Пустошь
Шрифт:
Майкл слушал внимательно, и с течением рассказа лицо его все больше мрачнело. В какой-то момент Анне показалось, что он принял решение. Его губы сжались, на лбу появились морщины. Согласится или нет? А хочет ли она этого? Хочет ли на самом деле? Все так сложно и так страшно. Господи! Почему столько раз приходится проходить через один и тот же выбор? Быть может, это судьба велит ей остановиться? Остановиться, пока еще не поздно.
«Хорошо. Судьба так судьба. Я действительно сделала все, что могла. Пусть теперь этот бухгалтер с лицом библиотекаря – пусть он принимает решение. Я соглашусь с ним. Но только, пожалуйста, пусть это будет правильное решение!»
– Вы
– Туманно.
– Вы знаете, что мы можем не вернуться?
– Да, знаю.
– Что вы не сможете пробыть в Кубе больше недели?
– Да.
– Что вашей сестры может не оказаться в свободной части города, а если окажется, она не сможет его покинуть?
– Да.
– И все равно хотите ехать?
– Да. Хочу.
Майкл опустил голову и начал тереть лицо ладонями.
– Холодный чай будете?
– Вы отвезете меня туда?
– Отвезу.
– Сколько это будет стоить?
– Я не возьму с вас денег. Но вы должны мне кое-что пообещать.
– Что?
– Что с вами не будет проблем. Никаких проблем.
– Я сделаю все, что скажете.
– Хорошо. Вы остановились у Чарли?
Анна растерянно замолчала, не зная, что ответить.
– Да, – сказал Чарли.
Майкл замолчал, разглядывая Анну. Он смотрел на нее целую вечность, и ей стало казаться, будто он пытается увидеть что-то, прячущееся глубоко в ее мыслях. Что-то, что даст ему ответ на какой-то внутренний незаданный вопрос. Она тоже смотрела на него. Потом взгляд Майкла сместился, скользнул по Чарли и снова остановился на Анне.
– Так вы чай будете?
Майкл накрыл на круглом столике, сдвинув в сторону набросанные там бумаги. Анна пила чай маленькими глотками. На нее нахлынуло чувство отстраненности, нереальности всего происходящего. Как будто она смотрела кино, в котором играла актриса, как две капли воды похожая на нее. Она переступила черту, слава Богу – хватило сил, и теперь от нее больше ничего не зависит. Теперь Анна чувствовала себя почти хорошо. «Будь что будет!»
– Отсюда до Кубы примерно сто миль.
Майкл извлек из кучи бумаг дорожную карту Нью-Мексико и разложил перед ними.
– Путь проходит по шоссе номер 57, это сорок пять миль. Потом поворот на шоссе 44. В течение всей поездки мы будем держать скорость шестьдесят миль в час.
– Сколько времени это займет?
– Шесть часов. Плюс-минус минуты.
– Мы можем останавливаться?
– Никаких остановок! Если потребуется справить нужду, воспользуетесь подгузниками.
Анна возмущенно посмотрела на Майкла, позволившего себе такую грубую шутку. Их взгляды встретились. И тут она поняла, что он не шутит. Прочитала это в его глазах. И еще она поняла, что он не бухгалтер. И не библиотекарь. Совсем нет.
– Хорошо, – тихо сказала она.
– У вас есть теплые вещи?
– Нет. Зачем?
– Купите.
Майкл отложил карту и принялся изучать свой стакан. Выражение его лица сделалось отсутствующим.
– Когда мы отправляемся?
Он вздохнул и поставил стакан на стол.
– Послезавтра. В семь утра.
– Отсюда?
– Да. Приезжайте к половине седьмого.
– Спасибо.
– Я ничего вам не обещаю.
– И все равно – спасибо.
