Роман с солнцем
Шрифт:
====== Друзья ======
Глава 25
Как то раз Энцо, по неосторожности, в запале очередной ссоры по поводу переезда и их помощи в финансовом плане, заявил Бэле:
– Я вообще не могу понять, почему ты здесь корячишься, пытаясь добиться чего то, заработать достаточное количество денег для того, чтобы Дани ни в чем не нуждался, когда у его отца миллионы и он с легкостью может обеспечить и тебя и твоего сына. – Энцо! – закричала шокированная Лусия А Бэла лишь посмотрела на своего друга и сказала с металлом в голосе и лишь дрожащие руки, сцепленные в замок на животе, выдавали ее волнение: – Энцо, деньги Давида – это его деньги. И его жизнь – это его жизнь. А у нас с Дани своя. Он нам ничем не обязан, как и мы ему. Никогда, ни за что в мире, я не обращусь к Вилье ни то что за помощью, но вообще по любому вопросу. Дани мой. И только мой. У него нет отца. Ее голос задрожал от эмоций и Бэлла, развернувшись, попыталась покинуть комнату. Соленая влага грозилась вот-вот политься из глаз, а девушка просто не хотела, чтобы Энцо сейчас понял, какую боль причинил ей, упомянув Давида, да еще и в таком контексте. Но парень перехватил ее руку и резко прижал к себе: – Прости, Бэлла, прости меня, идиота! Я не должен был этого говорить. – девушка даже не пыталась отстранится и, упершись носом в рубашку друга, она всеми силами старалась удержать предательские слезы. – Бэль, ты же знаешь, что мы всегда с тобой. Что бы не случилось. Мы справимся. У Дани все будет хорошо. – Энцо тихонько гладил Бэллу по волосам. – Энцо не хотел тебя обидеть, родная – вступила в разговор Лу, подходя и кладя руку на вздрагивающее плечо подруги – просто мы оба переживаем за тебя и желаем тебе только лучшего. Мы могли бы переехать в более престижный район, там, где Дани будет лучше. – Дани хорошо здесь. – прерывающимся голосом произнесла Бэлла – и пока я сама финансово не смогу позволить себе жилье ближе к центру города, то мы останемся здесь. Но ты, Лу, можешь уехать. Твое положение обязывает тебя жить в более приемлемом месте. – Глупости – фыркнула Лусия – я буду жить там, где захочу. А я хочу быть с Вами. И вот теперь снова Бэлла вернулась домой после очередного собеседования чем то очень расстроенная. И у Лусии стало кончаться терпение. Она больше не могла спокойно смотреть на метания подруги. То, что она сделает, может разрушить их дружбу, но Лу рискнет.
Она остановилась на полпути в спальню, за дверями которой скрылась Бэлла: – А гори оно синим пламенем! – решительно воскликнула она и обернулась к шокированному Энцо – я больше не могу так! Я должна что-то сделать. Ситуация – полное дерьмо!
– О чем ты? – осведомился парень, беря на руки Даниэля, который так и норовил уползти подальше. – Бэль уже два месяца ищет работу. Это превращается в навязчивую идею. Она сама на себя не похожа. В ней родилось это непоколебимое стремление и она идет напролом к цели. Но она не замечает очевидного – все это приняло глобальные обороты. Бэлла изводит себя. И мы просто должны помочь ей, Энцо, даже если она и отвергает эту помощь Энцо кивнул: – Ты права! Я только за! И что ты предлагаешь? Лусия, прикусив губу, поразмышляла несколько секунд, а потом на ее губах разлилась торжествующая улыбка. Девушка щелкнула двумя пальцами и воскликнула: – Бинго! Все должно получиться! С этими словами Лу кинулась к телефону и набрала знакомую комбинацию цифр. Ожидая ответа на том конце провода, девушка нервно барабанила коготками по полированной поверхности стола.
Наконец, в трубке послышалось:
– Алло? – Мистер Подольски? Это Лусия Серванте. У Вас есть пара минут? Я должна поговорит с Вами. Мичел Подольски, главный редактор спортивного отдела «Марка», недовольно засопел: – Лусия, сегодня выходной, я отдыхаю за городом. Но ты и тут нашла меня! Чего ты хочешь? Только быстро! Лу торжествующе улыбнулась: – Сеньор Подольски, я хотела узнать, то место младшего редактора в отделе светских репортажей на втором этаже уже занято или нам все еще требуется компетентный человек? – Нет, оно пока свободно. Хуан Перес отсеял десятки претендентов. Ему никто не подходит – в голосе шефа Лусия уловила раздражение – а почему ты спрашиваешь? Надеюсь, не сама туда намылилась? – Нет! – девушка засмеялась – куда я от вас денусь? Просто у меня есть подруга, моя однокурсница. И ей очень необходима работа. Я думала, что мы могли бы предложить ей должность. В трубке повисло молчание. Лусия отсчитывала секунды, глядя на напряженно
====== Все будет хорошо ======
Глава 26
Лусия осторожно отворила дверь и вошла в комнату. Приглушенный свет яркого, солнечного дня пробивался сквозь занавески и падал на лакированный пол, создавая причудливые блики.
