Респаун
Шрифт:
Оказавшись на работе, он очень долго просидел, гипнотизируя пустующее рабочее место Кристины, пока ему не сделали замечание, после этого он сымитировал рабочую обстановку. А мысли его судорожно метались от одного варианта развития событий к другому и чем дальше, тем хуже. Больше всего он боялся, что Кристина мертва. Да, да! Настолько все плохо. Ее муж, наполовину азербайджанец, наполовину русский, придерживался очень строгих взглядов насчет всех этих измен. Кирилл и Кристина ни раз над этим подшучивали и хихикали, вспоминая слова, которые он ей тогда произнес, вбивая каждое из них в крышку кухонного стола, с истинно кавказским акцентом. У нее неплохо получалось его передразнивать.
Он угрожал убить обоих.
За
Как же он так умудрился ее подставить?
Кирилл не звонил ей и не писал смс — боялся усугубить, но все же продолжал изматывать себя мыслями и догадками. Время близилось к обеду, а Кристины так и не было, остальные девушки офиса тоже как-то засуетились. Кирилл понял, что именно они сейчас главные его информаторы, по части исчезновения его любовницы. Из их бесед он выудил лишь то, что Кристина не отвечает на телефон, хотя тот и включен. Может быть, с ней что-то случилось?
«Может быть»?! С ней однозначно что-то случилось!
Ему хотелось от них потребовать, что бы они немедленно начали расследование, но боялся спалиться, типа: «и чегой-то он так о ней печется?», и всякая подобная чушь.
Исчезновение Кристины хоть и не прошло незамеченным, но никакого живого интереса, среди мужской части коллектива, конечно же, не было. Что еще больше разозлило Кирилла, хотя он и понимал, что это глупо — кто она для них? Замужняя женщина с ребенком не пришла на работу — ну и что? Велика потеря, для них она со своим довеском не представляла никакого интереса. Вот если бы Екатерина так поступила — было бы больше слов, ее бюст четвертого размера не давал покоя, а мужа и ребенка у нее не было — что, несомненно, плюс. Учитывая все это — обеденный сеанс Counter Strike никто не отменял.
Конечно же, Кирилл отказался. Удивлению остальных не было предела, столько насмешек и подначек над собой он не слышал уже давно, хотя он и понимал, что это добрые шутки, ему хотелось подскочить с места, рывком выдернуть меч из ножен и вырезать им улыбки с их уст. Но он держался.
В конце концов, они начали без него, а он, наплевав на все, решил пойти выкурить сигарету, стрельнув по дороге ее у Виктора. Выйдя на лестничную площадку, он прикурил, затянулся, выдохнул. Как же давно он не курил? Год или два? Мысли путались. Собираясь сделать вторую тягу, он подпрыгнул на месте от испуга — сотовый его издал сигнал о приходе сообщения. Тысячу мыслей пронеслось у него в голове, прежде чем он достал сотовый и посмотрел, что там.
Адрес, корпус, блок и номер палаты.
«Приходи, проведай. Кристина»
***
Ему повезло, что верхнюю одежду не надо было сдавать гардеробщице, а вешать ее самому, в какую-то убогую и дальнюю подсобку (естественно под присмотром какой-то бабульки), иначе кто-нибудь мог заметить ножны из-под его самурайского меча.
Накинув выдаваемый при входе белый халат, и напялив на ноги резиновые тапочки для посетителей, он вошел в двери палатных покоев. Длинный коридор, наверное, на всю длину здания, справа и слева палаты, с застекленными, но непрозрачными дверьми. Ему нужна седьмая. Кристина Насибова именно там — так ему сказала вахтерша, и он не думал, что она обманывает его — пятитысячная купюра, вложенная в паспорт Кирилла в качестве пропуска, послужила этому гарантом. Возможно, он и переплатил, но ему было на это наплевать, деньги у него водились, у него даже был свой личный запас на одном из счетов СБЕРБАНКА. Скромные двести пятьдесят тысяч.
Вот и седьмая.
Он, особо не размышляя, повернул ручку двери и вошел внутрь.