Глава 4
Чарли оставил Анну одну, а сам ушел, сославшись на дела. Некоторое время она бесцельно переходила от одной открытой двери к другой, разглядывая комнаты. В одной из них обнаружилась внушительная коллекция пивных банок, занимавших почти всю стену. Каждая
банка была аккуратно прикручена тонкой проволокой к деревянным стропилам.«Какие странные вещи порой собирают люди», – подумала Анна. Она немного поразглядывала коллекцию, размышляя, что интересного можно найти в обычных жестянках, хмыкнула и вышла. Другая комната заинтересовала ее больше: свежие цветы на подоконнике, туалетный столик с зеркалом – все это свидетельствовало о том, что здесь живет молодая женщина. «Жена? Нет – отдельная спальня. Наверное, сестра».
На убранной кровати страницами вниз лежала открытая книга. «Унесенные ветром», – прочитала Анна на обложке. Книгу эту она не читала, но зато смотрела фильм с Кларком Гейблом и Вивьен Ли. Фильм ей очень понравился. Она рыдала там, где надо было рыдать, и смеялась там, где нужно было смеяться. Да и главная героиня была как будто списана с нее самой. Только вот Ретта Батлера нет и, увы, пока не предвидится.
На туалетном столике Анна обнаружила пепельницу с двумя окурками и пачку сигарет «Лаки Страйк». «Интересно, как выглядит женщина, читающая „Унесенных ветром“ и курящая „Лаки Страйк“?»
В третий раз проходя через кухню, Анна выглянула в окно. Тень от дома стала длиннее и накрывала теперь значительную часть лужайки, на которой уныло доживали свой срок чахлые островки травы. У крыльца обнаружилось плетеное кресло. «То, что нужно!»
Сидя в кресле и глядя на силуэты гор вдалеке, Анна прокручивала в голове все, что услышала от Чарли, Ника и Майкла. Информация в этот день выливалась на нее в таком изобилии, что не оставалось ничего другого, кроме как просто впитывать ее, не имея времени собраться с мыслями и подумать. А подумать стоило: о том, что она нелегально проникла на охраняемую военными территорию; что находится здесь на птичьих правах и в любой момент может попасть в неприятности; что собирается ехать с незнакомым человеком в место, которое называется «Аномальный объект „Пустошь“»; и, наконец, о том, что она совершенно не представляет себе, чем это может обернуться. Невеселые мысли. Но и ситуация, на самом деле, невеселая.
Вокруг царила почти идеальная тишина. Ветер, подвывая, поднимал небольшие облачка пыли, где-то на крыше тихонько чирикали птицы. День постепенно клонился к вечеру. Анна стала клевать носом. Последняя ее мысль была о радуге, висящей над дорожкой у дома Майкла.
Из состояния сладкой дремы ее вырвал шум двигателя. Анна раскрыла глаза и села ровнее, глядя, как к дому медленно подкатывается потрепанный «гольф». Багровый солнечный свет отражался от лобового стекла, и Анна не могла рассмотреть сидящих внутри. Она встала. Приветственно просигналив, «гольф» остановился. Дверь распахнулась, и наружу высунулась нога, облаченная в ядовито-синие джинсы и розовый кроссовок. Двигатель кашлянул напоследок и заглох. Из-за двери показалась вторая нога, и, наконец, хозяйка машины предстала целиком. Двумя руками она держала большой бумажный пакет, прижимая его к яркой футболке. Половину лица закрывали темные очки. Девушка ногой захлопнула дверцу и направилась к Анне.
– Здравствуйте! – весело сказала она и, перехватив коробку, протянула руку. – Я Линда, сестра Чарли.
«Господи, как они похожи, – подумала Анна. – Они, наверное, близнецы».
– Очень приятно, – сказала она, отвечая на рукопожатие. Девушке пришлось немного отклониться назад, чтобы не уронить коробку. На песок вывалилась жестяная банка.
– Черт! – выругалась Линда и улыбнулась.
– Я подниму!
На кухне Линда грохнула свою ношу на стол.
– Черт бы побрал это все! – заявила она. – Продукты привозят раз в неделю, и вы бы видели, что тогда творится!