Бэлла лежала на кровати и, не моргая, смотрела в потолок. Ее руки были закинуты за голову, а на лице стыло выражение полной апатии. – Бэль – обратилась к подруге Лусия, осторожно подходя и садясь на самый край постели – что случилось? Что с тобой? Бэлла осторожно повернула голову и уставилась на подругу ничего не выражающим взглядом: – А как ты думаешь, Лу? Что могло случиться? – Снова ничего не вышло, да? – она сочувственно сжала руку подруги. – Почему же? – горько произнесла Бэлла – вышло. Я получила хорошее предложение. С шикарной зарплатой. Моему счастью не было предела. Вопреки словам, Бэлла не выглядела счастливой. Она прикрыла глаза и из-под сомкнутых век выкатилась слезинка. – Бэль, расскажи мне, что произошло – ласково произнесла Лусия – почему ты плачешь, если все хорошо? – Где там хорошо, Лу? – отчаянно вскрикнула девушка, переворачиваясь на бок – только что я окончательно укрепилась в мысли, что я неудачница! – Глупости! – решительно отмахнулась Лу – у всех бывает черная полоса. – Только моя уж очень долго длиться. – Что случилось, Бэль? Рассказывай! Бэлла притянула ноги к животу и тихо начала: – Я сегодня ходила в издательство по формированию учебных пособий. В агентстве мне сказали, что им требуются помощники дизайнеров и оформители. Я решила попробовать. Бэлла горько усмехнулась: – Меня принял сеньор Мартинес, старший менеджер. Именно под его началом работает данный отдел. Мне он показался приятным и компетентным человеком. Он провел стандартный опрос, несколько тестов и произнес, что я ему подхожу по всем параметрам. Девушка немного приподнялась и с отчаяньем взглянула в глаза подруге: – Меня все устраивало – Лу – условия, зарплата, перспектива роста. Все, понимаешь? Лу сжала ее плечо, подозревая, что дальше будет все не так радужно. Бэлла продолжила: – Естественно, я обрадовалась и поинтересовалась, когда мне можно начать стажировку. На что сеньор Мартинес сказал мне следующую вещь. Бэлла сквозь слезы попыталась скопировать тон работодателя: «Сеньорита Маматова, вы должны понимать, что подобная работа и открывающиеся перспективы обяжут вас ко многим вещам. Я хочу быть откровенным и поведаю вам об условиях. Ваш круг обязанностей будет весьма широк.. Соответственно за это вы будите получать дополнительные деньги.» Голос девушки прервался: – Лу, он подошел ко мне и положил руку на колено. Сначала я опешила, но, услышав его слова, не поверила своим ушам: – «Первой Вашей обязанностью после непосредственной работы в офисе, будет провождение индивидуального времени со мной. За следование за мной по первому зову, вы будете в конце недели, помимо основной зарплаты, получать тысячу евро. Еженедельно. Иногда мне потребуется, чтобы вы развлекали моих партнеров, за это вы будете получать пять тысяч за каждый раз. Подумайте. Не плохие деньги всего за пару часов вашего личного времени». И тут слезы нескончаемым потоком хлынули по лицу Бэллы: – Лу – произнесла она – я выгляжу, как шлюха? Я веду себя так? Что в моем внешнем виде или поведении натолкнуло Мартинеса на мысль о том, что я могу согласится на подобные условия? Лусия забралась на кровать и улеглась рядом с Бэлой, обняв подругу и нежно прижав к себе заплаканное лицо: – Бэль, милая – прошептала она – идиотов в мире хватает. Ты не должна принимать это на свой счет. Мартинес просто козел. И как не грустно мне это говорить, но таких случаев тысячи. Мужчины используют свое влияние и положение, чтобы подобным образом эксплуатировать женщин. И самое прискорбное, что очень многие соглашаются на такое. Не важно, что их на это толкает, что у них в голове, но подобные предложения встречаются на Ура! – Он оскорбил меня, Лу, и не только тем, что посчитал возможным предложить мне такое, но когда получил отказ, то стал глумится надо мной. Называл бездарной выскочкой. Что я ничего не смогу, кроме как раздвигать ноги. А другие виды карьеры не для моего скудного ума. Лусия заскрипела зубами: – Каков ублюдок! Скотина! Может мы сейчас вместе сходим к этому твоему Мартинесу и Энцо покажет ему как правильно вести себя с дамами. – Не в этом дело, Лу! – Бэлла с отчаяньем взглянула в глаза подруги – а вдруг Мартинес прав? Вдруг я на слишком многое замахнулась? Может мне не светит стать репортером? – Не мели ерунды! – отчеканила Лусия – этот твой Мартинес совсем тебя не знает! Не знает на что ты способна, какая ты! Он увидел смазливую мордашку и подумал, что ты легкая добыча. Но как бы ни так! Ты талантливый журналист и достойна всего только самого лучшего!
И Лу, набрав побольше воздуха в легкие выпалила
– Бэлла у тебя завтра в 10 часов утра собеседование с главным редактором «Марка». Тебя возьмут на должность младшего корреспондента. Моментально Бэлла насторожилась: – Что? – У тебя будет работа в «Марка» – с замиранием сказала Лусия. Слезы высохли. Вместо отчаянья в глазах Бэллы разгорелся гнев: – Твоя работа, Лу? Зачем? Я не пойду! Я же говорила тебе, что я не….. – Замолчи и послушай меня Бэлла – прервала подругу Лу, твердо глядя ей в глаза – Чего ты добиваешься? Ты хочешь загнать себя? Хочешь еще сходить на парочку таких же собеседований, как сегодня? Хочешь еще послушать немного грязи в свой адрес? Отшить парочку грязных извращенцев? Метаться по городу в поисках эфемерного? Ты понимаешь, что ты отрываешь это время у собственного сына, с которым, к слову сказать, ты даже не поздоровалась, прийдя домой. Бэлла все так же уперто смотрела на подругу, но в глазах появилась доля сомнения. – Бэль, – продолжила атаку Лусия – это шанс. Твой шанс. Да, я договорилась с Подольски об этой встрече, да, я замолвила за тебя словцо. Но это мелочи. Поверь. «Марка» это не второсортный журнальчик. Эта самое крупное в Испании издание. И если ты чего и добьешься там, то только собственным трудом и усилиями. Я лишь открыла путь, а дорогу ты пройдешь сама. Пойми, дорогая, я не для кого бы не стала просить, кроме тебя. Я верю в твои способности и твой талант. Знаю, что Бэлла Маматова достойна этой работы. Ты справишься, как никто. Только дай этот шанс себе. Лусия смотрела на Бэллу, которая уперла взгляд в стену напротив. По ее глазам девушка видела, что ее слова действуют. Бэлла колеблется. – Подруга, я люблю тебя и хочу помочь. Я не буду работать за тебя. Не буду ничего добиваться. Имя и положение тебе придется завоевывать самой. Я лишь хочу знать, что ты счастлива. Что ты имеешь то, что заслужила. Хватай эту возможность. Это же твоя мечта. Ты не должна винить меня в том, что я решила все это за твоей спиной. Я просто не могла оставаться в стороне. Ты бы поступила так же. Ведь так?
