Чтение онлайн

5

Алида, прихрамывая и держа в одной руке факел, освещала залы, которые когда-то были величием ее народа. Дор, аккуратно переступая обвалившийся под ноги хлам перекрытий и обломки изваяний, повернул взгляд на Алиду.

— Ты опустила глаза. Усталость или стыд?

— Мне надо передохнуть.

Дор опустил спутницу, прислонив её спиной к стене. Сам, отломав пару досок от торчащего из песка щита, бывшего когда- то дверью в темный узкий коридор справа, развел небольшой костер.

Дор Ийса смотрел на огонь и старался не думать о саднящих боках и плечах, голова гудела как улей, и шум бури снаружи лишь усиливал эти ощущения. Алида, прислонившись

к стене, перебинтовывала запястье. Дор поднял взгляд, следя за ее манипуляциями. " Досталось разбойнице, но ничего держится… дышит только тяжело". Дор смотрел, как на каждый выдох парил воздух горячего, человеческого дыхания. Что становится ощутимо холодней, Дор понял лишь тогда, когда морозный ветерок обдал промокшую от пота спину.

— Холодает. И слишком быстро холодает, — обратился он к Алиде.

Алида оторвала взгляд от повязки: ее взгляд был испуганным, а тело било холодным ознобом.

— Это… это проклятье царствующего рода… это… это мертвецы чувствуют, что я здесь…

Она зажмурилась, и из глаз ее покатились слезы, она закусила губы и сжала кулаки, натягивая края броней, скрестив на груди руки.

Дор, не спеша встал. Он посмотрел на нее сверху вниз, затем окинул взглядом залу, в которой они находились. Слабый дым от костерка, поднимаясь куда- то под полог сводов, исчезал в неразличимой отдушине. " Огонь можно развести и по — жарче… видимо тоже ей по голове досталось — мерещится же всякое". Довольно проворно Дор соорудил костер, тепло которого, могло согреть их обоих. " Но этого мало — надо привести её в чувство. Спать будем спиной к спине, для тепла. И разведать, как найти отсюда выход".

— Алида, открой глаза.

Алида, казалось, не слышала. По щекам ее не переставали течь слезы.

— Подвинься ближе к огню и прижмись ко мне спиной. Так мы не замерзнем.

Она сидела не шевелясь. Дор присел рядом на корточки.

— Алида, ты слышишь меня?

Алида покивала, медленно.

— Слышу… и тебя… и их!

— Да очнись ты, наконец! — звук пощечины раздался в сводах, как треск ломающегося дерева.

Алида смотрела на Дор Ийсу несколько мгновений. И вдруг вцепилась ему в куртку, притягивая к себе, судорожно прошептала:

— Я боюсь… мы не пройдем сквозь тюремный зал. Там встретят нас тени. И уведут с собой.

— Что б тебя! Вцепилась как клещ! Успокойся, наконец! И куртку отпусти.

Еле высвободившись, Дор принялся ковыряться в походном мешке: где- то был корень черной исмы, первый дурман, и хорошо шел на обмен с другим товаром из стали и серебра. Он скрутил один лист в трубочку и набил его порошком из корня. Посмотрел на Алиду и оторвал половину. Подержав над огнем, положил дымящийся сверток в осколок от какой-то крынки и протянул Алиде.

— Вдыхай.

Алида послушно затянула дым носом несколько раз.

Дор сидел и смотрел, как опускаются ее веки, разжимаются кулаки, до крови разодранные судорогой страха.

— Как идти отсюда?

— Прямо через зал… Вниз в подземелье и в коридор слева… Через семьдесят шагов будет два изваяния. Если переложить топор одного и копье другого друг другу… справа откроется лаз. По нему можно дойти до выхода… к железным рудникам у Идолима…

Дор внимательно слушал и прикидывал, сколько займет путь через подземелье.

