Рыцарь-ворон
Шрифт:
Лайонел не стал спорить. Он без приглашения уселся на лавку, стоявшую в углу.
– Я хочу пить. Дорога была дальней.
Филипп прищурился. Что-то этот сакс слишком самоуверен. Наверняка в рукаве у него еще что-то припрятано, иначе он бы себя так не вел.
Он встал, налил себе и гостю по кубку хорошего вина, протянул один Лайонелу.
– Вижу, что вы не просто так явились. Может, хотите плату за ваши услуги? Хоть вы и не рассорили супругов де Турнель, но я готов дать вам...
Лайонел гордо выпрямился:
– Я рыцарь, мессир! Мне нужны не деньги, а месть.
–
Но Лайонел не торопился, сначала выпил вино, затем попросил еще раз наполнить кубок. Герцог начинал закипать. Он что, кравчий этого ублюдка? Наконец, сакс заговорил.
– У меня есть предложение, герцог. Мы оба хотим отомстить де Турнелю, не так ли?
Филипп молча кивнул.
– Так вот, я предлагаю взять Карлайл.
Герцог хмыкнул и почесал волосатую грудь.
– Вы, кажется, белены объелись, сэр. Карлайл, как я слышал, весьма укрепленный замок. Да и народу в нем довольно, и умеющего держать оружие в руках, чтоб отразить любую атаку.
– Я уверен в успехе, - со значением произнес Лайонел.
– Вот как? Вы полагаете, что я готов ради мести бросить на неприступную крепость своих людей, послать их на верную смерть? Я ненавижу Антуана де Турнеля, но я не сумасшедший.
– Вам не придется никуда бросать своих людей, мессир. Вы возьмете Карлайл, не пошевелив и пальцем.
– Как когда-то - Фэрфакс?
– медленно и с расстановкой сказал Филипп.
– Тогда вы тоже мне изрядно помогли, сэр Мэтлок.
Лайонел вздрогнул и заметно побледнел. Герцог усмехнулся:
– Или вы думали, что я так глуп и забывчив, что не узнаю в вас того мальчишку, который провел нас по подземному ходу в Фэрфакс? И который на моих глазах прикончил Родерика Карлайла?
– Вы... вы ошиблись, мессир, - хриплым голосом ответил Лайонел.
– Я не знаю, о чем вы.
– Ну, конечно. То-то вы стали белее снега. Знаете, такое смазливое лицо вряд ли забудешь.
Лайонел нервно откашлялся.
– Ну, хорошо,- наконец, сказал он.
– Да, это, действительно, был я. Но я не хочу вспоминать прошлое. И предупреждаю: если вы посмеете кому-то рассказать об этом, то вам не поздоровится.
– Ой, как страшно, - засмеялся Филипп.
– Впрочем, я не собираюсь никому выдавать ваш секрет, дорогой сэр... До тех пор, пока мы союзники. Ведь мы союзники, не так ли? И наш главный враг - де Турнель.
Лайонел кивнул.
– Ну, а теперь выкладывайте, да поживее, свой план захвата Карлайла. Там тоже есть подземный ход, о котором вам случайно известно?
– Нет.
– Тогда как же мы проникнем в замок?
– Я вам скажу. Но прежде кое о чем условимся, мессир. Когда мы войдем в Карлайл, вы получите де Турнеля. Вы можете разграбить замок и вывезти из него все, что вам угодно. Чтобы король не узнал, кто напал на Карлайл, вашим людям придется вырезать всех его обитателей... Но вы дадите слово рыцаря и дворянина, что не тронете леди Эдель. Она моя.
Филипп фыркнул:
– Пожалуйста. Даю слово. Мне эта саксонская дурочка не нужна. Я хотел жениться на ней только потому, что того же желал де Турнель... А вы, однако, много выиграете, сэр Мэтлок: получите и замок,
и женщину, которую хотите. Станете хозяином Карлайла... Впрочем, я забыл: если Антуан умрет, Карлайл достанется сыну вашей несравненной леди Эдель. Ведь у нее есть сын, не так ли?– Да, есть, - глухо подтвердил Лайонел.
– Что ж, от мальчишки легко избавиться. Особенно такому умнику, как вы, - подмигнул Филипп.
– Но говорите же, как мы возьмем замок? Не томите. Эй, стойте, куда вы?
– Мой ключ к Карлайлу в соседней комнате, мессир. Сейчас вы увидите его.
– Вот как? Любопытно...
Лайонел вышел за дверь. А, когда вновь оказался на пороге, Филипп увидел у него на руках маленького темноволосого мальчика.
– Это что еще такое?
– недоумевающе пробормотал герцог.
– Это Ричард Эштон, наследник Карлайла!
– провозгласил торжественно Лайонел.
13. Посланник рыцаря-ворона
За дверью послышались тяжелые шаги, и Эдель вскочила со своего ложа. Шаги были не Сары; а за эти несколько дней только Сара навещала узницу, принося ей еду - и каждый раз неутешительные известия. «Вашего сына нигде нет, миледи... Дик еще не нашелся... Не волнуйтесь, ваш муж делает все возможное, чтоб отыскать его...»
Вот в последнее Эдель не верила ни на йоту. «Делает все возможное!..» Он делает все, чтоб скрыть следы своего преступления, - вот это верно. У нее не осталось сомнений, что де Турнель полностью причастен к исчезновению Дика.
Она спала урывками, просыпаясь от страшных кошмаров, которые беспрестанно мучили ее, почти ничего не ела. Металась по комнате, как тигрица по клетке. Ей хотелось одного: вцепиться в горло де Турнеля и не разжимать челюстей, пока этот изверг не испустит дух.
...И вот, кажется, ее желание начало исполняться: на пороге стоял граф собственной персоной. В каком бы бешенстве ни была молодая женщина, но она заметила, что лицо мужа осунулось и побледнело. Вид у де Турнеля был мрачный, и сердце ее пустилось вскачь. Нет, он не принес хороших новостей!..
– Мы не нашли вашего сына, миледи, - начал он. И добавил быстро: - Пока не нашли.
Эдель уже готова была кинуться на него, но следующие его слова остановили ее порыв.
– Но нам стало известно, что ваш сын несколько дней назад находился на дороге в Лондон... Вместе с Лайонелом Мэтлоком.
Эдель уставилась на него во все глаза. Он что, принимает ее за последнюю дуру??
– То, что вы говорите, - наглая ложь, мессир! Дик никак не мог оказаться на лондонской дороге, да еще с сэром Лайонелом!
Граф будто не услышал ее слов и продолжил:
– Их видели в трактире «Ветвистые рога», в полутора днях пути от столицы. Они останавливались там на ночь: молодой, золотоволосый, очень красивый саксонский рыцарь и маленький черноволосый мальчик. Хозяйка «Ветвистых рогов» слышала, как мужчина называл мальчика Диком.
– Вы все это придумали, - сказала Эдель.
– Скажите, наконец, правду, мессир. Где мой сын?
– Не знаю, миледи. Но очень надеюсь, что в Лондоне.
– Чушь!
– воскликнула она, сжимая кулаки.
– Мой сын никогда бы не поехал с Лайонелом! Дик не любил его, он ни за что не доверился бы ему.