Бэлла, наконец, перевела замутненный слезами взор на подругу:
– Понимаешь, Лу – хрипло произнесла она – ты мне все время помогаешь. Ты всегда рядом. В любой ситуации. У меня иногда такое ощущение, что я просто прячусь за твоей спиной от реального мира. Так больше не могло продолжаться. Я взрослая женщина. Я мать, наконец! От меня зависит Дани, а я не способна ни на что! Вот я и приняла решение стать кем то в этой жизни без посторонней помощи и пыталась следовать этому правилу буквально. Бэлла сжала куру Лусии: – Родная, я чувствую себя ужасно виноватой перед тобой, перед Энцо, перед Дани. Когда у меня ничего не получалось я с каждым разом разочаровывалась и незаметно озлоблялась. Поиск работы превратился в навязчивую идею. Идею доказать всем, себе самой то, что я не неудачница! Пойми меня! Это не потому что я не благодарна тебе или не ценю твою помощь! Просто я хотела найти себя. Самостоятельно. Лусия крепко обняла Бэллу: – Дорогая, ты найдешь себя. В «Марке» или где то в другом месте, но ты обязательно достигнешь желаемого. Ты целеустремленная, сильная и волевая. Тебе не нужна ничья помощь. Просто поверь в себя. Лусия перевернулась на спину и взглянула в потолок. Бэлла молчала. Несколько минут девушки пролежали в тишине. И лишь далекий гул машин и веселое повизгивание Дани в соседней комнате было фоном для их раздумий. Наконец, Лусия задумчиво произнесла: – Знаешь, Бэль, я иногда ненавижу Вилью за то, что он с тобой сделал. За то что уничтожил тогда в тебе ту часть, которая отвечала за уверенность в себе, за целеустремленность. За постоянную улыбку и позитив. Что бы ты не говорила, но он сломал тебя. Подорвал твою веру в жизнь, в любовь, в мужчин в частности. Хоть он и отец Дани, но я ненавижу его за то, что ты его любишь. За то, что он смог так крепко привязать к себе твое сердце, что ты буквально хоронишь себя заживо. – Ты преувеличиваешь, Лу! Я просто…. – Не просто, Бэль. Совсем не просто! – перебила Лусия – ты не ведешь жизнь затворницы, ты не вяжешь носки и не стоишь целый день у плиты в переднике и вязаных носках. Ты не покрываешь волосы платком, но на тебе словно горит табличка «Посторонним вход воспрещен». Ты не подпускаешь никого к себе кроме нас. Я не узнаю свою подругу. Где та Бэлла, с которой мы ночью пробирались в мужскую общагу в Универе, чтобы попить пива и поиграть в бутылочку? Где та девушка, которая на спор купалась в бассейне Кита Перкинса голышом? Где та, которая рисковала, отрывалась и мечтала о покорении мира? Куда делась та Бэлла Маматова? – Лу покачала головой – она осталась там, на Ибице, на той Яхте с Давидом Вильей. И он забрал ее сердце и забыл вернуть. А моя подруга без души превратилась лишь в тень прошлой себя. Ты ни разу не ходила на свидание на полтора года. Ты разучилась отдыхать. Ты потеряла свою дорогу. Вот за это я ненавижу Давида Вилью. Понимаешь? Бэлла кивнула и со слезами на глазах посмотрела на Лу: – Я действительно такое унылое говно? Лусия, у которой тоже на глаза навернулись слезы, о такого заявления подруги сначала опешила, а потом разразилась хохотом: – Точно! – ответила она – совсем унылое. Бэлла робко улыбнулась: – Значит, будем исправлять это? Ты поможешь мне? – Конечно, дурочка! Я всегда помогу тебе! – Лу легко стукнула подругу в плечо – но вопрос в том, примешь ли ты мою помощь? Бэлла понимала, что Лу ждет ответа на счет завтрашнего собеседования. Действительно отказаться от подобного шанса в угоду гордыне и каких то эфимерных стремлений к самостоятельности было бы глупо. Лу правильно говорит – это ее мечта. И только полная идиотка упустит ее. Приняв подобное решение, Бэлла почувствовала такую легкость и желание петь, что сразу поняла – решение было верным. Она взяла Лу за руку: – Спасибо тебе родная, за то, что всегда находишь такие слова. За то, что помогаешь даже против моей воли. Спасибо, что веришь в меня даже больше меня самой. Для меня будет огромной честью и радостью работать с тобой. И спасибо тебе за этот шанс. Я постараюсь не упустить его. Клянусь тебе! Глаза Лусии засветились: – Это значит, что ты пойдешь завтра к сеньору Подольски? Ты получишь эту работу? Бэлла кивнула: – Да! Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы произвести впечатление. Я хочу эту работу – в голосе Бэллы была решимость. Лусия громко взвизгнула и прижала подругу к себе: – Как я рада, Бэль! Я безумно рада!!! Ты молодец, ты….. – Что тут у Вас происходит, дамы? – раздался от двери сварливый голос – вы уже поговорили? А то нам с Дани скучно там одним и мы требуем женского внимания! В дверном проеме стоял Энцо с Даниэлем на руках. Малыш крутился и все норовил ткнуть крестного в глаз трубочкой от пластикового пакета с соком. Энцо уворачивался и делал смешное лицо, от чего Дани буквально заходился от смеха. Бэлла и Лусия улыбнулись своим мужчинам. – Заходите – промолвила Лу – мы уже закончили. – И каков вердикт? – осведомился Энцо. – Бэлла пойдет на это собеседование и получит работу. Парень счастливо улыбнулся: – Я рад! Ты этого заслуживаешь, Бэлла. У тебя все получится. Я уверен. – Спасибо, Энцо. Правда – спасибо! За все! – Не за что! – свободной рукой он отсалютовал Бэле. – надеюсь, все теперь войдет в норму. – Все войдет в норму, как только ты отдашь мне моего сына. Лусия засмеялась и Энцо с улыбкой протянул Даниэля матери. Вытягивая руки, чтобы забрать своего ангела, Бэлла впервые поверила, что все действительно будет хорошо.
====== На вершине ======
Глава 27
И не зря.
