Скитальцы
Шрифт:
Целительница бросилась открывать, на пороге стоял один из людей Зуба что держали площадь перед храмом, кажется Сморщенный у него кличка была. Он держал под руки Лену, платье на её правом боку было пропитано кровью, а лицо ужасающе бледным, хотя она оставалась в сознании.
– Быстро на стул!
– приказала целительница и бандит внес девушку в дом, усадив возле стола.
– Что случилось?
– сразу же подбежала Ольга, которая еще только готовилась идти выступать.
– Урод на площади порезал...
– пробормотала немка, пока Света убирала тряпку прикрывавшую рану.
Та была совсем не большой, но достаточно обильно
– Ничего, органы не задеты.
– успокаивала подругу целительница.
– Сейчас зашьем тебя! Оль, подай коробочку?
Черноволосая иномирянка сразу же протянула деревянную шкатулку в которой лежало несколько иголок и мотков шёлковых ниток.
– А ты чего стоишь?!
– обернулась целительница к кенту.
– Вали отсюда! К Зубу иди, какой-то урод на площади на его людей нападает! Двигай!
Под напором сверкающей голубыми глазами Светы, парень стушевался и выскочил из дома прикрыв дверь.
– Мне кажется, я убила этого, который на меня напал.
– прошептала Лена когда бандит исчез.
– Не знаю как, но я его убила его.
Целительница прижала ладони к краям раны, на мгновение из под них полился золотой свет, но затем она отдернула руки.
– Ай! Ты током бьёшься!
– воскликнула Светлана, и попыталась ещё раз, с тем же результатом.
– Черт! Не могу обезболить, придется так шить!
– Вот, выпей.
– Оля тут же протянула раненой пузатую бутылку с медовухой.
Пока Света прокаливала над пламенем свечи иглу, и вдевала нить в ушко, подруга уже успела опустошить половину бутылки. Немка ответила кивком на молчаливый вопрос целительницы, и крепко сжала зубы когда игла проткнула кожу.
13. Июнь. 827.– Они там, четверо...
– доложил плешивый мужичек нервно перебирая ворот рубашки.
– За крайним стольким, у окна.
– Хорошо, а теперь пшёл отсюда.
– кивнул Червяк и пинком выгнал стукача из переулка.
– Что, парни, кончим этих ублюдков! Вперед!
Шестеро бойцов зуба выскочили на узкую улицу и бросились к стоявшему напротив трактиру. Крыл первым достиг двери, и с разбегу вынес пинком тонкую дверь. В маленьком зале почти никого не было, пара посетителей, трактирщик, за отдельным столом седело четверо кентов Кота.
– Сдохнете драные ублюдки!
– закричал Червь и его бойцы ринулись в атаку.
Четверка противников даже понять что произошло не успела, двоих схватили сзади, и напихали ножей в почки. Оставшиеся вскочили со своих мест, выхватывая оружие, Игорь был ближе всех к ним. Бандит кота бросился на иномирянина что бы пырнуть, но тот схватил кружку с ближайшего стола и ударил противника в висок. Он рухнул в бок, а Жаров вывернул кисть, отбирая оружие, и со всей силы вонзил клинок под ребра. Горячая кровь потоком хлынула на опилки покрывавшие пол. Последнего врага тоже добили, Крыл вспорол ему брюхо.
– Не убивайте, пожалуйста!
– сразу завопил трактирщик поняв к чему идет дело.
– Я что угодно сделаю!
– Да куда ж ты денешься?!
– хмыкнул Червяк, посетители естественно уже смылись, так что он остался один.
– Передашь Коту, что он зарвался! Понял?!
22. Июнь. 827.– Пойдем мы с тобой в патрули по Песчанному, зуб даю...
– мрачно прокомментировал сосед по строю, глядя как из казармы выходит капитан стражи.
– Сплюнь, блин!
– буркнул Сад,
Приказ собраться возле казарм получили все до единого стражники города. Толпу из почти трех сотен уместить на небольшой площадочке было не просто, приходилось прижиматься друг к другу, да ещё доспехи и оружие мешали.
– Вольно!
– громко скомандовал капитан, хотя по стойке никто и не стоял.
Вообще, барон Костин был уважаем среди своих подчиненных. Бывший наёмник, служивший у кхоров, отличный воин, достаточно честный, в смысле всегда во время платил своим людям и взятки брал умеренно. Он был не молод, шестьдесят пять лет, и голова уже давно стала седой, но энергией давал фору молодым.
– Значит так!
– объявил он, поглаживая усы.
– Как вы все уже слышали, в Песчаном опять неспокойно! Банды Зуба и Кота сцепились из-за территории, или ещё чего-то, хрен их разберёшь...
– Ну и пусть режут друг друга, я не против.
– подметил сосед Сада.
– Нужно навести порядок в этом гадючнике!
– продолжал капитан.
– Будем работать, со службой Городского Констебля, на них расследования, на нас поддержка и патрулирование!
– Писец...
– буркнул Сад, шанс получить перо в бок резко возрастал.
– В связи с тяжёлой остановкой, патрули будут увеличены до шести человек! Кроме того, граф распорядился, но каждый патруль выделить по одному арбалету...
По строю прошёлся одобрительный гул, а у молодого стражника отлегло от сердца.
– Кроме того, патрулирование будет круглосуточным, и повсеместным! Заглядывайте в самые темные переулки и глухие помойки! Вытравите эту шваль из нашего города!
Стражники с готовностью закивали, голос старого вояки воодушевлял.
– Руководить патрулями в Песчаном будут сержанты Зековская, и Корсак! Сейчас они огласят списки тех кто теперь работает там...
– Ну конечно, я даже не сомневался.
– пробурчал Сад когда во время оглашения списка назвали его фамилию.
24. Июнь. 827.– И что же, собаки много дохода приносят?
– прощебетала Ира улыбаясь уголками рта.
– Да вы знаете, это больше для души чем для прибыли.
– ответил мужчина так сильно сжимая бокал вина бледными пальцами что казалось он вот-вот треснет.
– Это, знаете ли, требует точности, нужно учитывать каждую родословную, что бы чистоту породы сохранять. И само воспитание щенков, нужно постоянно балансировать между строгостью и лаской! Собака должна беспрекословно вам подчиняться и вместе с тем считать другом!
– Это так чудесно, когда мужчина любит животных. Такое не часто встретишь! Заов, а может мы перейдем на ты?
– девушка пальчиками слегка коснулась руки мужчины, а горло при этом сдавил приступ тошноты.
– Как будет угодно даме.
– галантно произнес он, и ответил на прикосновение.
Ирина опять улыбнулась, опять стараясь побороть приступ тошноты. Нет, главный констебль Заов Бенс казался приятным человеком, и внешне довольно привлекательным. Слегка полноватый, но в мерах приличия, и молодой, в районе сорока лет. От него не воняло ни потом, ни навозом, он был красиво одет, умел разговаривать, речь не прерывалась постоянным матом, но едва девушка представляла что придется с ним спать, то сразу же накатывал приступ тошноты. Это было мерзко, отвратительно, тошнотворно! Но и отвертеться не выйдет.