Чтение онлайн

— Дай сюда. — Бьорн взял у нее пряжку.

Затаив дыхание, Виола смотрела, как его большие руки аккуратно прилаживают застежку. Когда фибула была надежно закреплена, он поправил плед и при этом нечаянно задел ее грудь. Жар ударил в лицо, а, взглянув на Бьорна, Виола увидела, что он тоже покраснел.

Без единого слова они вернулись в лагерь. Все уже были готовы к дороге. Бьорн подсадил Виолу в седло, уселся позади и тронул поводья. Конь размеренной рысью поскакал по лесной тропе. Остальные отправились вслед за ними.

***

Солнце скрылось за верхушками

деревьев, надвигались сумерки. Лошадиные копыта все дальше уносили Виолу из родных краев. Хмель все еще туманил голову, немного притупляя страх, но чем дольше они ехали, тем яснее становилось, что привычной жизни проходит конец.

Руки Бьорна, держащие поводья, охватывали Виолу нерушимым кольцом, а за спиной ощущался жар его могучего тела. Ей ни за что не сбежать! Спрыгнуть с лошади — Бьорн тут же ее подхватит, а если и удастся, и она не сломает при этом шею — то босую он настигнет ее в тот же момент.

«Суждено ли мне вернуться домой, увидеть отца? — с каждой минутой отчаяние становилось все сильнее. — Я должна бежать. Любой ценой. Лучше всего на привале, когда хейды уснут. А до тех пор надо притвориться, будто я смирилась, чтобы усыпить их бдительность».

Когда стемнело, Рагнар зажег факел и поехал впереди, показывал дорогу остальным. Через несколько часов Виола уже умирала от усталости и, наплевав на неприязнь к хейдам в целом, и Бьорну в частности, прислонилась к его груди и погрузилась в тревожное полузабытье. Свалиться она не боялась — коней пустили шагом, а крепкие руки похитителя надежно оберегали от падения.

К полуночи резко похолодало. Свежий ветер бил в лицо, и Виола озябла. Бьорн, заметив, что она дрожит, снял свой плащ на волчьем меху и укрыл ее спереди как одеялом. Стало намного теплее. Виола даже ощутила прилив благодарности, но тут же поспешила его отогнать.

«Он всего лишь заботится о собственности своего господина», — напомнила она себе. — Если бы не он, я бы сейчас спокойно спала в своей постели».

При мысли о доме к глазам подступили слезы. «Надо бежать при первой возможности», — твердо решила она.

К тому времени, как над лесом забрезжил рассвет, люди и лошади окончательно выбились из сил. Хейды остановились на поляне у небольшого ручья. Бьорн соскочил на землю и ссадил Виолу с коня.

— Будешь вести себя разумно, или мне тебя связать? — поинтересовался он.

— Не надо, — буркнула она.

Мышцы внутренней части бедер и голеней так утомились от верховой езды, что было больно даже стоять.

На поляне закипела работа. Альрик и Лодур — за прошедшую ночь Виола наконец запомнила имена бородачей — принялись рубить деревья, пока Олаф с Ингваром расседлывали лошадей, Бьорн вбивал колышки для палатки, а Рагнар разводил костер.

Виола уселась на бревно, которое уже успели приволочь к будущему очагу.

— Повезло тебе, девица, — хмыкнул Рагнар, когда из-под кучи хвороста взметнулся серый дымок. — Спас он тебя.

— Кто?

— Бьорн. Когда назвал добычей ярла.

— Пф-ф, я его об этом не просила, — скривилась Виола.

— Да ну? — Рагнар насмешливо поднял

рыжие брови. — Так значит, ты была не прочь поразвлечься с мужиками?

Виола возмущенно фыркнула и отвернулась, уставившись на танцующие языки пламени.

Рагнар начал прилаживать над огнем треногу для котелка.

— Тяжко ему придется, — вздохнул он.

— Кому?

— Бьорну.

— В каком смысле?

— В таком, что ярл назначил его таном и поставил во главе дружины. Договориться с твоим папашей — как раз и было его первым заданием.

— И он его с треском провалил, — невесело усмехнулась Виола.

— Угу. — Рагнар кивнул. — Но я сейчас не об этом.

— А в чем?

— Понимаешь ли, ваши графья крайне редко приглашают нас на пирушки. Обычно мы сами приходим в ваши деревни и берем, что захотим.

— То есть, грабите нас?

— Можно и так сказать. Ну, так вот, во время набегов у мужиков кровь вскипает в пылу битвы, поэтому, если под руку попадется какая женщина… Ну ты понимаешь… всякое бывает…

Даже за толстые стены кастильской крепости проникали слухи о злодеяниях, что творили хейды в разоренных селениях. Массовые изнасилования были обычным делом. Виола на миг представила, что случилось бы с ней, если бы не вступился Бьорн, и по позвоночнику пробежала ледяная волна.

— И к чему ты мне это рассказываешь? — спросила она.

— Я вот просто ума не приложу, как Бьорн собирается возглавлять набеги. Дело в том, что он терпеть не может, когда над женщинами непотребства всякие учиняют.

— Хм… И откуда же такое благородство?..

«…у дикаря», — хотела добавить Виола, но благоразумно осеклась.

Рагнар пожал плечами.

— Думаю, из-за Альвейг.

— Альвейг? Кто это?

— Сама у него спроси, — ответил он, глядя ей за спину.

Обернувшись, Виола увидела, что к ним приближается Бьорн.

— О чем «спроси»? — поинтересовался он.

— Об Альвейг, — смущенно пробормотал Рагнар.

У Бьорна дернулась щека. Он бросил на приятеля испепеляющий взгляд.

— Вот трепло безмозглое! Скажи лучше, жрать скоро будем?

Похоже, откровенничать он не намерен. Ну и черт с ним! А перекусить и правда не помешало бы: желудок скрутило от голода, ведь во рту с прошлого утра и маковой росинки не было. Пожалуй, Виола даже от жареного мяса не отказалась бы.

Рагнар поднялся с бревна и направился к пожиткам, наваленным под суконным навесом между палатками.

— Замерзла? — Бьорн присел рядом.

— Немного. — Она поплотнее запахнула плащ.

Он молча поднялся и ушел, а через минуту вернулся, принеся с собой две кружки и железный ковшик с деревянной ручкой. Примостившись у костра, он сунул ковш прямо в огонь. Виола увидела, что внутри плещется темная жидкость.

— Что это? — поинтересовалась она.

— Увидишь, — загадочно усмехнулся Бьорн.

Вскоре раздалось бульканье, из сосуда повалил пар. В воздухе разлился необычный аромат — пряный и хмельной. Бьорн снял ковш с огня, а когда напиток чуть остыл, наполнил кружку и протянул Виоле.