Чтение онлайн

Ее взгляд метался по комнате. Когда она наконец заговорила, голос ее был напряженным и скрипучим, словно ее протащили по кладбищу, полному призраков.

– Во время того налета погибла моя мама.

Я не знала, что на это ответить, но знала, что нас с ней терзали одни и те же демоны. Когда я закрывала глаза, казалось, я ни о чем другом и подумать не могу. Мне не удавалось отвлечься настолько, чтобы забыть о ней.

– Сожалею.

– Ага.

Рен кивнула, будто пыталась избавиться от внезапно нахлынувших эмоций.

– Она знала, чем рискует. Она погибла, сражаясь

Я прикусила губу, потому что не знала, что на это сказать. Ее мать погибла во время набега на мой дом. Она погибла, сражаясь против моего отца и его господства над всем королевством.

Мы погрузились в молчание, как в густой туман. Меня охватило чувство вины, хотя в глубине души я знала, что я тут ни при чем.

– Несколько лет назад и у меня умерла мама.

Я сглотнула и отвела взгляд от Рен. Я ни с кем и никогда не говорила о матери.

– Даже если она осознавала все риски, легче от этого не становится.

– Нет, – покачала головой Рен, уставившись в пол. – Не становится.

Я прижала к груди обмякшие руки и обхватила себя ими, будто пыталась что-то удержать в своих объятиях.

– Надо достать тебе чистую одежду.

Рен оттолкнулась от стола, схватила лежавший на нем кинжал и засунула его обратно в сапог.

– Идем. Надо бы надрать Мэл задницу за то, что оставила тебя в таком состоянии.

Улыбка заиграла на моих губах впервые с тех пор, как стражники поймали меня в переулке.

Я вышла за дверь вслед за ней и спустилась по винтовой лестнице в главный зал, где все еще толпилась группа людей. Когда мы проходили мимо них, они сверлили меня взглядами.

Я задумалась о том, у скольких из них, как у Рен, родители погибли в сражении против моего отца.

– Все они из отряда воинов? – тихо спросила я.

Рен замедлила шаг, и я оказалась с ней плечом к плечу.

– Черт! Мэл и правда ничего тебе не рассказала, так?

– Нет.

Я вспомнила о ней, и меня охватила легкая дрожь.

– По-моему, она куда большая заноза в заднице, чем Дейкр.

Смешок, сорвавшийся с губ Рен, застал меня врасплох.

– Ты ведь знаешь, что он спас тебя от тюрьмы, верно? – спросила она, нежно улыбнувшись.

– Конечно, знаю, и я благодарна ему за это. Но…

– Но?.. – Она ободряюще помахала рукой, чтобы я продолжала.

– Я же могу быть ему благодарной, но все равно считать его несносным засранцем, правда же?

– Ой, ну конечно!

Она снова рассмеялась, повернулась ко мне лицом и пошла по холлу спиной вперед, будто провела здесь всю жизнь.

– Поверь мне, уж я-то знаю. Я провела с ним рядом всего-то целую жизнь.

Моя улыбка мгновенно испарилась, и я уставилась на нее.

– Он твой брат?

– Единственный и неповторимый.

– Мне очень жаль.

Рен улыбнулась так широко, что на щеках у нее появились ямочки.

– Из-за того, что назвала его засранцем?

– Нет, – покачала я головой. – Хоть он и засранец, мне не стоило тебе этого говорить.

Рен расхохоталась и придвинулась ко мне, а затем схватила меня за руку.

– Кажется, мы с тобой прекрасно поладим, Найра. По крайней мере, теперь на моей стороне

– Поверь, этому не бывать.

Она еще крепче прижала меня к себе, и мы пошли по длинному коридору.

– Ловлю тебя на слове!

– Слишком туго.

Пока я возилась с нетянущейся тканью, Рен отошла в сторону и оценивающе посмотрела на меня.

– Так и должно быть. Сражаться в просторной одежде гораздо сложнее. Сомневаюсь, что ты можешь себе это позволить.

Я картинно закатила глаза и скрестила руки на груди, чтобы заглушить острую боль в мышцах. Прошлой ночью я несколько часов проворочалась с боку на бок. Наконец мне удалось погрузиться в глубокий сон. Он продолжался до тех пор, пока Рен не расшумелась, и мне не оставалось ничего другого, кроме как проснуться.

Моя кровать была совсем не похожа на ту, на которой я привыкла спать во дворце. Она была жесткой, с колючими простынями, но все равно так приятно отличалась от холодной твердой брусчатки, на которой я спала на улице.

– Держи.

Рен наклонилась вперед и вытащила из-за пазухи кинжал. Серебряное лезвие блеснуло в свете костра. Затем она осторожно вложила его в пустые ножны у меня на груди, и я ощутила на коже тяжесть металла.

– Спасибо.

Я судорожно сглотнула. Я ведь не давала ей повода проявлять ко мне такую доброту.

Как бы она вела себя со мной, если бы узнала, кто я на самом деле? И что мой отец был виновен в смерти ее матери?

– Ладно, нам пора идти, иначе опоздаешь.

Она подтянула носки до щиколоток, а затем достала из-под кровати темные кожаные ботинки, быстро их надела и проворно затянула шнурки, завязывая тугие узлы с каждой петлей.

Когда она закончила, я лишь на миг оглянулась через плечо и встретилась взглядом со своим отражением в маленьком зеркале, которое висело над столом.

Я с трудом себя узнала.

Я провела руками по всему телу, следуя по изгибам облегающей кожаной униформы. Я была с головы до ног одета в черную боевую одежду, которая раньше внушала мне такой страх. Но теперь я сама выглядела так, словно была одной из них.

Хотя этому и не бывать.

Рен похлопала себя по карманам, проверяя, что ничего не забыла, а затем вывела меня из комнаты. Мы прошли по тускло освещенному коридору. Выцветшие картины на стенах местами облупились. Когда мы подошли к главному входу, она толкнула тяжелую дверь, и нас обдало волной холодного влажного воздуха.

Мы вышли на улицу. Я нерешительно вглядывалась в темноту. Свет фонаря тщетно пытался заполнить пустоту, но ему было не под силу заменить ни беззвездное небо, ни отсутствие восходящего солнца.

– Что это за место?

Рен огляделась, как будто не знала, что мне ответить.

– Потайной город.

– Это я знаю, – тихо рассмеялась я. – Но откуда он здесь взялся?

Рен задумалась. Выражение ее лица изменилось: обычно яркие глаза едва заметно сузились, а челюсти сжались, словно она была слегка раздражена. Наконец она заговорила: