Чтение онлайн

И в стране начали происходить перемены, и в сердца Друзей эльфов проникла тревога.

И когда за закрытыми дверями Ар-Фаразон спросил Саурона:

– - Кто это - Владыка Тьмы?

Саурон ответил:

– - Его имя - Мелькор, и он сделает тебя сильнее всех.

И тогда король Ар-Фаразон стал поклоняться Тьме и ее владыке Мелькору, и люди последовали его примеру.

В Роменне все еще жили остатки Верных, возглавляли их почитавшиеся за мужество и ум королевский советник Амандиль и сын его Элендиль, отец Изильдура и Анариона. Амандиль и Элендиль были великими мореплавателями и происходили от Эльроса Тар-Маниатюра. В дни юности, когда они росли вместе, Амандиль был

дорог Фаразону, и хотя он и был другом эльфов, все же вплоть до прихода Саурона оставался в совете короля. Но теперь его отстранили от дел, потому что Саурон ненавидел его, однако Амандиль был так благороден, что пользовался почетом у многих людей, и ни король, ни Саурон не могли расправиться с ним.

Поэтому Амандиль удалился в Роменну и тайно призвал туда всех, кого считал Верными. Он опасался, что эльфам грозит опасность, и вскоре так и случилось. Хотя Менельтарма в эти дни была совершенно пустынна, и даже Саурон не осмеливался осквернить это священное место, однако король, под страхом смертной казни, не позволял ни одному человеку восходить на гору, даже тем из Верных, кто хранил имя Илюватара в своем сердце. И Саурон убеждал короля срубить Белое Дерево, Нимлот Прекрасный, который рос перед его дворцом, поскольку оно было напоминанием Эльдар о свете Валинора.

Сначала королю не хотелось разрешать этого, так как он верил, что судьба его дома связана с Деревом, как предсказывал Тар-Палантир. До этого безрассудного поступка он, кто стал ненавидеть Эльдар и Валар, все же придерживался старых заветов Нуменора, хотя тщетно, ибо они уже превратились для него в тень. И когда до Амандиля дошел слух о злобном намерении Саурона, он глубоко опечалился, зная, что в конце концов Саурон обязательно добьется своего. И он тайно пробрался туда и совершил подвиг: он проник в Арменелос, где росло дерево, охраняемое по приказу Саурона, и сорвал с него плод, и, получив множество ран в обратном пути от стражи, скрылся, а так как он был переодет, никто не узнал, кто это был.

А Амандиль вернулся в Роменну. Тот плод тайно посадили, и Амандиль благословил его. Весной появился росток и начал давать побеги.

Никому более не удавалось сделать подобное, потому что после нападения король уступил Саурону и срубил Белое дерево и с тех пор отказался от верности Аману.

По замыслу Саурона на холме возвели башню, и ее венчал купол. На вершине купола сделали отверстие, где Саурон сжег срубленный ствол Нимлота.

Могущество Саурона с каждым днем возрастало, и в той башне люди совершали кровавые жертвоприношения Мелькору, и чаще всего жертвами были Верные.

Саурон привлек к себе на службу тех, кто восстанавливал человека против человека, и они бродили по стране, и народ начал роптать против короля и вождей.

С помощью советов Саурона король приумножал свои владения и строил корабли. Теперь нуменорцы отправлялись в Среднеземелье вооруженными и появлялись там как свирепые воины. И они преследовали людей, забирая добро и обращая их в рабство, и многих убивали на своих алтарях. Люди боялись нуменорцев, и память о добрых королях исчезла из мира.

Так Ар-Фаразон стал величайшим тираном, какого не знал мир со времен царствования Моргота, хотя в тени трона фактически всем правил Саурон.

Шли годы, и король почувствовал приближение смерти, и его охватило чувство страха. Тогда настал час для Саурона, которого он долго ждал.