Сейчас, спустя почти два года после этих событий, Бэлла одна из самых известных теле-журналистов страны. И, наконец, мир у ее ног. Тогда она действительно пошла в «Марку» и получила работу младшего редактора. Девушка настолько хорошо выполняла свою работу, что буквально через несколько месяцев ее повысили сделав репортером. А еще за полгода она стала наравне с Лусией ведущим корреспондентом Испании. И все шло хорошо, только Бэлла сейчас делила свое место с Лусией и чувствовала себя перед ней виноватой. Хоть подруга и уверяла ее, что все нормально, Бэлла придерживалась своего мнения. Они переехали на Махадаонду – один из самых престижных районов Мадрида и теперь жили в двухэтажном доме с бассейном. Вроде бы мечты сбываются, но вина перед Лу не давала Бэле покоя. И вот, спустя год, на нее вышли агенты канала «TFT» и предложили попробовать свои силы на телевидении. Ей было предложено стать телерепортером. Бэлла не задумываясь согласилась и ни разу не пожалела об этом. На канале она добилась еще большего успеха, чем в газете. О ней заговорила вся Испания. И вот теперь она пробует себя в телешоу, которое только стартовало и набирает обороты. К Бэле приходят различные гости из видных деятелей, спортсменов или богемы, а она задает им вопросы, вовлекая в увлекательные дискуссии, заставляя откровенничать и выдавать секреты. Но делала она это на столько тонко и грамотно, что ее гости даже не успевали задуматься, а уже выкладывали все карты на стол. Бэллу любили. Ею восхищались. На нее равнялись. Из неуверенного в себе утенка она превратилась в прекрасного лебедя. Все, что она хотела теперь у нее есть. Здоровый сын, интересная работа. Цель в жизни, прекрасные друзья. Она была счастлива,….. почти счастлива. И вот сейчас, располагаясь в своей собственной гримерке в студии, где через несколько минут начнется новый эфир программы, Бэлла думала о том, как изменилась ее жизнь за эти два года. Такой маленький отрезок времени а столько событий и вокруг и внутри ее. Дани стал уже совсем взрослым. Он ходил и разговаривал прям, как взрослый. Задавал такие вопросы, что Бэллу душил или смех или священный ужас. Сынишка учился жить и Бэлла вместе с ним. Она словно младенец вставала на ноги заново. И теперь твердо стоит на них. Но все еще иногда, при взгляде на Дани, Бэллу словно иголкой в сердце кололо – Как он похож на Давида! Но она буквально приказывала себе не думать об этом, опасаясь лишиться с таким трудом обретенного душевного равновесия. Лу и Энцо все так же были рядом. Родителей она отправила в кругосветный круиз. В общем, жаловаться было не на что. Девушка бросила взгляд на собственное отражение в зеркале. И во внешности были перемены. Все тот же курносый носик и пикантные ямочки на щеках, потрясающие, меняющие цвет, глаза, стройная шея и прекрасные темные волосы. Но появилась в ее повадках, во взгляде, в каждом жесте некая холеность, достоинство и только ей присущая харизма. Мужчины сходили по ней с ума, но это оставалось неизменным. Бэлла была одиночка. Она не подпускала к себе парней. Они могли быть ей только друзьями. Сколько бы не пытались Энцо и Лу устроить ее жизнь – наталкивались только на категоричное и холодное «нет». И в конце-концов, просто смирились. Бэлла была благодарна друзьям, но с этой частью своей жизни предпочитала разбираться сама. В дверь гримерки легонько постучали, что отвлекло девушку от раздумий. – Да? – произнесла она, поправляя прическу. В комнату заглянула Софи, ассистентка режиссера: – Сеньорита Маматова, вас требуют на площадку. Сеньор Родригес уже на месте. Через 10 минут эфир. – Спасибо, Софи, можешь идти. Я буду через минуту. Опаздывать нельзя. Иначе Ричардсон с нее шкуру снимет. И так она задержалась сегодня из-за того, что няня Дани пришла на 15 минут позже назначенного времени. Последний раз, придирчиво осмотрев себя в зеркале, Бэлла поспешила в студию. Ее сегодняшний гость, известный актер и певец, Адриан Родригес. Мечта почти всех тинейджеров Испании. Его слава началась 3 года назад, когда в Европе прогремел сериал «Физика и Химия», где Адри сыграл школьника-гомосексуала. И бум не прошел до сих пор. Этот красивый и веселый парень все еще был на виду. Вот
TFT
и решили посвятить ему целую программу. Бэлла знала о нем уже практически все. Подготовленные вопросы засели в голове, словно иголки. Профессионализм превыше всего. Войдя на площадку, она громко поздоровалась: – Здравствуйте сеньоры. Извините за задержку. Мы можем начинать? Адриан улыбался ей с мягкого дивана, призванного быть местом встречи корреспондента и актера. – Сеньорита Маматова – подмигнул ей Родргес. – Сеньор Родригес – ответила с улыбкой Бэлла. Ей определенно нравился этот паренек. Он очень располагает к себе. Но тут режиссер скомандовал: – По местам. Обратный отсчет. До эфира 3 минуты. Бэлла расположилась в мягком кресле напротив Адриана. Паренек с вызовом пялился на нее. – Нахал – с веселым сарказмом подумала она – ну сейчас посмотрим кто…. – Четыре секунды до эфира – голос режиссера взорвал тишину. – Три, два, один – начали! И Бэлла привычно улыбнулась в камеру: – Здравствуйте дамы и господа. В эфире программа «Спроси меня», и я Бэлла Маматова…
====== То, что всегда остается прежним ======
Глава 28
Все 45 минут программы доставили Бэлле ни с чем не сравнимое удовольствие. Адриан оказался очень милым и остроумным собеседником. Откровенно отвечал на поставленные вопросы, тонко чувствовал настроение и специфику разговора. Он словно знал, когда нужно стать серьезным, а когда некоторая доля юмора будет уместна.
