Чтение онлайн

– У меня вопрос, – я сглотнула, – а почему именно капитан команды? Было бы разумнее поставить меня в пару с Мэддоксом, разве нет?

Перечить решению тренера Серрано – это либо очень смелый, либо очень глупый поступок, но в связи с тем, что я не была в восторге от Шервуда, я хотела попробовать работать с Робином.

Мужчина заморгал, открыв рот.

– Робин… своеобразный парень. С ним тяжело найти общий язык.

– Ах, этот славный мальчишка, – мистер Мартин улыбнулся еще шире, от чего в уголках его глаз образовались морщины, – такой хороший. Такой талантливый. Жаль, что судьба оказалась слишком жестокой к нему. Вот ведь несправедливость, да?..

Мы вместе с тренером

оказались застигнутые врасплох. Историю этого «хорошего» мальчика знал чуть ли не каждый студент, невольно оказавшийся зрителем падения будущей спортивной звезды, но обсуждать это сейчас здесь было верхом моей наглости. Поэтому, я опять просто кивнула, и тренер Серрано сделал то же самое.

– Может, у меня все-таки получится? – продолжила я наш разговор.

Вот настолько я не хотела оказываться загнанной в клетку с Карлайлом Шервудом, который вытряс из меня все силы за час своего присутствия на радиостанции. У этого парня в кармане имелся купон на безлимитное раздражение Бэмби Харпер.

Тренер уклончиво ответил:

– Можешь попробовать.

Отлично.

Когда Хампти-Дампти спустя десять минут поставил окончательную точку в своем длинном рассказе о том, как сильно нам повезло оказаться под раздачей билетов на щедрый аттракцион национального канала, я поднялась со своего места, переваривая поступившую информацию в мозг. Шок всё ещё преследовал меня, но уже не в той степени, как час назад, когда с этим заявлением на пороге радиостанции появился Шервуд.

Если говорить тезисно, то можно было выделить две основные мысли: мне очень крупно повезло оказаться выбранной тренером, и они сделают всё для того, чтобы именно я стала вторым комментатором. Меня пугала их настойчивость, но мне ещё никогда так активно не пытались пропихнуть две тысячи долларов.

– Когда будет подписываться контракт? – спросила я.

– После предсезонных игр, – откинувшись на спинку дивана, ответил секретарь, протирая платком запотевший лоб, – это прекрасная возможность. В наше время таких предложений никогда не поступало. Мы работали на износ, чтобы получить хотя бы каплю внимания…

И пока секретарь не начал ещё одну лекцию о своей нелегкой молодости, я перебила его словами, что уже совсем поздно, и мне необходимо возвращаться в сестринство. Он с легкостью отпустил меня, обложив порцией хвалебных слов и пожеланий удачи. Попрощавшись с ним и молчаливым тренером, я прошла к выходу, но, когда я обхватила стальную ручку двери, я на секунду застыла, оборачиваясь.

– Мистер Мартин?

Мужчина тяжело перевёл дыхание, смотря на меня, и часто заморгал.

– Да, мисс Харпер?

– Может, – я переминулась с ноги на ногу, – мы сможем расширить радиостанцию?

Да. Грёбанная зависть к футболистам и их мощной программе поддержки победила мою застенчивую натуру.

На лице секретаря появился потерянный вид. Конечно, ведь ему не было никакого дела до остальных секторов университета, кроме спортивного.

– Думаю, – протянул он, – да. Сможем.

– Обещаете?

Он замолчал на несколько секунд, затем, громко выдохнув, добавил:

– Обещаю.

Бэмби

Мама по ту сторону экрана нарезала рукколу для салата и кричала на испанском куда-то себе за спину, призывая отца и брата спуститься вниз и перекусить. Я слабо рассмеялась с её пылкой речи, пока выходила с территории кампуса и прощалась с однокурсниками, шедшими заниматься в библиотеку перед предстоящим проектом по философии. Мне бы лучше пойти с ними, но на сегодняшний

день у меня были планы другого характера, да и с вероятностью в девяносто девять процентов я бы выключилась через двадцать минут после захода в мертвецки тихую библиотеку – таково воздействие философии.

– Итан в последнее время будто с катушек слетел, – пробормотала мама себе под нос, глядя на меня через экран, – просыпается в половину пятого утра и начинает драить весь дом.

Я хмыкнула.

Итан был старше меня на шесть лет и большую часть своей жизни вел себя, как заносчивый кретин, что вполне нормально для старшего брата. До моего поступления в Сейбрук его заботили только три вещи – футбол, девушки и моя личная жизнь, а точнее её отсутствие. В школе он был до жути противным старшеклассником, которого лелеяли все, вплоть до администрации, и звали на все крутые тусовки. И существовала я, младшая сестра популярного парня. Он делал все возможное, чтобы держать меня подальше от проблем, но под последним подразумевался весь мужской пол, где исключением являлись только он и отец.

– Переживает, – сказала я маме, вспоминая тот период, когда Итан нашел себе достойное отвлечение – девушку. Одну единственную.

С Мерил брат познакомился в Сейбруке. Да, династия Харперов, обучающихся в этом университете, ни разу не оборвалась. Его будущая девушка училась на том же факультете, что и Итан, и один совместный проект объединил их не только в учебном плане, но и переплел их жизни между собой. Она для него стала той самой, ради которой можно было отказаться от своих привычек. Доказательством тому служило его предложение руки и сердца, сделанное на берегу Майами-Бич перед плескающимися волнами залива Бискейн и под ревущей толпой туристов.

– Твой отец переживал не меньше, – мама тяжело вздохнула, – он волновался каждый божий день до помолвки, хотя переживать должна была я.

– Я бы тоже беспокоилась перед собственной свадьбой, – я многозначительно взглянула через экран на темноволосую женщину с карими глазами, чьей точной копией являлся Итан, и улыбнулась.

Учебный год начался совсем недавно – прошло всего полтора месяца с каникул, но и этого времени было достаточно, чтобы я успела соскучиться по семье. Тем более, мне было грустно от того, что при подготовке к такому знаменательному дню, как свадьба старшего брата, я находилась вдали от них.

– Доживем мы до твоей свадьбы? – мама прекратила движения, упираясь в столешницу и внимательно глядя мне в глаза. – Я в этом возрасте уже, знаешь…

Прекрасно знала.

В двадцать один год мама уже встретила отца, они влюбились в друг друга под оранжевым закатом солнечного Финикса и поклялись в верности до скончания жизней, пошли наперекор всем неугодным мнениям и теперь жили душа в душу. От таких рассказов иногда начинало тошнить, но благодаря родителям я узнала, что такое настоящая любовь и её существование.

У всех в семье Харпер были счастливые отношения. Я замыкала нашу родословную и имела на горизонте ровным счетом ни-фи-га. Весь мой опыт заканчивался на выпускном балу, где симпатичный парень признался мне в любви, а потом засунул свой язык мне в рот, запечатав в истории самый неловкий поцелуй своими слюнями. После – мы разъехались по разным городам, даже не попытавшись поддерживать связь.

– Мама, – я поджала губы, – я ещё совсем молода.

– Вот именно, – она убрала прочь посуду и взяла телефон в руки, приближая свое лицо, – молодость на то и дана – чтобы веселиться, быть беззаботной и встречаться с мальчиками. А ты уткнулась в свои книги в радиостанции и не вылезаешь оттуда.