Чтение онлайн

— Милорд, — шёпотом отозвалась Рики, — отпустите меня, милорд.

— ...я просто вышел из себя и в итоге не сдержался. А ты меня не оттолкнула.

— Я растерялась.

— И всё же не оттолкнула.

— Я готова сделать это прямо сейчас. Не хочу, чтобы утром вы жалели обо всём, что сделали.

— Жалел?

— За ночь вино из головы выветрится, и вы вспомните, каких бед натворили. Потом вспомните, что всё это видел лорд Альгервильд, и начнёте срываться на мне.

— Хочешь, чтобы я срывался на старике Рее?

— Вот это совсем ни к чему, милорд. Он несказанно предан вам — это видно. Вы совершите большую ошибку, если обидите его.

— А ты? Тоже предана

и верна мне?

В этот раз Гай смотрел Рики в лицо. Она это чувствовала, хоть ничего и не видела. Ей страшно было вновь встретиться с тем омутом в его взгляде, который она до сих пор не до конца понимала.

Какая же она глупая! Тысячу раз прав был брат: Рики совсем не думает о последствиях, живёт одним днём и лишь своими мечтами. Как можно было ответить на поцелуй хозяина, которого все вокруг жаждут видеть в образе сильного правителя, заботливого мужа и любящего отца? Разве это не сумасбродство? И пусть её сердце уже давно замирает при виде одной лишь его тени, пусть губы растягиваются в счастливой улыбке, стоит ему только поманить её к себе, она всё равно не должна давать волю чувствам и позволять им хлестать через край, искушая и умоляя переступить черту. Задача слуг — быть тенью хозяев, предугадывать их желания, а не идти на поводу у своих и уж точно не мнить о себе чего-то большего. Гайлард Стернс — тот, кого нужно защищать, кому всегда нужно говорить правду и от кого нельзя ничего утаивать, как Рики это делает вот уже почти сутки. И поступает так она лишь ради себя собой и ради исполнения собственных желаний. Тысячу раз был прав брат... а то и две тысячи!

— Я задал сложный вопрос? — с горечью в голосе спросил Гай.

Рики открыла глаза. Пару раз моргнула, морщась от яркого пламени вставленных в стены факелов, и только затем перевела взгляд на Стернса.

Гайлард выглядел странно. От былого высокомерия не осталось и следа, зато морщинок в уголках глаз и на лбу прибавилось. Но сколько бы их ни было, он всё равно оставался для Рики самым красивым мужчиной на свете. А вместе с тем, возможно, и самым нежным, заботливым, хоть часто необъяснимо вспыльчивым, но последнего Рики уже давно не боялась.

— Молчишь, словно язык проглотила, — выдохнул Гай и отстранился.

Рики тут же зябко поёжилась. Ей снова стало не по себе, ведь поселившийся прошлой ночью в сердце секрет жёг, кололся и рвался наружу. Но вместо признания Рики выдавила:

— Как вы можете во мне сомневаться, если моя работа — защищать вас?

Гай ухмыльнулся.

— Защищать?

— Вы же для этого оставили меня около себя.

— А если я захочу чего-то большего? Ты сделаешь это?

Рики нервно сглотнула. О каком большем он говорит? Если о смерти ради того, чтобы он жил, то она уже много раз давала ему эту клятву.

— Я около вас дни и ночи, милорд, и делаю всё, что вы приказываете. Чего бы вы ни пожелали, я сделаю всё. Умру, если надо!

— Вот умирать как раз не надо, — быстро проронил Гай и снова тяжело вздохнул: — Он до сих пор мне снится...

— Он?

— Дракон. Снится, что мы стоим друг против друга, и в его поганой морде я вижу своё отражение. А ты стоишь за моей спиной, и это я защищаю тебя, а не наоборот.

— Это всего лишь сон. Бестолковый сон. Плод ваших бесконечных переживаний. Вы слишком часто вспоминаете о том, что произошло, и слишком много нервничаете. И вам не придётся меня защищать, если вдруг случится неладное. Обещаю. На острове я могла контролировать Сэма — смогу и в этот раз, если он до сих пор жив и нам повезёт напасть на его след.

