Счастье быть живым!
Шрифт:
«Будь, что будет!
– обреченно решил Катори.
– У всех бывают в жизни трудные испытания. У меня, похоже, это… но пусть лучше со мной переспит Мастер, чем старый похотливый домовладелец»
Принятое решение даже успокаивало его. Страх, съежившись, забрался обратно в свою нору.
Катори начал думать о Мастере, вспоминал его слова, угрозы и поступки, от которых начинало холодеть внутри. Он пытался разобраться в своем отношении к нему, не понимая, что больше испытывает: страх или интерес. Мастер не казался ему отталкивающим, он был очень даже симпатичным, но его поступки вызывали в
«Я все выдержу! Лишь бы он меня на цепь не приковал. И еще комната эта… извращенческая…»
Во время прогулки по особняку, ему даже в голову не пришло хоть раз заглянуть туда.
Катори поднялся, вздохом прогоняя мрачные мысли и направился в свою комнату. Пора было ложиться спать.
Войдя, он сделал, по погруженной во мрак комнате, несколько шагов, как включился свет, заставивший Катори вздрогнуть от обнаруженного в ней сюрприза. На кровати с довольным видом лежал Мастер.
– Давно не виделись, - произнес он.
– Как провел время без моего присмотра? Не скучал?
– По тебе? Нисколько.
Катори растерянно огляделся по сторонам.
– А я скучал. Раздевайся и ложись. Сегодня ничто не помешает нам быть вместе…
От его последних слов, Катори стало не по себе. Внутри все сжалось от дурных предчувствий, а в горле пересохло.
– Ау… чего завис? Солнечный удар тебе не поможет. Или хочешь, чтобы я помог?
– Нет… я сам, - дрожащими руками Катори начал расстегивать рубашку.
Мастер отодвинул одеяло, освобождая для него место. От его внимания не укрылась нервозность парня. Катори к тому же заметил, что на этот раз на Мастере нет никакой одежды. Очевидность приближающегося апокалипсиса в жизни Катори была неоспоримой.
– Все снимай, - велел Мастер.
– Обещаю, я буду очень нежным.
Глаза Катори наполнились слезами. Как он не готовился к неизбежному, но не мог принять ее спокойно.
Пряча взгляд, он снял последнюю деталь одежды и лег, заняв привычное положение – спиной к Мастеру. Тот накрыл его одеялом. Когда свет в комнате погас, Мастер спросил:
– Очень боишься?
– Угу…
– Это нормально. Повернись на спину, а то мне неудобно тебя ласкать.
Катори очень хотел попросить его ничего не делать, но понимал всю бесполезность любых слов. Мастер не отступится.
Всхлипнув, Катори нехотя повернулся.
– Ну не плачь. Расслабься, вытяни руки и ноги.
Вскоре Катори почувствовал, как под одеялом к нему приближается рука и сразу ложится на интимное место. Катори приглушенно охнул. Сердце так и запрыгало в груди. Катори с силой зажмурил глаза и сжал руками простыню. Мастер начал играть с его органом, который быстро налился силой и увеличился в размере.
– Предупреди меня, когда захочешь кончить. Что-то подсказывает, это случится очень скоро. Хочешь что-нибудь сказать?
Катори закусил нижнюю губу, боясь даже пошевелиться. А разговаривать уж никак не хотелось.
– Говорю же расслабься, не сдерживай себя. Я хочу слушать твои сладострастные стоны. Скажи, что тебе нравится…
Но Катори
упорно молчал. Мастер продолжал играть, все больше возбуждая половой орган своей беспомощной игрушки. Он знал, как ее завести.– Все, все… я сейчас…
Мастер положил указательный палец на сфинктер, заставляя жертву выгнуться от внезапной волны болезненных ощущений. Затем неожиданно убрал руку, оставив, готовый к извержению семени орган в покое.
– Иди в туалет и закончи все сам, - велел Мастер.
– Твоя задача не кончить в постели, - и посмеиваясь, добавил: - Не задерживайся. Можешь позвать меня на помощь.
Катори осторожно приподнялся, чувствуя, что ему следует поторопиться с выполнением его требования. Катастрофа могла произойти в любой момент. В комнате автоматически включился свет, но Катори было все равно, что Мастер не спускает с него любопытных глаз.
Вернулся он обратно минут через десять.
– Чего так долго? Все еще в шоке?
Не глядя на мучителя, Катори прошел к постели и лег, накрывшись одеялом.
– На спину, - настойчиво прошептал Мастер.
Катори молча повиновался.
Свет опять погас, погрузив все вокруг в полумрак. За окном продолжала бушевать стихия.
И вот снова горячая рука легла на обнаженную плоть. Вскоре Катори не мог ни о чем думать, кроме как об усиливающемся возбуждении. Все его внимание сосредоточилось ниже пояса.
– Ты же занимался этим делом сам с собой?
– полюбопытствовал Мастер, и чтобы услышать ответ несильно сжал головку члена.
Парень, вскрикнув, быстро ответил:
– Да!
– Не вынуждай меня делать тебе больно, - смилостивился Мастер, растворив неприятные впечатления в новой волне возбуждения.
– Уже готов? Не забывай предупредить меня.
– Да, да, готов.
– Хочешь продолжу?
– Не… знаю. Пожалуйста…
Катори уже стонал не стесняясь, пока, наконец, рука мучителя не оставила его в покое.
– Иди.
Облегченно выдохнув, Катори поспешил покинуть спальню. В этот раз не выходил он гораздо дольше. Мастер решил проверить парня. Тот сидел на закрытом унитазе, обхватив голову руками.
– Уснул что ли?
– Зачем ты это со мной делаешь?
– не глядя на вошедшего, задал вопрос Катори.
– Хочу, чтобы ты подготовился. Завтра тебя ждет трудный день. Придется много возбуждаться и кончать. Возвращайся в постель.
Мастер ушел. Катори ничего не оставалось, как последовать за ним. Понуро опустив голову, он прошел к кровати и вскоре занял удобное для мучителя положение, сердито проворчав:
– Всю ночь будешь издеваться?
– Я же дал тебе за твои деньги время отдохнуть. А теперь буду развлекаться. Я очень соскучился по тебе…
Мастер обнял Катори, уткнувшись носом в его волосы, затем положил руку ему на грудь и стал водить ею легкими круговыми движениями вокруг сосков, ощущая, как под пальцами учащенно бьется сердце.
– Сердце так и стучит… Как тебе коктейль из гормонов и адреналина?
– Мастер прикоснулся губами к его уху.
Между тем его рука медленно сползла на живот.
– Ждешь?
Мастер своими действиями усиливал желание Катори, ощутить руку на интимном месте и снова достичь вершины возбуждения.