Чтение онлайн

— Ты сказал Лакхезисам? Не одному? Почему?

Феликс кивнул в сторону толпы, окружившей виновников торжества.

— Виви, точнее, Вивьен — она сестра Кристиана.

Меня не должно было это удивить, но губы сами приоткрылись в немом шоке.

— Вот это поворот, — прошептала Соня, а затем слегка прокашлялась и продолжила в полный голос. — Это многое объясняет. Почему она держится подле него и всё такое.

— Здесь где-то должен быть и Люсьен — его брат, но я его не видел. Наверняка опять прячется за фасадом. Кристиан доверят только им. Ну, после истории с

Себастианом.

После его слов воцарилась небольшая пауза. Так всегда бывает, когда люди вслух говорят о чьей-то смерти. Мне ли этого не знать.

Интересно, кто не стал бы чудовищем, после убийства твоего родного человека? Сама потеря — это огромный комок боли, отчаяния и бесконечного одиночества. Это ужасно, даже когда люди покидают нас сами, как моя мама. Но что же происходит с людьми, у которых насильно отнимают близких?

— Знаете, не думала, что это скажу, — с моих губ сорвался тяжелый вздох — но я даже сочувствую Кристиану.

— Это всё равно не оправдывает его поведения, — остудила меня Соня.

Я резко повернулась в сторону подруги. На языке вертелось множество возражений, но я не осмелилась высказать ни одно из них. Соня была очень рассержена. Я не припомню, что когда-либо видела у неё такие сильные эмоции.

— Работая в больнице, — решила пояснить она — я встретила столько ужасных случаев. Ты даже не представляешь, сколько людей «сами» напарывают на ножи, ломают «случайно» пальцы, разбивают носы в мясо. Всё это происходит из-за таких вот монстров, порождающих криминал на наших улицах. Просто потому, что им хочется развлечься. И упомянутая Феликсом дюжина спасательных служб лишнее тому доказательство.

— Возможно, Феликс прав, и нам не стоило приезжать сюда сегодня, — тихо произнесла я. — Но я не жалею о том, что мы здесь и даже рада, что ты с нами, — последние слова предназначались Соне.

— Содеянного не воротишь, — подала плечами она. — Надеюсь, моя помощь здесь не понадобится.

— А вот в этом я не уверен, — заметно напрягся Феликс.

Он даже привстал, чтобы лучше видеть.

Мы дружно повернули головы в сторону воды, там, вдалеке к небу вздымались густые клубы дыма.

— Ты же не можешь знать наверняка от кого это.

— Не могу, хотя вряд ли это Алек. Он не позволил бы поймать себя в ловушку.

Мы продолжали вглядываться в горизонт, ожидая вестей. Но их не было и не было… После десяти минут тягостного молчания, я не выдержала.

— Расскажи что-нибудь еще про гонки, как проходят другие этапы?

В этот раз друг не сопротивлялся. Может, он посчитал это бессмысленным, а может, сам хотел отвлечься от долгого ожидания. По словам Феликса — два последних этапа должны пройти очень быстро. Третий — воздух, займёт не более двадцати минут, а последний — огонь — не более пяти. Когда он описывал трассу «Огня», Мила тяжело задышала.

— Я тебе не верю, — прошептала она. — Это какой-то бред.

— Я уже говорил, что мне нет смысла врать. Ты сама хотела правду.

— Если они и вправду затеяли подобное, то нужно срочно вызвать полицию. Это не шутка! Люди могут пострадать.

На слове «полиция» Феликс испуганно уставился

на неё.

— Даже не думай! Ты будешь первой же, кого они повяжут. Змеи не просто шайка беспризорников — они влиятельные люди. Я не удивлюсь, если прямо сейчас кто-то стряпает для них алиби.

— Но нельзя же так просто закрывать глаза на…

Подруга не успела договорить, как Феликс встряхнул её за плечи. Почти так же, как она поступила с ним несколько минут назад.

— Мила! Возьми себя в руки! Эти гонки проводятся не первый год и, насколько я знаю, пока никто не умер. Да, были тяжёлые случаи, но их жертвы получали более чем щедрую компенсацию за молчание. И не забывай: люди сами соглашаются на участие.

— И они все знают, что их ждёт? — попыталась применить последний аргумент Мила.

— Думаю, они знают столько, сколько им нужно знать.

К счастью, на горизонте показался свет первых фар, что отвлекло друзей от столь разгоряченного спора. Я не знала, как вести себя. С одной стороны хотелось поддержать и успокоить Милу, а с другой — утешить Феликса. Было очевидно, что все эти расспросы не доставляли ему удовольствия. И он явно не врал, говоря о том, что жалеет, что привёз нас сюда.

— Я не вижу Алека, — взволнованно прошептала Мила.

Феликс с нежностью взглянул на неё.

— Не волнуйся, в этом состоит план, — тихо, даже ласково пояснил друг.

Мои брови слегка приподнялись. Поразительно, как быстро они оба успокоились. Словно и не было никаких дебатов.

К границе финиша на огромной скорости приближались три мотоцикла. Они неслись в опасной близости от края и друг от друга, шли практически нос в нос. Это до чёртиков пугало, но и…завораживало. Три опасные машины, скользящие по дороге, словно ветер. Их лёгкая подсветка красиво выделялась на фоне сияющей водной глади. Рёв мотора нарастал, и чем громче он становился, тем сильнее закипала кровь. Ни один из гонщиков не хотел уступать, а тем временем, вместе с финишем, приближалась и последняя машина спасателей.

— Они ведь не пройдут! — вздохнула Соня.

— Да, среднему придётся сбавить скорость, смотри, как правый его не пускает, — пояснил Феликс.

— Какая вообще разница, кто придёт первым, если они все пройдут в следующий этап?

Это был очень правильный вопрос. Очень логичный. Но если ты хоть раз соревновался с кем-то, ты знаешь: что разница есть.

— Это всё равно соревнование, — тихо ответила я. — Они хотят проверить свои силы, кто из них на самом деле способен победить. Это проба следующего этапа и, даже, финала.

— К тому же, это возможность потрепать и напугать соперника, — добавил Феликс.

— Это принцип. Борьба. Испытание силы воли, — я говорила уверенно, так как знала всё это не понаслышке.

— Это детский сад, — покачала головой Соня. — Не любая игра стоит свеч.

Я пожала плечами и перевела взгляд на гонщиков. Они продолжали нестись совсем рядом. Вдалеке показались еще несколько мотоциклов, но мы не могли отвести глаз от первой тройки.

— Они не сбавляют скорость.

— Не сбавляют, — напряженно заметил Феликс.