Сапфира
Шрифт:
Конечно же, вламываюсь без стука. Он меня не знает, но я-то знаком с делами его папаши, которые до сих пор иногда всплывают на поверхность, но чудодейственным способом уходят в архив. Его состояние на данный момент оценивается практически в два миллиарда долларов. Деньги решают многое…
Чтобы добиться таких высот, его отец не раз по молодости привлекался за соучастие в крупных грабежах банков, ювелирных центров и даже краже известных картин прямо с аукционов. Грабеж грабежом, но в данных преступлениях было место летальному исходу простых граждан. В то время за ним стояли серьезные
— Я никого не приглашал, — не поднимая глаз, говорит Георгий Нестеров.
Он сидит в кожаном стуле, закинув ноги на стол. Он больше похож на тех, кто любит тратить папины денежки, нежели на серьезного бизнесмена. Кабинет внушающего размера, до этого поганца еще дойти надо.
— Где Дарина? — вырывается рык.
Гоша поднимает глаза. Презрение отчетливо читается в них.
— Кого я вижу. Новый хахаль моей бывшей, — улыбается.
Надвигаюсь, что заставляет его встрепенуться и скинуть ноги со стола. Но лицо он не теряет.
— Я задал вопрос.
— Остынь, здоровяк. Откуда мне знать, где эта дрянная девчонка.
Мои глаза сужаются. Лучше бы ты последил за словами, дорогой.
Мой кулак бьет по его переговорному столу из красного дерева. Боль в плече дает о себе знать. Почему не в левое! Не показываю вида.
— Я спрашиваю, где она! Следующим будет твое лицо.
— Ах-ха-ха. Мне стоит нажать всего одну кнопку, и тебя скрутят и уведут.
Этот парень напрашивается.
Доля секунды, и я уже огибаю стол и захватываю его руку, которая тянется к кнопке вызова охраны. Другой вдавливаю его голову в стол. Все тело невольно содрогается от нахлынувшей злости и неприязни к этому человеку. Как он смеет открывать свой рот в ее сторону! Что бы у них ни произошло. Ребенок похищен, она в западне. А этот гений сидит довольный на работе. При его бабках и возможностях он мог бы ей помочь, совсем не напрягаясь. Это и подтверждает его причастность.
— Я спрошу еще раз. Где Дарина?
— Вы друг друга стоите. Убери свои руки от меня! Не знаю я, где она!
Как понять, врет он или нет? Почему у ФСБ нет портативного полиграфа? Однако ответил он быстро и не увиливал. Но по мимике не понятно, лежит же лицом в стол.
«Так. Успокойся. Выключай уже тумблер агрессора», — мысленно привожу себя в чувства.
Отпускаю его, он поправляет костюм и гневно смотрит в мою сторону, сморщив нос.
— Ей я это простил. Но у тебя будут проблемы, ты еще пожалеешь.
— Я готов к этому. Час назад Дарину подкараулили трое мужчин и насильно увезли. Твоих рук дело?
Смотрел на его лицо. Оно застыло в удивлении, перемешанном с испугом? Он не сразу ответил, что может сказать о продумывании ответа.
— Ее похитили, и ты приперся ко мне? — один его глаз слегка задергался, когда он смотрел на меня, потом взгляд уперся в стол.
Словесное нападение. Увиливание. Отводит глаза в сторону.
— А я не поверил. Нахрена она взяла эту девочку?.Вот дура, — почти шепотом сказал Гоша.
— Что? О чем речь? — подхватил его за плечо, чтобы
он посмотрел в глаза.— Я не причастен, — трет палец о палец. — Но помогу ее найти.
Неожиданно. Включить благодетеля для прикрытия своей роли во всем этом. Интересный ход!
Я не мог быть на сто процентов уверен в его причастности, а в том, что чист, тем более. Мои процентные ставки были восемьдесят на двадцать. Но что я мог? Интересно посмотреть, чем он захочет «помочь».
Я выходил из здания. Мобильный зазвонил. Коллега из контрольно-разведовательного отдела. Оживленно беру трубку.
— Что-то интересное нашел, раз звонишь?
— Почти. Короче, перед тем как тебе позвонить, она посетила свою квартиру. Сорвала печать. Что-то искала, вероятно, — шкафы перевернуты. Может, что забрала, этого не узнать, описи детальной не было. Самое удивительное, что зашла она брюнеткой, а вышла-то блондинкой!
Конечно, странно, но чем эта информация может помочь?
— Ты когда что-то стоящее найдешь, тогда звони, — сбрасываю звонок.
Дарина блондинка. Интересно. Для чего ей смена имиджа?
Васильев, изрядно вздыхая в трубку, сообщает, что машина найдена брошенной на подземной парковке, и никаких свидетелей и записей дальнейших передвижений они не нашли. Снимки местности со спутника заказывать бессмысленно, потому что неясно, в какую машину они пересели. Слишком много автомобилей, чтобы пробить каждую, потребуется куча времени, которого у нас нет. Я и не сомневался, что всё не будет легко.
Глухо, как в танке. Сердце сжимается при каждой мысли о том, что Дарине сейчас плохо. Но что же ты натворила, дорогая? Сначала дитя, потом ты.
Может, Варя вообще под горячую руку попала и ее спутали с ней. В голове был хаос. Во что я ввязался…
Предположим, Дарина что-то натворила, перешла дорогу не тем людям (что она могла натворить? Продать не те треники? Или на ринге победить мужика?), но зачем же этим людям ребенок?
Надо выяснить о матери Сапфиры всю подноготную. Набираю Васильева, но не успеваю нажать на звонок. Звонит неизвестный. Обычно не беру трубки с левых номеров, но сейчас почему-то на душе возникла тревога.
— Слушаю, — включаю грозный тон.
— Ил, это я, — практически пищит Дарина.
Сдавливает грудь. По телу адреналин. Не верю своим ушам.
— Ты в порядке? Ты выбралась?
На заднем фоне слышен мужской голос: говорить только по существу! Без обмена любезностями!
— Они хотели, чтобы я позвонила именно тебе. Они списали твой номер из моего телефона. Они требуют какие-то камни, я ничего не понимаю. Сначала я подумала, что они спрашивают о Сапфире, но, оказывается, им нужны сапфирЫ.
Руки задрожали. Удары сердца стали ощутимее и быстрее. Перед глазами всплывает могила Сани.
— Девочка у них?
Слышу какие-то звуки.
Дарина кричит вдали от телефона:
— Я не знаю. Найди Кули…
Звонок обрывается.
Не могу убрать взгляд с телефона. Надежда на новый звонок не унимается. Рука с силой сжимает его.
Дело приобретает новый оборот. Теперь мой начальник просто обязан взять его себе. Эти люди схватили ее из-за меня. Я виновен в ее похищении…