Русология
Шрифт:
– Дальше порева не идёт!!!
Я заперся... И накрылся хламом из тряпок... После был стук в дверь, крик и слеза: впустите!!! Вышла лишь случка... вновь аврам одолел, гад... 'Dic mihi, quaeso, utrum abramus non sit auctor mali?' Да не аврам ли источник зла? xnj df э! важнее, чем архетип чтить. Трёх...
– семи с половиной ножницы в чадо... В женщине мы оплакали... инсталляция технотронное имя Спас 2х2... 2х2... 2х2... 2х2... 2х2... 2х2... 21870070827207203000572...
апофатизм!!!!!!
Тряслось всё, и я подпрыгивал в такт...
Был голос, что меня - нет, дом рушить... но отыскали: 'Слышь, ты, Михалыч?.. Слышь? Это я - Толян. Ты про бабу тут? Н'a, Дашуху-то... Деньги дай... а ты пользуй... мы твою 'ниву', ёп, за Дашуху. Чин-чинарём, акей!' Снова случка? Ибо в мозгах ж!! Я засмеялся и вдруг решил мозг вырезать - да и к речке. Мол, я грех вынул; истина, дайся! В мозге - грех! Мнят убить
меня, но я мозг долой, а там - грех как нагорщина и культура, как смерть и муки...В пол застучали... тряпки взлетели... Младший Закваскин поверг меня.
– Мразь, урою!
– После в мобильник: - Ты, Саид?.. Дуй сюда, падлу в морг взять.
– И он склонился.
– А я узнал тебя.
Он узнал во мне ИСТИНУ! Это был не Закваскин, а сама словь, сам логос... и, когда он достал ПМ, я его - в горло, чтоб оно треснуло. Ливень сёк меня, я волок его... мы скатились... я весь побился, ибо нагой был. Подле ракитного, вровень с почвой, бельма в грязи я ногтями рвал землю, чтобы зарыть его... Вроде фары?.. Я влез в избу и притих.
Милиция?
– Что малчышь? Нэ уехал? Врэмя давалы? Есть заявлэние; жэнщину Дарью, эту, с Мансарово, ты насыловал. Также ты Дану, а ей шэснаццать, и она дура. Была не стыдно? Эти Кубякины, Николай с Анатолый, ты дал им 'ниву', чтобы малчали, и в них ружьём стрэлял. Ты маньяк? Бэдных женщин? Люды жалэют. И Николай Николаич, сам, из Госдумы, тоже жалэет! Нэмцы жалэют. Даже Кубякины... Только я тэбя знаю...
– Он поднял бланк.
– Что?
– Верочки...
– shх я. Я мог без слов внушать.
– Ллойд и Кэмпбелл... Пэ Квашнину... вступившем... по завэщанию... Лондон банк в соотвэтствии с волэй... освобождённые от налогов сто мыллионов двэсти пятнаццать...
– Он снял фуражку вытереть пот.
– Вы эта... Павел Михалович, вы бальшой пэрсон. Паздравлаю. Очень бальшой стал! А Николай Николаич? Он эта знает?
– Он мне и власть здесь сдал, - хохотнул я.
– Я здесь хозяин. Будет по М'oэму.
– Здэсь по-вашему?
– Нет, по М'oэму, кто сказал, что не муки, успех полезен... Лучше я стал, скажи?
Он отвёл фонарь.
– Гаспадин Квашнин, я Саидов. Вам помогать долг... А тот Кубякин - в турьму... Ещё пысьмо...
– он вручил мне листок и сгинул.
Я прочёл Верочки: 'Страшно. Если возможно, как вы, измыслить, разум преступен. И вы не боретесь, как хвалились вы, со словами, а вы творите их. И не в выдумках дело, а вы внутри гнил...'
Я канул в пойму, чтоб рыть близ трупа.
Дождь низвергался; речка шумела, и я зарыл его, мл. Закваскина, на косе близ вод...
Всё сменилось, странно и дивно: кончился ливень, ветер развеял мглу; тишь объяла мир до основ. Встал месяц, осеребрив всё: склоны и речку, травы и ивы...
Тени шли тропкой - истина и мой мальчик...