Чтение онлайн

— Приказ Элантиры?

— Да, мы должны защищать вас.

— В этом был приказ? — уточнил я.

— Не только. Нам приказали разместить вас в камерах и охранять до того, как поступит иное распоряжение, либо по окончании месяца.

— Последний вопрос. Что будет, если вы нарушите приказ Элантиры?

— Мана сожжет наше тело, — спокойно ответил эльф.

На каждом привале эльфы разделяли нас так, чтобы между нами было расстояние в полтора метра. Охраняли они нас тщательно. Впрочем, я понимаю их, все-таки на кону их собственные жизни. В общем, ребята нам попались умелые, охраняли на совесть. Думаю, что даже не будь на нас кандалов,

Во время переходов нас также стараются разделять, так что поговорить с Малтианом и Нейтой толком не получается. Сами же эльфы предпочитают молчать, экономя дыхание и вслушиваясь в окружающий шум, словно им кажется, будто кто-то собирается напасть. Наверное, так себя чувствуют возвращающиеся с войны люди, пытающиеся привыкнуть к мирной жизни. Вокруг них все спокойно, но они сами все еще умом там — на войне. Потому ждут, что откуда-то может прилететь пуля снайпера, шарахаются при резком движении, все еще реагируя так, как будто вокруг идут боевые действия.

Спустя три дня мы вышли к небольшому селу. Основная группа остановилась в лесочке, а двое эльфов отправились за припасами. Пришли они спустя полчаса.

— Интересные вещи творятся сейчас, — с ходу произнес один из эльфов с грубоватым лицом и светлой бородкой и усами.

— Рассказывай.

— Восстание рабов в магическом королевстве ширится. Лишившиеся владык архимагов простые маги никак не могут договориться о совместном наступлении. Магическое королевство фактически распалось на независимые провинции.

— Только ничего у них не выйдет. Я про рабов, — внезапно произнес второй эльф, с отсутствующим на левой руке мизинцем. — Ударная армия магов, что сейчас воюет в Сверистонии, начала отступать в сторону границ и вскоре войдет в магическое королевство. Две пограничные провинции уже признали магов, управляющих этой армией, архимагами и собирают армии, чтобы влить их в общий ударный кулак, который сметет мятежников и восстановит в королевстве порядок.

— Мои братья, — услышал я шепот Малтиана.

— Неплохой у них карьерный рост, а? — заметил я.

— Так, потом наговоритесь, выступаем, — прервал Снайрт, вставая с земли. — Нам осталось недолго идти.

Мы продолжили путь по лесам. Эльфы идут бодро, что и понятно — они родились и всю жизнь прожили в лесу. Мы же, а конкретно Малтиан и Нейта, часто устают, создают много шума при ходьбе и нередко запинаются за коряги. Мы столько времени охотились в лесах, а мои спутники так до конца и не привыкли двигаться в лесу бесшумно и быстро.

По пути я стал присматриваться к эльфам. У всех те или иные увечья. Снайрт с ожогами, еще один эльф без уха, другой без мизинца, у третьего шрамы на лице. В серьезную мясорубку они попали, раз у каждого какое-то ранение да есть, ни один из выживших не вышел из боя целым, что осталось от тех, кто погиб — страшно представить.

— Вы ведь все кого-то потеряли? — спросил я, когда Снайрт оказался рядом.

Эльф несколько мгновений молчал, затем, тихо выдохнув, произнес:

— Да, все так. Это было недавно, так что кажется, будто произошло вчера. Пройди после этого события лет сто, а то и двести, наверняка большинство из нас отказалось бы от мести.

— Кого у тебя забрала смерть?

На миг лицо эльфа застыло, глаза потемнели, мне даже показалось, что он вот-вот даст мне по лицу, но Снайрт сдержался.

— Жену и неродившегося ребенка. Он должен был появиться на свет через месяц.

Он тяжело вздохнул, отвернулся, но я успел увидеть, как в его глазах блеснули слезы.

— Я никогда их не прощу, — зло добавил он и ускорил шаг, не желая продолжать неприятный разговор.

Я огляделся. Эльфы, слышавшие наш разговор, также помрачнели, взгляды их застыли. Уверен, сейчас каждый из них вспоминает собственную трагедию. Я внезапно понял, что все они страстно желают отправиться туда в эльфийские леса, дабы свершить месть — убить и глав великих семей и Ливуала. И только приказ Элантиры лишает их возможности отомстить.

— Наверное, это слабое утешение, что кто-то отомстит Ливуалу, — ни к кому не обращаясь прошептал я так, чтобы меня услышали все.

Я почувствовал, как в воздухе повисло напряжение. Похоже, мне удалось задеть за живое. Да, они пытаются утешать себя мыслью, что будут удовлетворены, если друзья свершат месть, но в реальности хотят это сделать сами. Что ж, может у меня получится провернуть свой план побега.

— Когда я услышал про убежище эльфов, я представлял его чем-то другим, — глядя на старый полуразрушенный, заросший разной растительностью замок, произнес я.

— И чем же? — спросил Снайрт.

— Какая-нибудь роща, с замаскированными домами на деревьях.

— Такое убежище нужно строить несколько месяцев, у нас же, после отступления не было времени, — пояснил эльф. — Пойдем.

Крепость стала медленно приближаться. Когда-то давно это было величественное строение на холме. Сейчас же она представляет собой жалкое зрелище. Стены покрыты мхом и опутаны плющом, или чем-то похожим на это растение. В стенах зияют дыры, в которые можно рассмотреть внутренний двор, заросший деревьями и кустами. Сам же замок также окружён лесом. Когда-то тут была открытая поляна, и к крепости нельзя было подойти незамеченным, но сейчас все не так. Сам замок можно заметить, только подойдя к нему на расстояние в десяток шагов.

Заходящее солнце подкрашивает движущиеся по небу облака в желтый и алый цвета, отчего кажется, что вверху медленно течет поток раскаленной лавы.

В замок мы вошли через центральные ворота. Одна из створок лежит на земле, вторая висит на проржавевших петлях и кажется, что вот-вот и она оторвется.

— Сюда, — произнес Снайрт.

Вообще странно, что они никак не пытались отремонтировать ворота. Хотя если подумать, то времени и сил восстанавливать замок у них не было. Собрались, погоревали, подлечились, а затем приняли решение разбрестись по миру. И только примерно месяц назад вновь собрались и стали разрабатывать план мести — ремонтировать крепость опять же времени не нашлось, да и надобности тоже.

Нас подвели к каменному строению, примыкающему к донжону. Проржавевшая решетка противно скрипнула, взору открылась каменная лестница, уходящая вглубь. Внизу ничего не видно, солнечные лучи освещают только первые десять ступенек, а дальше идет сплошная чернота, словно там все залито нефтью.

Один из эльфов зажег факел и двинулся вперед.

— За ним, — слегка подтолкнув меня в спину, произнес Снайрт.

— Жуть какая, — прошептала Нейта.

— В который раз меня сажают за решетку? — пробурчал я. — Чувствую себя матерым уголовником, хотя ни одного преступления не совершил.