Одним словом, сеньор Родригес явился просто мечтой журналиста. Красивый, умный, популярный. Тот, чья харизматичная натура всколыхнула всю Испанию. И Бэлла теперь поняла почему. В студию несколько раз звонили восторженные зрители и получали возможность задать свой вопрос в прямом эфире. В основном это касалось сериала «Физика и Химия», где Адри исполнил роль школьника-гея. Именно она принесла ему известность. Парень настолько вжился в образ, что наиболее распространенным вопросом ему было: «А какой вы ориентации»? Адриан лишь смеялся и отвечал, что желает, чтобы это осталось секретом. Бэлла и не заметила, как отпущенное на эфир время, подошло к концу. Софиты погасли, а режиссер выдал коронное «Снято». Адриан и Бэлла синхронно вздохнули. – Ну, наконец то! – произнес Родригес – у меня уже спину свело и я жутко хочу в сортир – он заразительно засмеялся – сеньорита Маматова, очень приятно было пообщаться с Вами. Я рад, что именно Вы оказались моим оппонентом. Бэлла вздернула бровь: – А были другие кандидаты? – Само собой! – в глазах у парня прыгали чертики – например, сеньорита Серванте. Бэлла прыснула. В свое время вся Испания знала, что они с Лусией стояли вровень на производственной лестнице. Но Адри хватил лишку: – Лу спортивный корреспондент. Она не могла бы интервьюировать Вас. – А почему это? Я болею за Реал. Бэлла все же засмеялась. Открыто, звонко, искренне. В ее работе нужно было держать дистанцию с оппонентами. Она обычно так и поступала, но Родригес другое дело. Оставаться равнодушной в его обществе, никак не выходило. –
Очень похвально, Адриан. Реал это хорошо, но я болею за Барселону, так что я думаю, что споры будут не уместны. А скорее нелогичны. И затянуться на недели. Это извечный вопрос. – Аааа, Каталонка! – с прищуром ответил Родригес – направляясь за Бэлой в сторону гримерок – стыдно жить в Мадриде а болеть за Блаугранас. – Я сама себе удивляюсь, но это так. – Бэлла пожала плечами. – Ну, нет! Теперь я от Вас не отстану. Признавайтесь. Вам точно нравится кто-то из игроков. Кто же это? Бэлла снова засмеялась: – С чего такой вывод? Я просто люблю клуб. – Не верю! Житель Мадрида не может любить Барселону без веских на то оснований. Признавайтесь кто он! – Адриан – звонко спросила Бэлла – а Вы? Ради кого вы Мадридист? Почему Реал? – Я же Мадридец! Я обязан просто поддерживать родные цвета! – А почему не Атлетико? А? Бэлла откровенно забавлялась. Ей было так легко и интересно с парнем. Они дошли до дверей ее гримерки. Девушка остановилась: – Мой дед болел за Реал, и отец тоже! Я пошел по их стопам. А вот Вы, Бэлла – он дипломатично взял ее под руку и заговорщицки зашептал – кто же он, а? Кто из каталонцев Ваша муза? Бэлла молчала ехидно усмехаясь. – Тогда я угадаю! Адри задумался. – Пике! – он щелкнул пальцами – красавчик же! – Нет! – Бэлла покачала головой. Ситуация забавляла ее. – Тогда, может, Хави? – Нет же! Говорю, что люблю весь клуб! – Я Вам не верю! Тут все намного глубже. И я выведу на чистую воду Ваши увлечения. Он начал монотонно перечислять фамилии: – Вальдес, Иньеста, Алвес, Фабрегас, Педро, Бускетс… При каждом слове Бэлла делала большие глаза и качала головой. Адриан еле сдерживал смех. – Тогда Месси! Точно! Он же звезда! – Нет, сеньор Родригес! Лионель не в моем вкусе. Я имела честь лицезреть его персону. И смею заверить – не впечатлило. Но футболист он замечательный. – А вы привередливая! – Еще какая! Бэлла посмотрела на часы и обмерла. Как не приятно ей было находится в обществе этого парня, но она уже катастрофически опаздывала. Энцо был в командировке, а у Лу вечернее интервью. Так как няня заболела, Дани рискует остаться один, если мамочка не поторопится. – Адриан, я не могу выразить, какое удовольствие мне доставило общение с Вами, но мне пора бежать. Спасибо за чудесную беседу. Надеюсь, не последнюю. – Взаимно, Бэлла. Мне это было в радость. Девушка улыбнулась и вошла в комнату. Когда она уже закрывала дверь, Адриан выпалил: – Вилья! Это Давид Вилья! Бэлла застыла. Казалось, что все ее внутренности превратились в камень: – Что, простите? – выдавила она из себя. – Вилья. Именно из-за него вы болеете за Барсу. – С чего Вы это взяли? – Бэлла надеялась, что голос не выдает той бури чувств, которая бушевала у нее внутри. – Ну а как же? Он же любимец всех дам. Эти черные, демонические глаза – Адриан скорчил физиономию – жгучий испанский мачо. От него все без ума. – Только не я. – отрезала Бэлла. В ее взоре отражалось что то такое, что заставило Родригеса стушеваться – До свидания, Адри. В твоих интересах ретироваться, пока я не начала интересоваться, кто из сексуальных мачо Реала тебе приглянулся. Серхио Рамос или Криштиано Роналлду? Родриггес захлопал глазами, явно не понимая ее агрессии. Он растеряно смотрел на Бэллу. – Извини, Адриан, но мне действительно пора. Увидимся. И она закрыла дверь. Привалившись с той стороны к полированной поверхности, Бэлла прикрыла глаза. Девушка понимала, что незаслуженно нагрубила парню, но ничего не смогла с собой поделать. Когда она услышала из уст Адриана имя Давида, да еще в таком контексте, ее словно прорвало. Снова навалилось все то, что она так старалась задвинуть за задворки сознания. Родригес даже не представлял. Насколько он прав. Вилья сыграл решающую роль в ее жизни. Именно он переписал ее сценарий. Именно он сделал из нее ту, кем она сейчас является. Боль, любовь, ответственность. Все это бетонной глыбой давило на ее рассудок почти год после встречи с ним. Должно было пройти почти три года, чтобы она привела жизнь в порядок. Но магия, содержащаяся в звуках этого имени, до сих пор задевала потаенные струны ее души, оживляя в памяти все давно прожитые эмоции. Казалось, что так будет всегда. Не важно, насколько успешной окажется ее карьера. Без разницы, где и с кем она в следующий раз окажется рядом, как ее будут воспринимать, чем будет жертвовать – Давид часть ее жизни. Тот самый кусок сердца, который похоронен под пеплом старых надежд. Тот самый, который на корню уничтожил ее наивность и доверчивость. Тот, кто жестоко разбил ее розовые очки, усеяв мелкими осколками всю душу. Давид Вилья тот, кто до сих пор держит в руках ее сердце. Растоптанное, окровавленное и истекающее слезами. Та часть, в которой его образ навеки связан с разбитыми мечтами. Но это ее крест. Ее внутренние демоны. А Бэлла давно привыкла держать их под замком. Нужно будет извинтится перед Адри – подумала она, устало потирая виски – он ни в чем не виноват. Девушка решительно оттолкнулась от двери и направилась переодеваться. Пора было ехать домой. К сыну.====== Все хорошо.... ======
Глава 29
Дома Бэллу встретил веселый визг и плеск. Она нежно улыбнулась, завидев в огромном бассейне Лусию и Даниэля. Они с азартом резвились в воде.