Алида, тяжело и прерывисто дыша, все глубже проваливалась в сон. Ее речь стала лишь редкими словами, не имеющими связи. Дор сидел напротив огня и не обращал уже внимания на то, что она говорила. В зале становилось холоднее и холоднее. Все тело ныло и ломало от усталости, накопленной

за два дня пути. В ушах шумело, и Дор уже не разбирал, шум ли бури это или его собственное тело говорит ему о необходимости отдохнуть. " Долго все равно не получится спать…и снова в путь… снова"- мысли путались. Дор лег, прижавшись к Алиде спиной — так теплее. Она не беспокоила, лишь дыхание было прерывистым — тоже мерзла. " Ничего, сейчас отогреемся". Сон был тяжелым, больше похожим на дрему, сквозь которую, тело отказывается просыпаться, пытаясь согреться и отдохнуть, но все равно все слышишь и чувствуешь запахи и вкусы.

Сквозь эту дрему Дор ощущал как Алида, повернувшись во сне, прижалась к нему, обняв и ластясь. Её руки умело лаская, скользили по его торсу под курткой, кончиками пальцев, слегка касаясь, медленно, от груди к чреслам. Сквозь сон, он чувствовал это, и ему не хотелось, чтоб это заканчивалось. Он убил бы любого, кто мог бы потревожить этот сладкий, манящий, ласковый сон.

"… Очнись…"- где-то за пеленой дремы сказал голос. Дор уже слышал этот голос. Знакомый, до боли голос, в горле его набухал ком, и хотелось крикнуть "Нет, мне хорошо в моем сне!". " Очнись, охотник!". Дор вскочил на ноги одним рывком. Алида отпрянула, оставаясь на настиле, отползла к стене, прижавшись к ней спиной.

— Я знаю, ты уйдешь охотник.

Алида обхватила руками колени и, свернувшись в клубок по кошачьи, снова уснула тяжелым сном, повернувшись спиной к огню.

Дор подкинул дров в костер. И только потом заметил расстегнутую на себе одежду.

— Бабы… все из-за вас. От сна до драки. Похоже, дурмана исмы досталось и мне — туго я еще соображаю.

Дор Ийса оправился и взяв горящую головню направился ко входу в подземелье, тому, о котором рассказала Алида.

Спустившись в подземелье, Дор понял, почему Алиде было так страшно при воспоминании о своем наследии. Подземелье было тюрьмой тех мрачных времен, когда тьму из сердец и страх было трудно убрать. Повсюду к стенам в клетях были пригвождены узники, вернее то, что от них осталось. Кого вешали вниз головой, кому крутили конечности так, что было не разобрать где руки, а где ноги. Предназначение некоторых приспособлений Дору было вообще трудно представить.

— Мудры были предки, и развлекаться умели… зверство.

Дор достиг изваяний и, совершив ритуал, огляделся.

" Ну и где же тот лаз, о котором говорила она? Обманула?" Головня догорала, и Дор взял со стены факел. Света прибавилось, но пыточная осталась неизменна. Дор принялся ощупывать стены: " может, нажать где-нибудь надо? Похоже, она не все рассказала. Вернутся и спросить еще раз?". Дор почувствовал, как по спине пробежал холод. Легкий ветерок, наполненный могильным холодом. Его лоб покрылся испариной: за спиной раздались отчетливые шаги. В такт шагам бы звук звякающих цепей. Дор обернулся и направил факел на звук.

— Что ты ищешь здесь, чужеземец? — тихий шепот одновременно спрашивал и из темноты и над самым левым ухом.

— Я… я не хотел тебя тревожить, Хозяин Подземелий. Я шел в Идолим и случайно провалился в руинах твоих владений. Я просто пытаюсь выбраться.

— Ложь… откуда у тебя реликвия?

— О какой реликвии ты спрашиваешь? — рука путника опустилась на рукоять меча. Пальцы послушно сжали кожаный переплет рукояти.

— Не играй со мной! — из тьмы появился силуэт человека огромного роста, на две головы выше Дор Ийсы и шире его в два раза. На голову его был накинут клобук белого савана, а из оборванных рукавов торчали руки, на запястьях которых, были обрывки цепей.