Счастье
Шрифт:
«Что же это такое? Пусть у него не хватило силы воли, пусть недостает принципиальности, но он же прирожденный ученый! Разве можно так легко отступать! Спасовать только потому, что Рё Инчжэ и Хо Герим выступили против него?» — размышлял Чо Гёнгу.
В другое время Дин Юсон запросто пришел бы к Чо Гёнгу поговорить, облегчить душу. Но на этот раз он только поздоровался с ним и с мрачным видом удалился. Чо Гёнгу был озадачен, он не мог этого понять и решил встретиться с Дин Юсоном наедине.
Вечером он вызвал Дин Юсона к себе, но врача
— Мне сказали, что Юсона нет. Вы не знаете, где бы он мог быть? — спросил Чо Гёнгу.
— Не знаю, говорят, ушел еще утром и пока не возвращался.
— Он всегда уходил по воскресеньям?
— Нет, раньше, когда занимался исследованиями, он всегда бывал в лаборатории.
— Почему же теперь он бежит из клиники?
Гу Бонхи молча опустила голову.
— Бонхи, что случилось? Почему вы таитесь от меня?
— Товарищ Чо Гёнгу, раньше доктор Юсон целыми днями был занят научно-исследовательской работой, а теперь все свободное время проводит на теннисной площадке…
— На теннисной площадке? Вот это здорово! Говорят, он еще в школе неплохо играл в настольный теннис, даже в чемпионы выбился. — На лице Чо Гёнгу появилась ироническая усмешка. Так вон оно что — теннис! — Почему же он изменил своим прежним привязанностям?
— Доктор Юсон забросил свои опыты, он даже не интересуется, что предпримут с Хван Мусоном.
И Гу Бонхи подробно рассказала о том, что произошло на совещании врачей; о поездке Дин Юсона в Хаджин и его встрече в госпитале с Сор Окчу; о том, в каком подавленном состоянии вернулся он оттуда.
— Меня вот что беспокоит, — продолжала Гу Бонхи, — конечно, профессор Хо Герим и доктор Рё Инчже правы, когда говорят, что исследования доктора Юсона не имеют пока научно-теоретического обоснования. Но это не значит, что мы не должны заниматься ими. Почему мы не верим в свои силы? Почему мы должны сидеть, сложа руки, и ждать?..
Выслушав девушку, Чо Гёнгу спросил:
— А где находится бывшая лаборатория доктора Юсона?
— Это рядом с виварием, в пристройке…
— Не могли бы вы меня проводить туда?
Чо Гёнгу собрал лежавшие на столе бумаги, спрятал их в ящик и вслед за Гу Бонхи вышел из кабинета.
Он шел по садовой тропинке и никак не мог объяснить себе поведение Дин Юсона, не укладывалось оно в его сознании. Ведь он так верил в свой метод, так горячо взялся за исследования! И Чо Гёнгу пока не знал, что нужно сделать, чтобы образумить Дин Юсона.
В лаборатории свет не горел, в комнатах царило запустение. Гу Бонхи зажгла свет. Из комнат потянуло холодом. Письменный стол, операционные столы были покрыты слоем пыли, повсюду в беспорядке лежали медицинские инструменты.
— Действительно, все забросил… — сказал Чо Гёнгу, пораженный увиденным запустением.
Гу Бонхи была готова провалиться сквозь землю,
словно все это произошло по ее вине. Она принялась расставлять мебель, собирать разбросанные инструменты.— Бонхи, принесите, пожалуйста, ведро воды и тряпку. — Чо Гёнгу снял пиджак.
— Товарищ заведующий, оставьте, мы сами все сделаем, — Гу Бонхи растерялась, видя, что Чо Гёнгу стал засучивать рукава.
А тот, не говоря ни слова, раскрыл настежь дверь, взял веник и начал подметать пол. Гу Бонхи стояла в нерешительности, потом бросилась в приемный покой за водой. Когда она вернулась, Чо Гёнгу сметал с подоконников пыль…
— Давайте я… — Гу Бонхи попыталась взять у него щетку.
— Ничего, Бонхи, на фронте приходилось все делать.
Слова Чо Гёнгу напомнили девушке фронтовые дни.
Вспомнилось, как Чо Гёнгу, помогая санитаркам, приводил в порядок крестьянские дома, выделенные для приема раненых, как он, помогая медсестрам, выносил с поля боя тяжелораненых.
Гу Бонхи сырой тряпкой протирала письменный стол, стулья, операционные столы. Наконец они все привели в порядок, и Чо Гёнгу надел пиджак.
— Бонхи, в семье Хо Герима произошло столько знаменательных событий. Сначала он сам получил звание профессора, затем сын, окончив институт, стал инженером. Теперь вроде настало время профессору и о невестке подумать… — Чо Гёнгу улыбнулся и лукаво посмотрел на Гу Бонхи.
— Сонсэнним, не шутите. А знаете, тогда на совещании врачей я не пошла против профессора, хотя была и не согласна с ним. — Девушка до сих пор тяжело переживала свое тогдашнее поведение.
— Еще бы! Такая величина, к тому же будущий свекор, — Чо Гёнгу добродушно улыбнулся.
— Сонсэнним, не знаю, права ли я. Но мне кажется, что исследования доктора Юсона, несмотря на нерешенные технические вопросы, нужно продолжать. Хотя бы из чувства долга перед Сор Окчу, Хван Мусоном, да и другими.
— Я понимаю вас, Бонхи, и разделяю ваши чувства. Надеюсь, что скоро это поймет и доктор Юсон. Его исследования представляют большой практический интерес, и их непременно нужно продолжать.
Они еще долго, беседуя, сидели в лаборатории, в надежде, что Дин Юсон, увидя свет, придет сюда. Но он не появлялся.
— Бонхи, сходите в отделение, может быть, он там. Да скажите няне, чтобы она ужин товарища Юсона принесла сюда. И вот еще что. У меня в кабинете в книжном шкафу на нижней полке лежит рюкзак, прихватите его с собой.
Чо Гёнгу остался один. Дин Юсон все еще не появлялся. «А может быть, он в приемном покое?» — подумал Чо Гёнгу и вышел из лаборатории.
На небе взошла луна. Ее яркий свет заливал садовую дорожку, струился между фруктовыми деревьями, усыпанными пышными цветами.
Погруженный в свои мысли, Чо Гёнгу медленно шел по садовой дорожке. Вдруг он услышал голоса и остановился. Голоса доносилсь из-под яблони. Чо Гёнгу присмотрелся и, к своему удивлению, увидел сидевших рядом доктора и Хван Мусона.