– Дани, ну перестань! – кричала Лу, уворачиваясь от маленьких ножонок, отчаянно молотившим по поверхности бассейна. Малыш верещал от восторга и принимался барахтаться еще резвее, норовя окатить крестную фонтаном брызг. – Не мальчик, а наказание – притворно вздохнула Лу, и, обхватив пухленькое тельце, чмокнула ребенка в шейку. Тот извивался в ее руках, не желая, чтобы его целовали. В нежном возрасте трех лет, уже высказывал недовольство нежностями и хотел во что бы то ни стало быть независимым. Лишь когда с мальчиком приключалась какая-нибудь неприятность, он бросался за подмогой к маме. Даниэль рос резвым, упрямым и ужасно любопытным. Всегда и во всем он должен был настоять на своем. Когда Бэлла бывала дома, то не разлучалась с сыном ни на минуту, взирая на него с гордостью и любовью. – Бэль! – завидев подругу прокричала Лусия – ты дома! А у нас тут маленькая война. Она всеми силами удерживала брыкающегося Даниэля, который, узрев мать, тянул к ней пухлые ручонки. – Мама-мама! – лепетал малыш, блестя улыбкой. – Привет, дорогой! – с нежностью проговорила Бэлла – как вы тут? Как день прошел? Ты не сильно утомил крестную? – Нет, мы плавали – ответил Дани цепляясь за плечи Лусии – Лу учила меня нырять. – Да что ты? – с показным изумлением проговорила Бэлла – это просто здорово! Покажешь мне? Малыш закивал и умоляюще глянул на крестную: – Лу, ну пожалуйста! Еще раз! Для мамы! – Ну хорошо – притворно вздохнула Лусия, озорно поглядывая на Бэллу – но с условием, что ты сразу побежишь переодеваться и пить молоко с печеньем. Чтобы мы не гонялись за тобой. Согласен? – Дааа! – радостно завопил Дани, готовясь к погружению. Малыш не выносил теплого молока. С самого младенческого возраста им буквально приходилось силком вливать в ребенка смесь. Но сейчас, когда он стал постарше и многое стало яснее, домочадцы находили с ним компромиссы. У Лусии получалось ловчее всего. Периодически приезжавшие бабушка с дедушкой слишком баловали внука, позволяя ему то, что никогда бы не разрешила Бэлла. Сама она и Энцо предпочитали вариант «Не встанешь из-за стола, пока я не увижу пустой стакан». И лишь Лу садилась с ребенком за стол переговоров. «Ты мне, а я тебе» в ее исполнении «На ура» воспринималось Даниэлем. И вот сейчас, нырки в бассейне в обмен на печенье с молоком. Лу неподражаема. Бэлла с улыбкой смотрела на лучшую подругу. – Ну-ка, набери побольше воздуха! – приказала она Дани, одерживая его поперек живота. Ребенок тут же послушался и она тут-же погрузила упругое тело малыша в воду, немного подержала там и снова подняла. Дани захлопал огромными, шоколадными глазищами, запыхтел, и тут же разразился хохотом. Бэлла засмеялась вместе с ним. Она смотрела на свое маленькое чудо, и в очередной раз благодарила Бога за его существование. Как же он был похож на Давида! Те же глаза, волосы, губы, та же плутовская улыбка. Ребенок был просто маленьким зеркальным отражением Вильи. Бэлле иногда становилось просто страшно при мысли о том, что в один прекрасный день, по воле судьбы, отец может столкнуться с сыном. Особенно если учесть социальное положение Бэллы, ее постоянное вращение в высшем свете Испании, и контакты Лусии в мире спорта – это было не исключено. До настоящего времени девушкам удавалось скрывать Даниэля от вездесущей прессы. Весь мир знал о существовании у нее сына, но никто никогда его не видел. Бэлла позаботилась об этом. Если бы Давид увидел его, то сразу бы понял все. Никому другому связать их не пришло бы в голову, но Вилья был бы в курсе. В курсе связи Бэллы с известным футболистом, были только Энцо Лусия. Даже родители не знали кто же отец Даниэля. Да и им достаточно было знать, что он подонок. Девушка надеялась, что так и будет в дальнейшем. – Бэль! – перебила ее размышления Лусия – как прошло интервью? – Все отлично! – улыбнулась Бэлла – Адриан был великолепен! Занятный молодой человек. Пытался выудить у меня почему я болею за Барселону, живя в Мадриде. Лу вскнула бровь: – И как? Угадал? Бэлла хмыкнула: – Не в бровь, а в глаз. Но мне кажется, что я отреагировала слишком бурно. Парнишка был немного шокирован моей реакцией. – Ну еще бы! Эта мозоль все еще не отвалилась. Даниэль визжал, и хлопал руками по воде, поднимая столбы брызг. – Еще, Лусия! Я хочу еще!! – Ну, уж нет, молодой человек – строго сказала крестная – у нас была договоренность. Нырок в обмен на молоко с печеньем. Так что – вперед. Тем более ты еще не поздоровался с матерью. С этими словами, она подняла малыша повыше, и поставила на бортик бассейна. Бэлла тут же подхватила мокрого сынишку на руки и чмокнула в раскрасневшуюся щечку: – Здравствуй, радость моя! Мама очень скучала! Даниэль обхватил мать маленькими ручонками за шею, и прижался покрепче. – И я скучал, мам. Ты сегодня дома? Мы сможем поиграть в железную дорогу? Тонкий голосок малыша так и сочился надеждой. Его речь была еще не совсем четкой, но все-же он говорил вполне хорошо для своего возраста. Гордость и нежность снова наполнили сердце Бэллы: – Конечно, дорогой! После того, как ты примешь душ и выпьешь свое молоко, мы сможем до самого ужина играть. Лусия уедет, Энцо дома нет, так что мы с тобой будем предоставлены друг другу. – Вынуждена разочаровать Вас – послышался голос Лусии. Она вылазила из бассейна, на ходу выкручивая длинные, светлые волосы, с которых потоками лилась вода. Ее стройное, загорелое тело блестело в свете солнца. Бэлла с гордостью смотрела на подругу. – Мое интервью сегодня будет дома. Организаторы решили, что я должна провести беседу с моим гостем в неформальной атмосфере, разыгрывая дружеское времяпровождение. Он остановились на именно нашем доме. – Да? – Бэлла смотрела на подругу поверх головки сына – это в принципе не плохо. И для тебя проще, и для программы ново и не избито. Ведь в практике принята или студия ил дом, непосредственно гостя. Кстати, кто в этот раз? – В том то дело, что я не знаю! – с удивлением сказала девушка – в этот раз я должна буду экспериментировать. Я увижу своего героя за полчаса до начала. Его привезут прямо сюда. Подольски лично на этом настоял. Говорит, что я справлюсь, но я даже не знаю с кем придется иметь дело! – Лу – успокаивающе сказала Бэлла – ты профессионал. Во всем, что касается спорта – ты ас. Любой, от Джордана до Томми Фокса знаком тебе, я не говорю уже про наших испанских спортсменов. Все у тебя выйдет. Все равно, кто это будет. Ты справишься. Лусия с благодарностью посмотрела на подругу: – Спасибо, Бэль. Для меня очень важна твоя поддержка, тем более, что касается домашнего интервью. Вам с Дани придется посидеть наверху, чтобы не попасть в камеры. Особенно Даниэлю. – Ничего страшного! Правда, дорогой? – она взглянула в глаза сыну – у нас будет куча дел. Новая железная дорога, привезенная Энцо из прошлой поездки во Францию, до сих пор не распакована. Так что вечер будет занят. Согласен? – она чмокнула сына в носик. Дани широко заулыбался, когда мать стала звонко целовать сына в шею, перемежая все это грозными рыками. Ребенок весело смеялся визжал. Лу, стоявшая рядом, тоже не могла сдержать улыбки, такой заразительный смех был у малыша. – Ну, все! – Бэлла поставила сына на землю, и слегка хлопнула по попе – беги – Ампаро даст тебе молоко. А мы скоро придем. – Я хочу видеть пустой стакан – добавила в след, припустившему к дому малышу Лусия – иначе больше мы с тобой ни о чем не договариваемся! – Считай, что он понял – развела руками Бэлла – выпустив его с рук, мы лишились внимания. Так что, будем надеяться на Ампаро. Ампаро Рибейро – их экономка, была женщиной доброй, но властной. Это единственный человек в доме, которого побаивался Даниэль. Но девушки не встречали женщины добрее. Сухонькая, миниатюрная Эмпи имела грозный взгляд и всегда забранные в строгий пучок волосы. Круглые очки в роговой оправе, придавали ей еще большую солидность. Но, мея девятерых внуков четверых детей, женщина виртуозно умела управляться с норовистыми детьми и, иногда, и их родителями. Лусия и Бэлла тоже находились под ее неусыпным контролем. Экономка следила за их питанием и отдыхом, ворчливым голосом отчитывая за насыщенные трудовые будни и нерегулярный прием пищи. Девушки души не чаяли в Ампаро. – Лу – Бэлла следила, как подруга обматывает вокруг тела огромное махровое полотенце – а во сколько твое интервью? Сколько у меня еще времени, чтобы подняться наверх? – Подольски с гостем должны приехать в 19-00. А эфир назначен на 20-00. У меня будет час, чтобы визуально подготовится. И, если честно, я ума не приложу, зачем эти эксперименты? – Воспринимай это как новый вызов, дорогая – проговорила Бэлла, приобнимая подругу за плечи – это будет твой первый опыт в подобном процессе. Я уверена, что ты справишься. – Спасибо! – Усмехнулась Лу – хотя и некоторый позор, может пойти мне на пользу. – Не говори глупостей! Мы с Дани будем мысленно с тобой! – И, Бэль, у меня будет к тебе просьба – вся Испания знает, что мы подруги, живем в одном доме. Это получило огласку еще во времена твоей работы в «Марке». И сейчас Подольски считает, что мы должны открыть некоторые нюансы миру. Так как мы тут хотим создать непринужденную, дружескую атмосферу приема гостя, то я была бы тебе очень признательна, если бы ты встретила его со мной. Просто поприветствовать в доме и все. Это пойдет на пользу рейтингам. Мне, правда, не удобно просить, но Подольски настаивал. Ты весомая личность на телевидении, а мы можем похвастаться только фото. Бэлла сверкнула улыбкой: – Ты хочешь, чтобы мы встретили твоего гостя, как супружеская пара? Жаль, Энцо не хватает! Он бы оценил комизм ситуации! – Бэль, поверь, мне самой это смешно, но слово начальства – закон! Я бы сама никогда не попросила. – Да успокойся, Лу. Мне ничего не стоит остаться и поприветствовать твоего оппонента. Я так поняла, что помимо вашей беседы, должны иметь место фото для иллюстрации? – Да! Тут проще Вам. «Снято» и готово. А с ними приедет фотограф. Ты не против нескольких фото? – Конечно, нет! Только главное, чтобы в объектив не попал Даниэль. Что касается меня, то можешь смело рассчитывать на всю посильную помощь. – Отлично! Благодарю! И я очень надеюсь, что после того, как все посторонние уберутся из нашего дома, а Даниэль ляжет спать, то мы сможем мирно посидеть на кухне с бокалом вина. Мне катастрофически нужно расслабиться, иначе точно разовьется психоз! – Лу потерла виски. – Отлично придумала! Я сама на пределе! – девушки неспешно шли к дому. Открытые двери стеклянной терассы манили прохладой уютного холла. – Еще и Родригес сегодня мне напомнил о Давиде. Как ножом в ране, ей Богу. Больше трех лет прошло, а я все еще реагирую даже на его имя. – Эх, Бэль! Мне кажется, что восемьдесят лет ты будешь при фамилии Вилья вздрагивать. Он отец твоего ребенка. И первый, кого ты полюбила. По этому твоя реакция предсказуема. Пока не найдется тот, кто, наконец, затронет твое сердце, Давид будет властвовать в нем. А ты сама не стремишься к отношениям. – Не начинай, Лу! Сама все знаю. Но я пока не готова. Когда придет время – все будет. А пока у меня есть Дани и вы с Энцо. Этого достаточно. Если учесть мою работу, то оставшееся от нее время, я могу уделять только сыну. Лусия глубоко вздохнула. Подобные разговоры всегда оканчивались одинаково. Бэлла отмахивалась или замыкалась в себе. Они с Энцо уже отчаялись изменить ситуацию. – Ладно! – проговорила она, пропуская Бэллу внутрь дома – не пристаю. Но у нас меньше 2 часов до приезда гостей. Так что я пошла готовиться, а ты займись ребенком – она шутливо толкнула Бэллу в бок. – Слушаюсь, фюрер! – Бэлла показательно приосанилась. Лу засмеялась и побежала наверх, а Бэлла отправилась на кухню, откуда доносилась восторженная речь сына. Девушка улыбнулась своим мыслям. Все-таки у нее прекрасная семья. А этот вечер она проведет вдвоем с Даниэлем. Сейчас это случалось так редко. Нужно наслаждаться каждой минутой.
