Путь к моей судьбе
Шрифт:
Так что да, Шейт был самым лучшим вариантом на роль главного — и все это понимали и принимали. Кроме Лейтана, который раз за разом пытался задеть его.
— А что Лейтан? Разве я не прав? Шейт так все легко расписывает, что складывается ощущение, что мы отправляемся не на задание, а на увеселительную прогулку. А нас посылают к прорыву! Слышите? К прорыву! Вам напомнить, сколько времени ушло на закрытие последнего прорыва? Почти год! А какие были потери при этом? А? Где вообще гарантия, что мы все вернемся оттуда живыми?
— Лейтан, а что ты хочешь от меня? Чего ты желаешь услышать? Мы поступали в Академию именно за этим — за тем, чтобы выполнять
— Хватит, — резко сказала я, — довольно. С ума оба сошли? Нам только ваших разборок не хватает для полного счастья сейчас.
— Мелкий, — угрожающе прорычал Лейтан.
— Я. Сказал. Хватит, — четко произнесла я, глядя парню прямо в глаза.
И сейчас мне даже не мешала разница в росте — в такие моменты я ее и не замечала.
Иногда на меня накатывало… нечто. Сила, до этого находившаяся в состоянии полудремы, будто вскипала и грозилась вырваться наружу. Парни говорили, что в такие моменты мои глаза начинали сиять серебром. А еще в эти мгновения им становилось по-настоящему жутко. При том они и сами не понимали почему.
Вот и сейчас эти разборки уровня песочницы в детском саду меня просто вывели из себя. Нам сейчас нужно было отправляться на сложное задание, времени на сборы практически не оставалось, а эти двое вцепились друг в друга, как кошаки.
Я понимаю, что они так порой сбрасывают стресс, стараются переключиться на другое, но все это не должно переходить допустимые границы.
— Эй, Андр, успокойся, — мягко произнес Айсен, положив мне руку на плечо, — это того не стоит. Ребят, у нас действительно нет времени на разборки. Если уж так хотите выяснить отношения — выясняйте их позже, хорошо? Шейт, есть еще что-то, что ты должен нам сообщить?
— Есть, — хмуро произнес он, — нам назначают нового командира.
— Что?
— Кого?
— Почему?
— Зачем?
Вопросы посыпались со всех сторон. Парень поднял руку, призывая всех к молчанию.
— Думаю, на вопросы о том, зачем и почему нам дали командира, вы можете ответить и сами. Причин несколько, но, в первую очередь все потому, что мы ничего с вами не знаем ни о местности, ни об обстановке. Да и полномочий у нас недостаточно, чтобы одним разгуливать возле прорыва. А вот насчет того, кто это будет… здесь нас всех ждет огромный сюрприз. Его направили к нам лично из Императорского двора, поэтому сразу говорю, что все очень серьезно.
— Ну, не томи уже, говори, кто это? Кого они нам пришлют?
— Кирсен Хьюз.
— Что? Ты серьезно?
— Да быть того не может! Самого Хьюза? Видимо, все действительно серьезно, раз его послали на помощь.
Нахмурившись, попыталась вспомнить, что я знаю об этом Кирсене Хьюзе.
Дроу. Приближен к Императорскому двору. Занимает высокое положение в обществе, что-то
вроде советника. Не единожды участвовал в закрытии прорывов. Силен и как воин, и как маг. О нем даже в определенных кругах чуть ли не легенды слагают. Прозвище у него еще какое-то есть, странное такое… нет, не могу вспомнить. Да и вообще, я не слишком в свое время интересовалась политикой и высшим светом, особенно у дроу.Неожиданно сквозь стену просочился вестник. Сделав круг над головой Шейта, он начал рассыпаться искрами, а в комнате зазвучал голос наставника:
— Шейд, твоя группа готова? Через пять десять минут жду вас в зале с вещами.
— Ну что, слышали? У вас на все есть пять минут, — сказал Шейт, после чего поспешил к своим вещам.
Десять минут спустя мы уже стояли в зале и наблюдали за тем, как наставники окончательно сверяются с бумагами.
К нам же подошел месс Инспад и, внимательно осмотрев нашу группу, одобрительно кивнул.
— Ну что, бойцы, готовы? Жаль, конечно, что выпускной бал придется перенести, но что поделаешь, такая у нас участь. Шейт, думаю, уже успел сообщить вам, что ваша группа перейдет под командование месса Хьюза. Здесь вам, бойцы, конечно, повезло — многие наши ребята мечтают хотя бы о встрече с ним, а вы будете не один день ходить под его руководством на задания, да. Кстати, помимо командира, к каждой группе будет приписан куратор. Конечно, вряд ли вы лично будете с ним контактировать, он, скорее всего, будет читать ваши отчеты. А вот если ваша группа столкнется с чем-то серьезным или же нарушит что-то, то тогда отвечать будете лично перед мессом Росвелом, которого и назначили вашим куратором.
Только каким-то чудом мне удалось сдержать стон разочарования. Вот уж кого меньше всего я хочу видеть — так это месса Росвела. Да, конечно, он считается моим опекуном и именно благодаря ему я и оказалась в этой Академии, вот только… вот только я его боюсь. До дрожи в коленках и пальцах, до хрипоты, практически до потери сознания. Он уважаемый член общества, его многие чуть ли не боготворят, он многое сделал для обычных людей. Да даже одно то, что он входит в Совет Академии — уже показатель, так как в Совет берут только особенных людей.
Да вот только он страшный человек. Не знаю, почему никто вокруг этого не видит, ведь это сквозит буквально в нем во всем — начиная от движений, заканчивая холодным, я бы даже сказала вымораживающим взглядом. Его взгляд напоминает мне взгляд матерого, бездушного убийцы, который не остановится ни перед чем ради достижения своей цели.
Этот человек безумно опасен… И у этого человека я должна буду служить несколько лет, чтобы отработать мое обучение в Академии.
Когда я подписывала этот договор, я и понятия не имела, что загоняю себя в ловушку. Более того, наоборот, мне тогда казалось, что это единственный выход из сложившейся ситуации.
У меня тогда не было ничего — ни имени, ни денег, ни жилья. Я практически не обладала никакими знаниями. Да что там, я совершенно не умела читать и писать, я даже говорила с трудом. Да и не понимала я тогда очень многого.
К мессу Росвелу меня привел старый Лью после трех месяцев нашего знакомства. Все это время я жила у него, помогая по дому, а за это он меня учил языку. А еще были тренировки.
Я не знала, для чего это ему. Тогда я была в каком-то странном состоянии — мне практически все было безразлично. Я не переживала о том, что Лью может оказаться каким-нибудь маньяком или работорговцем, нет. В тот момент мне хотелось лишь поесть и поспать в тепле.