Реквием
Шрифт:
Бедная Шарлотта! Она была ему хорошей женой, да, хорошей женой! Гарриман был уверен, — умирая, она горевала только о том, что не сможет больше заботиться о нем. Не ее вина, что она не могла понять его сокровенных желаний.
Чарли повернул койку так, чтобы Гарриман мог видеть обратную сторону Луны.
Знакомые по тысячам
Сел он довольно успешно, если учесть, что не видел площадки и у него не было второго пилота, чтобы следить за радаром. Он изо всех сил старался сесть как можно мягче, но при этом промахнулся миль на тридцать и угодил на камни.
Когда они сели и положили ракету, в рубку вошел Чарли.
— Как наш пассажир? — спросил Мак.
— Сейчас посмотрю, хоть и не смогу ничем помочь. Посадка была паршивая, Мак.
— Черт тебя подери, я сделал все, что мог.
— Да, я знаю, шкипер. Забудь об этом.
А Гарриман был жив и в полном порядке, вот только из носа у него текла кровь, и губы были обметаны кровавой пеной. Он даже попытался сам слезть с койки, но не смог. Макинтайр и Чарли помогли ему.
— Где скафандры? — были его первые слова.
— Спокойно, мистер Гарриман. Сейчас вы не сможете выйти. Мы должны оказать вам хотя бы первую помощь.
— Дайте мне скафандр! Первая помощь подождет.
Они молча выполнили приказ. Левая нога Гарримана бездействовала, и они помогли ему добраться до шлюза, поддерживая под руки. Это было легко — на Луне он весил не более двенадцати фунтов. Метрах в пятидесяти от корабля они нашли удобное место и положили его там, подложив под голову кусок вулканического шлака.
Макинтайр прислонил свой шлем к
шлему Гарримана и сказал:— Мы покинем вас — надо подготовиться к походу в город. Он совсем рядом, милях в сорока. Вот вам запасные баллоны, пища и вода. Мы скоро вернемся.
Гарриман молча кивнул, не произнося ни слова, и только на удивление крепко пожал им руки.
Он лежал очень тихо, положив руки вдоль тела и глядя на Землю, всем телом ощущая чудесный свет. Через некоторое время сердце его успокоилось, и переломы больше не причиняли боли. Он был там, куда стремился — он добился своего. На западном горизонте поднималась, словно сине-зеленая Луна, Земля в последней четверти. Солнце стояло над головой, сияя среди черного звездного неба. А под ним была Луна, настоящая Луна. Он был на Луне!
Он лежал, ощущая, как счастье захлестывает его, пропитывая тело до мозга костей.
На мгновение он отвлекся и подумал, что прославил свое имя. «Глупый, — сказал он себе тут же, — ты состарился, вот и лезет в голову всякая чушь».
Вернувшись в рубку, Чарли и Мак сбросили ранцы.
— Ну вот и все, — сказал Мак. — Мы должны забрать шефа.
— Я принесу его, — ответил Чарли. — Возьму его на руки и принесу. Он почти ничего не весит.
Чарли отсутствовал гораздо дольше, чем ожидал Макинтайр, но вернулся один. Мак закрыл за ним дверь шлюза и снял шлем.
— В чем дело?
— Все, шкипер. Нам здесь больше нечего делать. Я знаю, шеф хотел, чтобы так и вышло. Я сделал все, что нужно.
Макинтайр молча достал лыжи — на них передвигались по лунной пыли. Чарли достал свои, и они вышли из корабля.
Шлюз они закрывать не стали.