Чтение онлайн

Обедали все у Саркиса.

Я своих девчат от Зорана привез несколько в пьяненьком состоянии. Конечно, под кондиционером в фотостудии сливовая ракия пьется, как вода, но зато потом, когда на солнышко выйдешь... Да ещё на такое злое, как здесь. Мдя...

Сержант своих подопечных тоже вовремя представил.

Опоздала на обед только Роза, которая, по словам девчат, вместо предсвадебного шопинга под охраной целого стаф-сержант-майора, напросилась на дополнительные занятия к Профу, когда за ними приехал Доннерман.

И, действительно,

Розу привезли почти вовремя - обед ещё не закончился, и я ещё икру пока метать не начал. На какой-то сузукообразной барбухайке с мятым задом и без передних крыльев.

Судя по её сияющей морденции, и походке вприпрыжку, она таки трахнула профессора. Зуб даю. Возможно даже с особой дерзостью и цинизмом на рабочем месте радиста.

Всё. Срочно бечь из города, как можно быстрее. Пока не началось...

После обеда личному составу было объявлено личное время. А также упаковка ненужных на ближайшее время вещей. Подготовка походного снаряжения. Боевая раскраска к свадьбам и прочие ништяки.

Всё равно билловы плотники своими молотками никому нормально отдохнуть не дадут.

Однако зря я на плотников гоню. Помост для церемонии бракосочетания на заднем дворе растет быстро и качественно. Прямо стахановскими методами.

Осталась около меня только Ингеборге.

– Пойдем, Жор, я тебе отчет о готовности к путешествию представлю.

Бросил бычок на гравий.

Притоптал.

И устало промолвил.

– Только без секса.

Ингеборге рассмеялась серебряными колокольчиками.

– Можно и без секса. Только голову тебе сегодня побрить не мешает. Праздник же, а ты, как с зоны откинулся.

Я провел рукой по ёжику на затылке.

– Ты права. Не мешает...И пиджак от "Брионии" погладить, тоже не мешает.

– Поглажу, - согласилась Ингеборге, - Всё поглажу.

Но сразу заняться отрядными делами не удалось. Неожиданно примчался Зоран, треща большим трехколёсным мотоциклом, и потрясая пачкой фотографий. И мы с Ингеборге потратили некоторое время на их отбор. Всё же надо выбрать одну из десятка, как минимум, у каждой модели. Предварительный отбор снимков Зоран уже провёл сам.

По ходу обсуждений щепетильный сербохорват попытался разделить доходы от календаря между нами поровну, но я его уболтал оставить всё, как есть, выторговав себе привилегию на будущее: мне любая фотка из его ателье будет стоить всегда сто экю. И фунтовую баночку мёда в каждый мой приезд в Порто-Франко.

Неожиданно выяснили, почему он оказался на Новой Земле.

– Понимаешь, Жора, раньше наш бизнес в Милане обкладывала поборами одна сицилийская семья. Но всё было довольно патриархально. Платили импресарио, а исполнители были не при делах, как не ведущие бизнес. И могли за всю жизнь вообще ни разу не столкнуться с мафиозо.

Зоран разволновался и стал "разговаривать руками", как самый заправский итальянец.

– Потом в город пробилась бригада Ндрангеты из Козенцы, и потеснила мафию. А у калабрийцев нет вековых криминальных традиций, и вообще старых людей нет. Средний возраст "торпеды" там - пятнадцать лет! Отморозки безбашенные. Они даже по-итальянски плохо говорят, всё больше бормочут на своем греканико. Образования - ноль, культура ублюдочная, а самомнения, как у древнеримских патрициев.

Им потолок - коз своих трахать на луканских холмах, а они в столицу мировой моды припёрлись порядки устанавливать. К тому же жадные. Мало им показалось крышевать только импресарио, они захотели стричь всех подряд. В том числе и меня. Я же сделал ошибку, когда послал их к импресарио - решать вопросы с ним. Меня тут же сильно избили. Переломали аппаратуру в студии и поставили меня на счетчик, по которому каждую неделю сумма моего "долга" им удваивалась. К чему я тоже отнесся легкомысленно. В общем, совсем случайно, когда я уже почти простился с белым светом, я встретил вербовщика Ордена. И, не раздумывая, удрал сюда. Жизнь спас, но какая тут жизнь. Безопасно, почти сытно, но провинция она и есть провинция. Нет тут ни блеска, ни культурной жизни.

– Думаю в Нью-Рино твой бизнес шел бы веселее, - заметил я.

– Хватит с меня мафии, - рубанул Зоран.

Собрал фотографии и, треща мотором, отчалил в типографию. Доделывать календарь. Завтра заказ должен быть готов. Таково моё условие было.

Ингеборге, правда, свои забракованные фотки заначила.

С 20:00 на "Арарате" появилась табличка на четырёх языках "Извините. Ресторан закрыт на спецобслуживание", что совсем не отразилось на состоянии Саркиса. Он всё шуршал, как электровеник, по всему мотелю с сумасшедшими глазами, пытаясь руководить всеми одновременно. И только приехавший с русской Базы Арам смог его, хоть как-то, осадить и заставить шуршать вместо него венгерок.

Тут и мы нарисовались.

Ингеборге действительно меня не домогалась, пока речь шла об отрядных делах, но когда она стала меня брить в ванной, тут всё и началось, после качественного бритья, слава Богу.

Нельзя так прижиматься к моей спине разными выпуклостями, да ещё из-под мышки руками внизу теребунькать, одновременно ухо вылизывая.

Так-то вот. Зарекался кувшин по воду ходить.

Всё успела Ингеборге погладить. И меня. И мои вещи.

И даже поспать дала полтора часика до вечера. А вечер был уже посвящен свадьбе. Точнее - свадьбам.

Я был свеж и готов к подвигам.

В Москве, той староземельной, я бы тоже не пожалел 200 евро в час. Стоит Инга того.

Сама церемония была по русским меркам, (не говоря уж об армянских), весьма скромной, и проходила на заднем дворе магазина. Там, где когда-то... Боже мой, несколько дней всего прошло, а я уже говорю: "когда-то". Где когда-то мои девочки под руководством Билла чистили свои новые американские винтовки.

Гостей было человек сорок, включая и нашу дюжину.

Несколько человек армян.

Братья буры в белых чистых, но не глаженых рубашках.

Остальные все - прихожане местной методистской церкви, у которой был скромный молельный домик на Шестой улице и большой участок под застройку на берегу океана. Пустой пока.

Сорок, это, если не считать нарядно одетых вездесущих детей разного возраста, которым приготовили отдельный безалкогольный стол в ресторане.

И Зоран. Но он не гость на этой свадьбе, а обслуживающий персонал - фотограф.