы никто не смел даже глядеть в твою сторону. Я слишком долго ждал тебя. Ты выйдешь за меня? — он приподнял мой подбородок, пытаясь заглянуть в мои невидящие глаза.
От неожиданности у меня перехватило дыхание.
— Да, Яр.
Ночью войска Совета перешли в наступление, Яр и Макс выехали на передовую. Мне оставалось только ждать когда они вернутся, либо когда расчистят дорогу. Леонид с ребятами остались на базе, чтобы выехать при первой возможности на ветку. Я совсем забыла о Лиди, благодаря ребятам она не докучала мне долгое время, и я расслабилась. А зря.
Я возвращалась из гаража, где Ден с Киром готовились к выезду, когда кто-то сильный схватил меня и потащил, зажав рот рукой. После вчерашнего разговора с Максом, мои визуализации не вернулись, как я не старалась. Очевидно нервное напряжение сыграло свою роль. Поэтому сопротивляться в полной мере я не могла. Меня швырнули на пол.
— Тварь, мерзкая, гадкая прилипала, — голос Лиди шипел, — ты сдохнешь тут, и никто о тебе не вспомнит.
Я сосредоточилась на звуке, картинка понемногу начала проявляться.
— Кончай её, — мужской голос мне был незнаком.
Наконец я их «увидела», если это можно так назвать. Мужчина стоял в дверях, Лиди напротив и целилась в меня из пистолета. Мы находились на складе. Я выхватила ножи и метнула. Один в неё, другой в него. Они точно этого не ожидали. Я не любила убивать. Во время обучения я изучила строение человека от и до, чтобы не убивать тогда, когда достаточно ранить. Именно поэтому я отрабатывала идеальную точность при стрельбе и метании. Сохранить жизнь там, где это возможно. Это было моей целью. Лиди была ранена в грудь, её сообщнику повезло больше. Мой нож попал ему в правую руку. Левой он вытащил пистолет, пытаясь выстрелить. Я была быстрее. Отбив ногой пистолет, я ударила его со всей силы. Он упал на пол. При падении, что-то звякнуло об пол. Сурикен.