Кристина лежала на самой первой от двери койке и вроде как спала, поэтому он не сразу ее нашел, начав осмотр шестиместной палаты с самого дальнего угла. В помещении находилось еще двое пациентов,
но, кажется, и они тоже отдыхали. Кирилл подошел поближе и уселся на стул, стоящий рядом.— Кристина — выдавил он срывающимся и скрипучим голосом — это я, Кирилл. Ты слышишь меня?
Она не ответила. Ее вздувшиеся посиневшие губы, разбитые в кровь, огромные синяки под обоими глазами и поведенная левая бровь никак не сочетались с образом милой любовницы Кристины. Острое чувство вины укололо его вновь, будто кто-то весело и с задором втыкает в его сердце иголки.
— Кристина, что случилось? Это сделал муж? — снова молчание, глаза закрыты, будто спит. Но она не спала, Кирилл чувствовал это, к тому же у него было не так уж много времени в запасе, мог вернуться ее муж и будет совсем весело. Тут он вспомнил что с номера Кристины ему посылали смс, а глядя на ее состояние можно с точностью до ста процентов утверждать, что она на такое в данной сложившейся обстановке не способна. «Хитрый ублюдок» — подумалось Кириллу. «А я придурок…»
— Кристина, прости, я не знал, что до этого дойдет… Я не понимаю вообще, что случилось, я думал, что ты попала сюда из-за меня… теперь вижу, что… что это не так. Я… не знаю, что сказать и… что делать. Может быть, мне стоит с ним поговорить или…
Тут он заметил, что из ее левого глаза скатилась по щеке одинокая слеза, а губы шевелятся, он прислушался:
— … убьет. Он тебя убьет. Он тебя убьет. Он… — повторяла она, словно шепча заклинание. И тут же зазвонил сотовый, от неожиданности Кирилл подпрыгнул на стуле. Вынув из кармана телефон, он хотел было отключить его, но прежде глянул на номер. «Твою мать!» — выругался он про себя.
Номер Кристины.
Телефон продолжал звонить, наращивая децибелы, из динамиков с хрипотцой вылетали звуки, а Кирилл продолжал смотреть в монитор, его сковала нерешительность. Он знал, что это ее муж. Что этот ублюдок собирается ему сказать? Угрозы?
«Он тебя убьет. Он тебя убьет. Он тебя убьет. Он тебя убьет.»
— Алло. — сказал он твердым голосом, одновременно поднимаясь со стула и делая шаг в направлении к двери.
— Не ждал, урод? Ты идиот, думал, что я так ничего и не прознаю? Эта шалава мне все рассказала, после моего ночного звоночка тебе. Призналась, как миленькая. — голос на том конце связи исходил будто из глубины некой черноты, такую картину рисовало воображение Кирилла — Ты попался на удочку, пришел по первому зову своей ненаглядной. Ха-ха. А я заодно и узнал, как ты выглядишь. Не знаю только, как тебя зовут, скотина, в телефоне ты у нее значишься как Кира. Может, представишься перед смертью?
— Иди в жопу! — сказал Кирилл, с чувством, выйдя в коридор.
— О, да в этом ты у нас просто спец. Как думаешь, если баба пришла домой с порванным очком, вся в соплях и слезах, а муж к этому не причастен, что тогда нужно думать? Молчишь, скот? — Прогремел его голос в динамик сотового. Кирилл попытался представить случившееся: после того как он изнасиловал Кристину, она пошла домой. Само собой. Видимо она была в таком подавленном состоянии, что муж это заметил и принялся расспрашивать, а нервишки, наверное, не выдержали, вот он и заподозрил неладное. Об остальном стоит только догадываться. Возможно, не будь дома мужа, Кристина все бы успешно скрыла это в себе, пережив это все у себя в душе, но он ведь как назло в тот день не работал и околачивался дома.
— Я убью тебя — вещал доброжелательным голосом Джелаль Насибов, — а потом прикончу и ее.
— Ты закончил? — бесцветным тоном спросил Кирилл.
— Я вырву твое сердце и засуну ей… — Кирилл положил трубку, не намереваясь выслушивать бессмысленные угрозы в свой адрес. И так ясно, что муженек от него не отстанет, и либо помрет сам, либо добьется своего, первый вариант устраивал Кирилла гораздо больше.
Телефон снова тревожно заиграл у него в руках, он глянул на абонента и тут же сбросил вызов.