Сёгун (части 5-6)
Шрифт:
Дель Аква впервые был так резок:
– Вы уедете из Японии!
– Перед Богом клянусь - не уеду! Но здесь я в последний раз. Если захотите меня видеть, пожалуйте в нашу святую миссию - приходите: ухаживайте за бедными, больными, отверженными, как это делал Иисус Христос! Мойте им ноги, как это делал Он и спасете вашу душу, пока еще не поздно!
– Вам приказано под страхом смертной казни немедленно покинуть Японию!
– Послушайте, Ваше Святейшество, меня пока не казнили и вряд ли когда-нибудь казнят. Конечно, я приму этот документ, если он не устарел. Он же датирован шестнадцатым декабря тысяча пятьсот девяносто восьмого года
– Конечно, он не устарел!
– Вы не правы. Бог мне судья, я верю, что это так. Через несколько недель, самое большее через несколько месяцев у нас наконец будет архиепископ Японии. Испанский епископ! Письма, которые я получаю из Манилы, говорят, что королевское постановление ожидается с ближайшей почтой.
– Невозможно! Это территория Португалии и наша провинция!
– Была - Португалии. Была - иезуитов. Но теперь все изменилось. С помощью наших братьев и Божьего напутствия король Испании победил вашего генерала в Риме!
– Это вздор! Ложь и слухи! Ради своей бессмертной души подчинитесь распоряжениям наместника Христа!
– Я подчинюсь. Я напишу ему сегодня же, обещаю вам. Тем временем мы ждем испанского епископа, вице-короля Испании и нового капитана Черного Корабля - тоже испанца! Это оговорено в королевском указе. И у нас есть друзья на высоких постах, и они наконец пересилили иезуитов, раз и навсегда! Я иду с Богом, Ваше Святейшество, прощайте.
– Монах Перес встал, открыл дверь и вышел.
В комнате перед кабинетом дель Аквы Солди проводил монаха взглядом и поспешил войти. Напуганный цветом лица дель Аквы, он налил немного бренди из графина.
– Ваше Святейшество?
Дель Аква покачал головой и снова невидящим взглядом уставился в пространство... За последний год от делегатов ко двору Филиппа Испанского в Мадриде доходили тревожные новости о растущем влиянии врагов общества.
– Это неправда, Ваше Святейшество, испанцы не смогут прийти сюда! Это неправда!
– Это может быть правдой, очень даже легко! Слишком легко!
– Дель Аква прикоснулся к папскому ордену.
– Этот папа может умереть, наш глава ордена может умереть... даже король Испании... Тем временем...
– Он встал во весь свой рост.
– Тем временем мы должны готовиться к худшему и делать что можем. Пошлите сразу же брата Михаила, чтобы он привел сюда Кийяму.
– Да, Ваше Святейшество. Но Кийяма никогда здесь не бывал. Вряд ли он захочет прийти сюда теперь...
– Скажите Михаилу - пусть говорит все что угодно, но он должен привести сюда Кийяму до захода солнца! Потом немедленно отправьте Мартину новости о войне, чтобы он тут же передал их Торанаге. Вы сообщите ему о деталях, но я тоже хочу отправить с ним личное сообщение. Еще: пошлите кого-нибудь нужно, чтобы сюда пришел Феррьера.
– Да, Ваше Святейшество. Но что касается Кийямы, Михаил, конечно, не сможет...
– Скажите Михаилу - пусть прикажет ему прийти сюда! Именем Господа Бога, если потребуется! Мы - солдаты Христа, мы собираемся воевать - воевать за нашего Бога! Поторопитесь!
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ
– Анджин-сан?
– Сквозь сон Блэксорн услышал имя. Оно донеслось до него издалека, отзываясь в вечности.
– Хай?
– ответил он. Затем он услышал, как его имя повторили еще несколько раз. Кто-то прикоснулся к нему рукой... Он открыл глаза. В предрассветной тьме все вокруг постепенно
– Простите...
– пробормотал он, дожидаясь, когда утихнет боль, отчаянно приказывая, чтобы она утихла".
– Извините, уши болят... Но я теперь слышу вы понимаете, доктор-сан? Я теперь слышу - немного... Простите, что вы говорите?
– Он следил за губами доктора, стараясь разобрать слова.
– Госпожа Ошиба и Киритсубо-сан хотят знать, как вы себя чувствуете.
– Ax!
– Блэксорн посмотрел на них. Теперь он заметил, что они одеты по всем правилам: Киритсубо вся в белом, только зеленый шарф на голове. Кимоно Ошибы темно-зеленое без рисунка и украшений, на ней еще большой платок из тонкой белой ткани.
– Лучше, благодарю вас...
– На душе у него при виде одежд белого цвета стало тревожно. По освещению снаружи он понял, что время подходит к рассвету, а не к сумеркам.
– Доктор-сан, скажите, пожалуйста, я что, спал целый день и целую ночь?
– Да Анджин-сан. День и ночь. Ложитесь, прошу вас, - Доктор взял Блэксорна за кисть своими длинными пальцами и сжал их, щупая пульс, кончиками пальцев он пробовал девять ударов: три на поверхности, три в середине и три в глубине, как учила с незапамятных времен китайская медицина.
Все в комнате ждали его решения. Доктор удовлетворенно кивнул.
– Кажется, все хорошо, Анджин-сан. Тяжелых повреждений нет, вы меня понимаете? Сильные головные боли, да?
– Он подробно объяснил все госпоже Ошибе и Киритсубо.
– Анджин-сан, - обратилась к нему госпожа Ошиба.
– Сегодня похороны Марико-сама. Вы поняли - похороны?
– Да, госпожа.
– Хорошо. Сразу после того, как рассветет. Вы имеете право пойти, если хотите. Вы понимаете?
– Да... Думаю, что да... Если можно, я бы пошел.
– Очень хорошо.
– Ошиба поговорила с доктором, попросила его еще лучше следить за состоянием больного. Потом, вежливо поклонившись Киритсубо, улыбнулась Блэксорну и вышла.
Киритсубо подождала, пока она уйдет.
– Как вы, Анджин-сан? Как себя чувствуете?
– Голова болит, госпожа... Прошу меня извинить...
– Простите меня, я только хотела поблагодарить вас. Вы меня понимаете?
– Это долг... Я только выполнял свой долг... Не повезло... Марико-сан погибла...
Кири почтительно поклонилась ему.
– Нет, повезло... Ох, нет, не повезло... Благодарю вас, Анджин-сан. За нее... за себя... за всех... Мы еще с вами поговорим. Благодарю вас.
– Она вышла.
Блэксорн собрался с силами и встал на ноги. Боль в голове была так чудовищна, что вызвала желание закричать... Он сжал губы в тонкую линию... В груди ломило, желудок бурлил... Но через некоторое время желудок пришел в норму, тошнота прошла... Правда, во рту остался противный привкус... Он направился вперед, подошел к окну, взялся за подоконник, стараясь перебороть тошноту, подождал, прошелся туда-сюда... Головная боль и тошнота не проходили.