Самурай
Шрифт:
Мешок заводского изготовления, довольно новый, хранится в подсобке. Подсобка не запирается. Всё. Во время обеденного перерыва Геракл выбрался наружу и пошёл домой.
Если мне придётся услышать об этом деле ещё раз, значит, кто-то провалился. И то не факт, что я услышу: после провала идею можно будет похоронить сразу.
В субботу мы с профом и Фернаном полетели на Южный континент изучать охрану «крепости» Каникатти (и до них дошла очередь). Интересно, синьор Кальтаниссетта собирается поступать с Кремоной и Каникатти так же, как с Трапани?
Какого бы летуна выбрать? Не очень маленького: мне нужен обзор, не слишком большого: неестественность его поведения
Я весь пропах сырой рыбой, но с Самураем мы поладили. Отлично.
Кресло мы с собой не возим, только усилитель и комплект датчиков. Пришлось экспроприировать кресло стоматолога в нашем посольстве. Кортона — столица компактно расположенных владений Каникатти — принадлежит им вся, это вам не Палермо, с его мешаниной зон и владений. И с его удобствами, системой доставки и прочими радостями. Посол объяснил профу, что даже самые простые вещи приходится привозить с Северного. Что-то такое я уже читал… В истории блаженной памяти двадцатого столетия. За счёт чего же они живут? Надо бы, конечно, поучиться ещё и экономике, но третьего факультета моя голова точно не выдержит. Придется подождать.
Закрываю глаза, вхожу в Контакт, взлёт. Давно я не летал вместе с птицей. У катера возможностей пожалуй побольше, в смысле высшего пилотажа, но — ветер в крыльях не свистит. А вот и Крепость. Море в двух шагах, а эти отгородились высокой стеной. Хм, а что тут чайке может понадобиться? Раз другие чайки не залетают, значит, ничего.
Самурай никак не мог понять, чего я опасаюсь. Ну смотри, птиц, в случае чего, твои перья полетят отдельно! Как объяснить чайке, что такое спираль? Ястребу было бы проще. «Так и летал бы с ястребом», — обиделся Самурай. «Не сердись, это я объяснять не умею или ты плохо понимаешь?» — «Конечно, ты объяснять не умеешь!» Ещё немного и этот тип начнет мною руководить. Мне без него руководителей хватает. Один проф десятерых стоит.
Мы уже почти закончили работу, когда в Самурая выстрелили из бластера. Один из охранников, просто развлечения ради. Половины крыла как не бывало. С громкими криками чайка перевалила через стену и упала недалеко от крепости, почти на линии прибоя.
Здесь мог гулять кто угодно, к несчастью. Пока Фернан доберется до берега, эти гнусные существа, бросающие камни, замучают Самурая до смерти. «Не огрызайся, парень, притворись мёртвым, они отстанут!» — «Разве ты сам мог бы так сделать?» А я ещё считал птиц глупыми! Я не хотел полностью отбирать у Самурая управление, он бы обиделся, а уговорить его сдаться не мог. Поэтому я только забрал себе всю боль (с моей точки зрения, вполне терпимую, с Гераклом и Мышем почему-то всегда было хуже) и дал ему возможность двигаться. Самураю отхватили только самый кончик кости и сожгли перья на одном крыле. Взлететь он не мог, но легко доказал местным мальчишкам, как опасно задевать настоящего бойца. Двое из них ударились в бегство ещё до прибытия Фернана. Остальных он разогнал крепкими подзатыльниками.
Сможет ли проф вырастить новое крыло для чайки? Он сказал, что постарается. А ещё Самураю очень понравилось летать
в катере. Новый псих в нашу тёплую компанию, и главное, эту птичку Геракл ловить не рискнет, это точно. Как бы она на него не поохотилась. Нет, Самурай ест только рыбу, и если кот рыбы не ест, то чайка готова жить с ним в мире и согласии. Геракл рыбу, конечно, ест, но сообщать об этом Самураю я не стал.Глава 15
Кончалась тёплая палермская осень, всё чаще шёл дождь, погожие деньки стали цениться на вес золота. Мы договорились собраться всей компанией и провести субботний день в парке.
Опаздывать можно только девочкам, поэтому когда Гвидо не пришёл через десять минут после назначенного срока, мы забеспокоились. На вызов по комму он ответил.
— Гвидо, ты где? Мы уже собрались.
— Идите гуляйте без меня, — произнес он, как-то пришептывая.
— Гвидо, ты где? — спросил я таким тоном, которому он никогда не мог противиться.
Он назвал улицу и дом.
— Жди, мы сейчас, — велел я и побежал ловить два такси, ребята побежали за мной. Здесь всего-то километра полтора, но так быстрее.
Опять с ним (не-е, что бы там ни говорил Алекс, Гвидо пока ещё мелкий) что-то случилось, и он опять не хочет принимать помощь от друзей.
Гвидо сидел на земле, прислонясь к ограде сквера. Как всегда: «Сам решай свои проблемы». Видок у него был ещё тот: оба глаза заплыли, и он почти ничего не видел, губы были разбиты, и похоже, что Гвидо потерял пару зубов. Какие повреждения скрывались под одеждой, можно было только догадываться.
Лео присвистнул, девочки ахнули.
— Нужен врач, — сказал я.
— Поехали к нам, — предложила Джессика, — папа дома.
Мы подхватили Гвидо под руки и запихнули его в такси. В ответ на ворчание водителя я с таким ледяным презрением обещал ему утроенную сумму по счетчику, что он покраснел и извинился.
Я прочитал фамилию врача на дверях, к которым нас привела Джессика: Террачино. Где-то я её уже слышал. Сейчас это не важно.
Джессика побежала вверх по лестнице с отчаянным криком:
— Папа!
Таким воплем можно на всю жизнь человека напугать; Гвидо, конечно, очень плохо, но он не умирает. Этого папу, пожалуй, напугаешь! Спорю на что угодно, синьор Террачино — военный врач: операции под обстрелом, в джунглях, в болоте… тому подобное. Глаза у него такие…
Объяснять ничего не пришлось, перед нами просто открыли дверь кабинета. Приготовленные заранее вежливые извинения я проглотил: так можно и обидеть.
Синьор Террачино предложил девочкам выйти, а нам помочь Гвидо раздеться. Да-а, в таких синяках и ссадинах я был два раза в жизни: подарочки от бывшей банды Бутса его брошенному протеже, нормальным детям такой опыт ни к чему.
— Нет, — прохрипел Гвидо, — они меня не покалечили… умеют… А то ведь неприятностей не оберешься…
— Кто?! — почти хором спросили мы.
— Ну эти четверо, весной… Только теперь их шестеро.
— Идиоты! — взвыл Алекс. — Нам с тобой надо было не дурачиться, а вбить их в землю по самые уши! Чтобы больше в голову не пришло!
Я был с ним согласен.
— Рэкет? — спросил Лео.
— Чего?
— Ну у нас тоже есть такие, деньги отбирают. Думаешь, зачем я так тренируюсь?
— Понятно, — прошептал я.
Мне стало понятно сразу очень много всего. Во-первых, безопасный район, где живёт Лео, не такой уж безопасный, просто здесь это не так, как я привык. Во-вторых, Гвидо, герой обороны Джильо-Кастелло, конечно, не мог отступить ни перед кем. Поэтому все так плохо и кончилось.