====== Взрыв из прошлого ======
Глава 30
Бэлла спустилась в гостиную без десяти минут семь. Лусия, полностью одетая и подготовленная, ждала ее, сидя на мягком кожаном диване. Она нервно комкала край ламинированной рабочей папки:
– Бэль – выдохнула она – а вот и ты! Я очень нервничаю. Уже давно такого не было. С каждой минутой, чем ближе назначенный час, тем сильнее у меня мандражь. – Ну, Лу! Тебе же не первый раз, дорогая. – успокаивающе положила руку на плечо подруге Бэлла – все же как обычно. Ты очаруешь любого! – Бэль –Лусия резко подхватилась и забегала из угла в угол – я даже не знаю с кем мне придется иметь дело. А вдруг это какой-то старик-шахматист, выживший из ума еще в прошлом столетии? О чем я буду говорить с ним? О временах Инквизиции или победах Юрия Алферова в 50-х? – Лусия! А ну прекрати немедленно! – повысила голос Бэлла – ты брала интервью у лучших спортсменов мира! Ты находила общий язык с такими склочниками, как Стоичков, Лаудруп, Дуэйн Джонсон и Робби Лукау! Зачем накручиваешь себя? Все будет просто здорово! Вот посмотришь! Кто бы это ни был. Лусия глубоко вздохнула, и уселась рядом с подругой. По ней было заметно, что девушка пытается взять себя в руки. Бэлла знала, что Лу нервничает перед каждым интервью. Она очень скрупулезно готовиться, и принимает очень близко к сердцу все то, что ей рассказывают. Но сейчас она превзошла саму себя. Что-то было не в порядке, и Бэлла не понимала, что именно. – Лу – осторожно начала она – что происходит? Ты сама не своя. И тут дело не только в этой встрече! Здесь что-то другое. Что? Она выжидающе смотрела на подругу. – Не знаю, Бэлла – проговорила Лу – не знаю. Но у меня какое то абсолютно дурное предчувствие. Не могу сказать что, но точно произойдет неприятное. Вот как пить дать. Мое шестое чувство никогда еще меня не подводило. Бэлла обняла подругу за плечи: – Расслабься, дорогая. Ты справишься. Пока ты не войдешь в норму и не сможешь начать интервью, я буду рядом. Прорвемся! Лусия улыбнулась и благодарно опустила голову на плечо Бэлле. – Спасибо тебе. Я и сама не пойму, что со мной. Но нужно брать себя в руки, иначе Подольски снимет с меня скальп. Бэлла засмеялась и хотела, было уже пошутить на тему специфического главного редактора «Марки», но обе девушки услышали звук подъезжающей к дому машины. – Они здесь! – нервно проговорила Лусия, поднимаясь с дивана и приглаживая тонкую светло-зеленую батистовую юбку – надеюсь, все это только мои дурацкие мысли, и все пройдет на отличном уровне. В первую очередь – я профессионал. А остальное не важно! Верно Бэль? – она оглянулась на подругу. – Конечно! Бэлла тоже поднялась и последовала за Лусией в холл. Ее собственное темно-синее платье-саронг прилипло к ногам от влажной жары. Нервы Лу передались и ей, и она почувствовала, как над верхней губой выступила капелька пота. Ноги в черных кожаных «римках», скользили по сколькому, гранитному полу. Но ради подруги Бэлла должна быть на высоте. С Лусией что то происходило, и она обязана была поддержать ее. – Как я выгляжу? – нервно спросила Лу, когда они достигли входной двери. Девушка судорожно поправила свои длинные, светлые волосы. Бэлла критически осмотрела ее. Светло-зеленая юбка до колен обтягивала стройную, точеную фигурку. Строгая, но полупрозрачная блузка фисташкового цвета, выглядела скромно, но в то же время, чарующе. Закругленный, отороченный чуть более темной лентой, вырез, таинственно приоткрывал ложбинку между грудями. Кремовые туфли-лодочки делали девушку визуально выше и еще стройнее. Огромные, голубые глаза, бледная кожа, цвета слоновой кости, и крупные алые губки придавал ей вид отошедшей от дел модели. Но Бэлла знала, что за внешностью милой Барби, скрывается острый ум и недюженная деловая хватка. Лусия была великолепна! – Ты неподражаема! – проговорила Бэлла, ободряюще улыбнувшись – будь собой и все получится. Лусия глубоко вздохнула, и тут же раздался стук в дверь. Девушки выждали необходимую паузу. Бэлла встала за дверями, и Лу распахнула их. – Здравствуйте, сеньор Подольски! – жизнерадостно проговорила она – я рада видеть Вас. – Добрый вечер, Лусия – раздался густой бас – ты потрясающе выглядишь. Бэлла не видела шефа подруги, а лишь слышала его голос. Стоя за спиной Лу, она ждала, пока они войдут в дом. – Я должен поблагодарить тебя за согласие провести интервью дома. – Совершенно не за что. – сказала Лусия – но а где же мой гость? – Он тут – проговорил Подольски – прошу Вас. Бэлла с удивлением смотрела, как глаза Лусии становиться размером с блюдца, а лицо покрывается мертвенной бледностью. Она стала медленно отступать в глубь дома, а выглядела так, словно увидела призрака. Бэлла забеспокоилась. Да кто же там? Но тут Подольски увидел ее: – Сеньорита Маматова! – воскликнул он – я очень рад видеть Вас. Как всегда, Выглядите очаровательно – он взял ее руку, и поднес к губам. – Спасибо, сеньор Подольски – вежливо ответила Бэлла – мы очень рады приветствовать Вас в нашем доме! Она перевела взгляд на Лусию, которая все еще пялилась в дверной проем с видом приговоренного к смерти. Бэлла сделала шаг вперед, чтобы, наконец, увидеть, что же так поразило Лусию, и застыла. Только сейчас она заметила, что чуть поодаль стоит еще один человек, поразительно похожий на….. О Боже! – Сеньориты – обратился к ним Подольски – я хочу представить Вам гостя нашей редакции…. Сердце отчаянно колотилось в груди. Бэлла была уверена, что стала одного цвета с Лусией, и выражение их лиц было идентичным. Теперь она поняла, почему подруга так смотрела на дверь. Она фактически не слышала слов Подольски. – Это Давид Вилья – как сквозь вату донеслось до нее – Познакомитесь, Давид. Это Лусия Серванте, наш репортер, и ее подруга, Бэлла Маматова. Казалось, сердце разорвется на мелкие кусочки, забрызгав кровью Вселенную. Мир рассыпался, потом возник вновь, сжавшись до размеров крохотной сферы, где могли разместиться лишь двое — он и она. Как близко стояли они друг от друга! Она видела его, слышала, чувствовала его запах, а при желании могла даже… прикоснуться к нему. Лусия первая оправилась от шока и неуверенно пожала руку Давида: – Добро пожаловать, сеньор Вилья – хрипло проговорила она – рада приветствовать Вас. Давид кивнул ей с улыбкой, повернулся к Бэлле. Его рука протянулась навстречу ей.