Сандра
Шрифт:
По левую руку от нас медленно катила волны широкая, но мелкая река.
Перейдя ее вброд, мы на всякий случай удалились от пещеры на приличное расстояние, прежде чем остановиться на ночлег. К общему сожалению, осень снова вступила в свои права по нашу сторону реки.
— Интересно, — думала вслух Лика, задумчиво насыпая крупу в котелок: сегодня была ее очередь кашеварить (мы решили поделить эту неприятную обязанность, равно как и последующее мытье посуды). — Интересно, магу обязательно было находиться на одинаковом расстоянии ото всех артефактов?
— Если бы все было
— Мне кажется, — подала голос я, — что оттуда, куда мы сейчас направляемся, из Полоцка, явно тянется какая-нибудь из нитей.
— Совсем не обязательно, — возразил Сэранок. — Насколько я знаю, Ворота в городе, откуда, как мне кажется, и лезет всякая нечисть, неделимы.
— То есть? От них нельзя отковырять кусочек? — уточнила Лика.
— Не то чтобы нельзя, но он не подействует, — ответил Гераден. — Хотя, Сандра, ты по-своему права: маг явно пытался воспользоваться энергией Ворот, иначе они бы сейчас по-прежнему бездействовали.
Некоторое время спустя, усиленно давясь слишком густой кашей, я высказала мысль, навеянную, определенно, этим обстоятельством:
— А что, если этот маг вдруг умрет в нашем мире?
— Хорошо бы, — с трудом сглотнув, ответил Гераден и закашлялся.
— И что этому чародею вообще понадобилось там? — вопросила Лика, постучав Греда по спине.
— Власть, — коротко ответил Сэранок. — С его магическими способностями… Это не значит, конечно, что Торн примется творить чудеса направо и налево… Он вообще очень странный чародей — помешан на технике… — в паузах Сэранок как ни в чем не бывало наворачивал кашу.
Позавидовав ему, я поставила полупустую (или полную наполовину, так будет вернее) тарелку на землю. Через несколько секунд послышалось чавканье. Валек, неизвестно как нашедший нас, жадно глотал остывшую кашу.
Собрав пустые тарелки, я отправилась к реке. Конечно, мыть посуду (особенно в темноте, на берегу, в приличном отдалении от костра и спутников) удовольствие, прямо скажу, ниже среднего. Я с тревогой заглянула в вяло текущие темные воды. С трудом подавив неприятное ощущение, что меня оттуда могут схватить осклизлые руки какого-нибудь утопленника, я вымыла посуду и хотела уже вернуться к костру, как вдруг в слабом свете месяца мои глаза уловили какое-то движение на том берегу. От души надеясь, что магия волхвов действительно не действует на этом, я замерла, глядя, как знакомый старец в белом одеянии, правой рукой опираясь на посох, а левой придерживая какой-то темный предмет, медленно приближается к реке.
Остановившись в нескольких шагах от воды, волхв окинул наш берег задумчивым взглядом.
— Спасибо, — неожиданно произнес он и подбросил то, что держал, в воздух.
Темный предмет оказался птицей. Она начала подниматься в воздух но, достигнув середины реки, спланировала в мою сторону и у самых ног осыпалась в песок золотым дождем.
Я, не веря своим глазам, дотронулась до монет, а когда подняла голову, старец уже исчез. Я снова обратила взгляд на кучу золота. Вот подвалило, вернее, подлетело!
Собрав монеты в котелок, я вернулась к своим спутникам. Те уже укладывались спать.
— Вот, — я плюхнула
наполненную золотом посудину рядом с Гераденом.— Откуда? — изумился тот.
— Как откуда, намыла в реке, — серьезно ответила я.
— Монеты? — Сэранок выудил из котелка кругляшок.
— …а потом появился волшебный гном, — не моргнув глазом, продолжила я.
— Волхвы, — Сэранок бросил монету обратно в котел.
— Когда? Как? — изумилась Лика.
Я рассказала о появлении старца.
— Странно, — протянул Гераден. — По-моему, они уже достаточно отплатили нам, отпустив.
— Мы сами удрали, — возразила я. — Так что от них наша свобода не зависела.
— Но догонять и благодарить… Люди бы так не поступили.
— А дивы? — поинтересовалась Лика.
— Возможно, — подумав, ответил Сэранок.
— Дивы бы догнали. И убили, — дополнил Гераден, накрываясь с головой одеялом.
— Психология… — протянула Лика, перебирая монеты, оставленные ночевать в котелке.
— Хорошая психология, — хмыкнула я, последовав примеру Греда.
Глава 8
— Полоцк! — возглас подруги вывел меня из раздумья — и равновесия: я покачнулась в седле и едва не упала с мерно рысившей Мышки.
Действительно, впереди показалась крепостная стена, окружающая стольный град, да подворья, лепившиеся к этой стене.
— Там что, пожар? — протерев глаза, осведомилась я, убедившись, что оранжевая дымка, нависшая над городом, не плод моей галлюцинации.
Однако я явно поспешила сделать этот обнадеживающий вывод, потому что подруга удивленно посмотрела на меня.
— С чего ты взяла?
— Да там как будто отсвет огня, — попыталась я оправдаться.
— Это тебе с голоду мерещится, — решила Лика, оглядев меня и других признаков надвигающегося сумасшествия не обнаружив.
Ее фраза была вполне обоснована — последний раз мы ели вчера днем. Припасы, как и все хорошее, имеют такое свойство — заканчиваться. А за те три дня, что мы ехали от земель друидов, то есть волхвов, к Полоцку, хоть бы одна деревушка попалась по дороге!
Наши спутники тоже воззрились на меня, но немного с другим выражением.
— А скажи мне, пожалуйста, — поинтересовался Гераден. — Над каким местом в городе этот отблеск?
— Не знаю, — растерялась я. — В самом центре.
Гераден и Сэранок мрачно переглянулись.
— Что такое? Вы тоже видите? — заволновалась я. Массовые галлюцинации — это что-то новенькое в нашей компании.
— Не замечала ли ты раньше яркого света, исходящего от людей или предметов? — продолжал допытываться Гераден.
Не понимая, к чему он ведет, я задумалась.
— Тогда, когда на нас напали твари, я видела, как ты сотворил что-то, выглядевшее как купол из огоньков вокруг себя, — припомнила я. — Посох у волхва светился белым. В пещере под дубом все было изумрудным.
Наши спутники снова посмотрели друг на друга, потом на меня.
— Это не галлюцинация, — успокоил меня Сэранок. — Просто ты видишь магию.
Я не знала, радоваться мне или печалиться по этому поводу, поэтому решила просто удивиться.