И Саурон обратился к Ар-Фаразону, сказав, что сила короля теперь настолько велика, что он мог бы навязать свою волю всему существующему. И Саурон сказал:

– - Сами Валар владеют страной, и лгут тебе, скрывая ее. Причина тому - жадность и страх, как бы короли людей не вырвали

у них королевство, но великие короли сами берут то, что принадлежит им по праву.

Тогда Ар-Фаразон, одурманенный вином, внял словам Саурона и начал вынашивать в сердце замысел войны против Валар. Он тайно готовил ее, и все же Амандиль получил предостережение о намерениях короля. Поэтому он призвал своего сына Элендиля и сказал ему:

– - Мрачны дни, и нет для людей надежды, так как Верных осталось мало, и я решил уплыть на запад и обратиться к Валар и к самому Манве, и просить его помощи, пока еще не все погибло!

– - Но не предашь ли ты этим короля?
– спросил Элендиль.
– Ведь тебе хорошо известны обвинения, которые выдвигают против нас, будто мы предатели, а ведь эти обвинения ложны.

– - Хотя бы я думал, что Манве ждет подобного от посланца, - я предал бы короля. Но я буду умолять о милосердии к людям и об избавлении их от Саурона, потому что среди них остались еще Верные.

– - Но как ты думаешь, отец, что произойдет с твоими домочадцами, когда станет известно о том, что ты сделал?

– - Это не должно быть известным, - сказал Амандиль.
– Я подготовлю свой уход в секрете и уплыву на восток, но тебе, сын мой, и твоему народу советую подготовиться и погрузить на другие корабли все то имущество, с которым вы не захотите расстаться. Снарядив корабли, вы должны собраться в гавани Роменны, и когда придет время, вы объявите, что последуете за мной на восток. Но пусть не будет заметно, что вы собираетесь взять с собой много людей - из-за войны, которую король ныне замышляет, ему потребуются все силы, какие он сможет собрать. Ищите Верных, и пусть они подчиняются вашему решению.

– - Какому решению, отец?

– - Не вмешиваться в войну и наблюдать, - ответил Амандиль.
– Пока я не вернусь, я не могу сказать больше.

Затем Амандиль простился со своими домочадцами.

– - Будьте всегда наготове, ибо конец мира близок! Ночью

Амандиль взошел на большой корабль и повел его на запад. Он взял с собой трех слуг.

Элендиль выполнил все, что приказал ему отец, и его корабли стояли у причалов. Верные погрузили на них своих жен, детей и имущество. Так Элендиль приготовился ко всему и не вмешивался в злые дела тех дней, ожидая знака, которого не было. Тогда он отправлялся к западным берегам и смотрел вдаль за море, потому что тоска одолевала его: он любил своего отца.

Теперь молнии сверкали все чаще и убивали людей на холмах, в полях, на улицах. Ужасная молния ударила в купол храма и расколола его на части, и пламя охватило его, но сам храм не дрогнул, и Саурон стоял наверху, и люди называли его тогда богом и делали все, что он требовал.

А король Ар-Фаразон все ускорял свое вооружение. В то

время флоты нуменорцев покрыли все море на западе страны. Флаги на кораблях были золотые и черные, и все это ожидало слова Ар-Фаразона.

И вот с заката поднялись орлы Повелителей Запада, и позади них он пылал красным пламенем, так что весь Нуменор был как бы озарен горящим золотым огнем.

Тогда Ар-Фаразон взошел на борт своего могучего корабля, и на нем был установлен трон Ар-Фаразона. Он надел корону и доспехи и велел поднять якоря.

Флот нуменорцев двинулся навстречу угрозе запада.

Постепенно флотилия скрылась из вида часовых, и ночь поглотила ее, и утром нуменорцы проникли в запретные моря. И

вот армада Ар-Фаразона появилась из-за горизонта и окружила Альквалонде и весь остров Эрессе, и нольдорцы испугались. Гордость правила Ар-Фаразоном, и в конце концов он покинул корабль и сошел на берег, который был пустынным, и объявил его своим владением.