Последние слова Рики дались тяжело: и уши покраснели, и ладони вспотели, и голос предательски дрогнул.

А ещё голова сама собой повернулась на неистовое жужжание крупной мухи, залетевшей в обеденную залу через открытое окно и замершую на тяжёлой шторе. А что если это Сэм? Сожрал днём муху и теперь летает и за всем следит.

Рики подозрительно прищурилась. Насекомое уже кружило над головой лорда Стернса. Точно Сэм! Настоящая муха занялась бы объедками на столе.

Не надо было ему верить... ой, не надо! Хитрюга! Наплёл в три короба, усыпил бдительность, выиграл время и теперь подбирается к Стернсу, чтобы нанести смертельный удар. Не выйдет. Ни за что не выйдет. Потому что Рики — не дурочка и всегда настороже. И именно это она сейчас и докажет.

Пальцы сами собой расчехлили нож. Холодная рукоять тут же напиталась жаром от ладони. 

— Не двигайтесь, — пробормотала Рики, не отрывая взгляда от поганой мухи. Та, как назло, всё кружила и кружила и ни на миг не хотела замереть.

— Рики, — недоуменно выдавил Гай, заметив, как сверкнуло в свете свечей остро заточенное лезвие. — Рики, что ты делаешь? Ты в своём уме?

— Стойте, где стоите, милорд, — процедила сквозь зубы девушка. — Иначе я могу вас нечаянно задеть.

— Какая муха тебя укусила?

— Муха... та самая. Она только что села вам на плечо. Не шевелитесь, милорд, прошу вас. Сейчас я её... проткну!

И Рики ринулась прямо на Стернса, занося над головой нож.

Гай едва успел увернуться.

— Сумасшедшая! — выкрикнул он, выхватил нож и швырнул его на стол, к тарелкам с мясом. — Ты не защитить меня хочешь, а прикончить.

— П-простите, — лепетала Рики, только в этот момент осознав, какой беды чуть не наделала.

— Это такая утончённая девичья месть за обычный поцелуй? С сопляком Элараном ты была сговорчивей.

— Вы думайте, что говорите, — буркнула девушка. — Я же сказала вам, что хотела прикончить муху на вашем плече.

— Ты точно не в себе. Какую ещё муху?

— Я подумала, а вдруг муха — это Сэм. Мы ищем мальчишку, а что если тот мальчишка и не мальчишка вовсе, а волк, кролик, крыса или даже муха? Как-то же умудрился он улизнуть от стражи на корабле. Нормальный человек через решетки не пролезет, а этот выкарабкался. Вам не кажется это подозрительным?

— Подозрительной кажешься мне ты, а вовсе не способность щуплого пацанёнка удрать от неуклюжих мордоворотов. Какую муху ты искала? Эту?

Гай ткнул пальцем в жирное насекомое, вскарабкавшееся лапками на кусок остывшей телятины. Рики кивнула. А наглая тварь тем временем сползла с тарелки на деревянный стол и замерла на месте, раздумывая, куда направиться дальше. Долго бы она раздумывала или нет — неизвестно, потому что громкий хлопок тут же лишил её жизни.

— Готово, — бросил Гай и вытер ладонь о край своей куртки.

— Милорд, — выдохнула Рики и уставилась на мёртвое насекомое.

— Нож против мухи бесполезен. Запомни это.

— Но если муха — это...

— Ты должна быть готовой защитить меня от дракона, а не от комара. И это запомни тоже.

— Хорошо. — Рики чувствовала себя пристыженной.

— А ещё запомни, что я не терплю, когда меня сталкивают лбом с несмышленым мальцом, мысли и желания которого вертятся лишь вокруг того, как бы удачливее снять штаны. Поняла?

— Поняла, — ответила Рики, хотя совсем ничего не поняла.

Сердцем она чувствовала, что последнее было камнем в огород Эларана, но вот головой никак не могла определить, в чём именно была соль. Штаны и штаны. Они ей нужны были для Сэма. Они и сейчас лежат в холщовом мешке и ждут своего часа. Вот только Сэм... Рики бросила грустный взгляд на убитую муху.