Чтение онлайн

Доведя мужчин до пещеры, Сабрина вернулась, чтобы, насколько это возможно, уничтожить следы на снегу. Она поднималась в гору, оглядываясь на солдатский лагерь, где индейцы тоже пытались скрыть все, что указывало на недавнюю схватку. Была такая темень, что ей удалось разглядеть лишь силуэт вождя индейцев, подъехавшего к фургону. Он осмотрел фургон и удивленно оглянулся. Затем возвратился к белому мужчине у кедра, как раз под скалой, откуда она наблюдала. Индейцы, уже отведав оставшегося виски, так сильно шумели, что этим двоим пришлось говорить в полный голос.

– Я же сказал тебе не убивать их. – Лица говорящего

– Мертвые не проболтаются.

– А что с заключенными? Хоть их-то не убил?

– Нет никаких пленных. Сбежали.

– Проклятие! Я не хотел. Ладно, может, это и к лучшему. Теперь капитан решит, что они убили солдат, забрали лошадей и оружие.

– Никаких лошадей! Они теперь принадлежат Серому Воину! – грозно произнес индеец.

– Вот и прекрасно! – согласился Длинное Ружье, явно желая поскорее убраться. – Возьми лошадей. Мне нужны только мулы с грузом. Черт с ними, с пленными. Они и так умрут от голода и холода.

В его голосе Сабрине почудился тщательно скрываемый страх. Серый Воин расхохотался и начал громко отдавать приказы. Белый мужчина уехал, мелькнула лишь его спина, на мгновение освещенная светом костра. Индейцы допивали виски, собирая ружья и ранцы убитых. Сабрина подождала, пока они, издав ликующий победный вопль, уехали, и решила проверить, может, кто-то еще жив? Но в лагере остались лишь убитые, а все ценное было увезено.

«Заключенные». Так их назвал Длинное Ружье. Теперь все ясно. Фургон предназначался не для трупов, а для перевозки преступников. А она их выпустила. И теперь их, а заодно и ее, будет разыскивать целая армия. Что же они натворили? Что с ними делать? Нельзя же просто уйти и оставить раненых без лошадей и еды. Сабрина подумала о своем плане, об отце, все еще засыпанном лавиной, о том, что надо с рассветом ехать в Баулдер, а не возиться здесь с кучей раненых арестантов.

Держа пистолет в руке, она возвратилась в пещеру.

Коултер укладывал парней, стараясь устроить их поудобнее. Услышав ее шаги он обернулся.

– Они ушли. Вы свободны, – сказала она низким голосом.

– Спасибо. Но ирландец почти не может идти, а Карл снова потерял сознание. У Тайлера рана в голове, так что он – полный инвалид. Боюсь, нам понадобится ваша лошадь.

– Нет! Она мне нужна! Я еду по срочному делу в Баулдер.

Его лица не было видно, но и могучий рост, и застывшая фигура внушали опасение. Только сейчас Сабрина осознала весь ужас своего положения. Ведь она была наедине с преступниками. Одно утешение – они наверняка думают, что перед ними мужчина. Да еще у нее пистолет, хотя много ли от него будет пользы, если этот парень решит его отобрать. Но тогда бы он поджидал ее у входа в пещеру, так? А он этого не сделал.

Теперь же он внимательно смотрел на Сабрину:

– Не знаю, что у вас за дело, но если вы поможете нам, то обещаю и вам любую помощь, на какую способен.

Ей послышался слабый акцент – несомненно, южанин.

– О какой помощи тут говорить, если ваши парни еле стоят на ногах.

– Я не про них, а про себя. Я хотел бы отблагодарить вас за доброту. Ведь есть же что-то, что вам крайне необходимо сделать. Все что угодно, кроме убийства. И даю слово, вас никто не обидит.

Что ж, даже преступники заботятся друг о друге. Да

Сестры! Папа! Боже праведный, да это же решение ее проблем! Раненым нужен уход, и это надолго. А мужчина сам предлагал свои услуги в обмен на заботу о раненых. Значит, не нужна никакая свадьба. Целых четыре мужчины, и все зависят от нее! И один даже пообещал любую помощь, лишь бы позаботились о его друзьях. Четыре беглых арестанта, которым некуда идти. Четыре человека, которые просто сменят камеру в тюрьме на сарай в ее доме. Наверное, гномы все же услышали ее. А может, Бог услышал ее молитвы. Ей не надо выходить замуж! Стоит только взять этих четверых домой.

– Ладно. Не бросать же вас здесь. Помогите парням вернуться в фургон, пока я приведу лошадей.

– Лошадей? У вас что, не одна лошадь?

– У меня еще вьючная. Привяжем их к фургону и доставим вас в безопасное место.

– Но ведь вы подвергаетесь риску!

– Почему? Вы же обещали, что со мной ничего не случится.

– Ни я, ни мои люди вам не причинят вреда. Но, боюсь, солдаты из форта будут искать нас.

– Правильно, капитан, пусть девочка уходит. Это слишком рискованно, – раздался голос ирландца. – Я слышал звук волынки, как раз перед тем, как нас схватили, а гномы словно сдвинули землю у меня под ногами. Это добрый знак. Даст Бог, мы выкарабкаемся.

Сабрина ахнула. Ирландец распознал в ней женщину. И еще больше ее поразили его слова о волынке. Ирландец почувствовал вибрацию земли под ногами? Она ведь испытала то же самое в руднике, когда молилась о помощи. И ей послана помощь. Даже четверо мужчин вместо одного. Если до сих пор у нее и были сомнения, то теперь она точно знала, что делать. Надо везти их домой.

– А какое преступление вы совершили? – спросила она, хотя и решила, что теперь это уже не важно.

– Как любой солдат на войне, – пожал плечами капитан. Голос у него был усталым и хриплым. – Но это не имеет значения. Только помогите нам выбраться отсюда.

– Тогда поехали в безопасное место.

– Черт побери, разве такие еще остались?

– Устраивайте своих людей в фургоне. Здесь всего-навсего Колорадо, а не ад с чертями.

По крайней мере, пока что.

Сабрина не предложила капитану свою помощь, пока он устраивал раненых в фургоне, потому что напряжение, возникшее между ними с самого начала, росло с каждой минутой. Он был совсем не похож на пленника: сильный, гордый, высокий, а еще самоуверенный – таким не покомандуешь. При лунном свете он и вовсе походил на опасного хищника: так же готов к мгновенному отпору.

– Нам не стоит терять время. Как бы какой-нибудь индеец не вернулся, – сказала Сабрина, взобравшись на лошадь, чтобы хоть так, глядя на него сверху вниз, утвердиться в роли хозяина, вернее, хозяйки положения. Ей хотелось бы доверять ему, но он был преступником – этим все сказано.

– Индейцы обычно не нападают ночью.

Он продолжал стоять, как будто любым способом хотел, чтобы последнее слово осталось за ним. Ну нет. Только не это. Ей нужны вовсе не командиры, а люди, которые беспрекословно будут выполнять ее приказы и поручения.