Чтение онлайн

– Ты великолепно танцуешь, милый. Нам ведь так хорошо здесь, правда?..

Дмитрий закрыл глаза.

– Пойми, ты ведь у меня не просто девочкаї

– А кто же я?
– тихо спросила Киса.

– Неужели тебе непонятно, что я серъезно?

– Серъезно что?

Дмитрий умолк.

ї- Неужели ты не понимаешь, что я серъезно?

– Серъезно меня поцелуешь?..

– Пошли, - он поднялся на ноги и взял Кису за руку.

– Куда ты меня тащишь?
– смеялась та. Волны тихо шумели, разбивясь о берег.

– Увидишьї

Они медленно брели

по песчаному пляжу и молчали. Иногда Киса наклонялась, чтобы поднять блестящую ракушку.

– Хочу сделать себе бусы, - сказала она.

Время потеряло счет и больше не имело значения. Бесконечный шелест волн успокаивал и заставлял расслабиться. Вокруг на протяжении километров небыло ни души. Они были вместе. Они были одни.

– Красивая ночь, правда?
– Киса залюбовалась звездами.

– Кому как, - буркнул Дмитрий.

– Что с тобой случилось?
– откровенные, непонимающие детские глаза с упреком уставились на него. Дмитрий молчал.

– Ну скажи, что тебе не так?

– Не знаю.

– Тебе не нравиться быть со мной? Я тебе надоела?

– Отстань.

Киса остановилась.

– Неужели я и вправду тебе безразлична?

ї- Ты меня любишь, Жмурик?..

– А чего же ты хочешь?!
– Дмитрий сорвался, - Чего же ты ждала поступая так со мной?

– Как, Барсикї

– Не будь дурой!
– крикнул Дмитрий. Киса испуганно посмотрел на него.

– Ты чего?

– Сама знаешь!..

Они шли молча. Киса отвернулась к морю и смотрела на блестящую лунную дорожку среди волн.

– За что ты меня ненавидишь?
– она повернулась к Дмитрию и тот увидел, что она плачет.

– За что?..
– тихо повторила Киса.

– Потому что я до сих пор не знал, как любить тебя, - Дмитрий крепко обнял ее и поцеловал. Он чувствовал, как Киса улыбнулась в ответ. Он думал, что Киса улыбнулась в ответ.

– А я тебя ненавижу, - услышал он, - За то, что ты заставил меня стать слабой.

Обьятия разомкнулись и внезапно стали пустыми. Он стоял, уставившись в песок. Киса бежала прочь, оставляя Дмитрия посреди огромного пляжа.

– Ничего, Иринка, - прошептал Дмитрий, - Зато твой отец научил тебя по-настоящему любить.

И он молча побрел по набережной, ощущая гордость и любовь к своей такой взрослой и незнакомой дочкеї.

БЕСЕДКА

В огромном саду около фонтана среди роз стояла мраморная беседка. Ныне неизвестный художник когда-то создал ее, чтобы творить в ней свои, увы давно умершие картины. Он просто затерялся среди нескончаемого потока автомобилей и вечно спешащих пешеходов. Теперь, когда время стало дороже, мало кто из них мог потратить его на то, чтобы творить. Хотя изредка находились люди, которые приходили в беседку и подолгу сидели в ней, любуясь нескончаемой красотою старинного сада.

Алексей сидел молча, с восторгом глядя на весело журчащий фонтан, за которым расцветали розы. Неля сидела рядом и красила ногти.

– Лешик, давай пойдем куда-нибуть сегодня?

– Куда?

– Ну, не знаю. На дискотеку, или в кафешке посидим.

– Тебе еще не надоело?
– удивился Алексей.

– А че, - Неля оценивающе посмотрела на

пальцы и спрятала лак, - Ты можешь предложить че-то получше?

Алексей улыбнулся и нежно обнял ее за плечи:

– Лучше посмотри, какая красота, - тихо сказал он.

– Где?
– удивилась Неля.

– Ты что, не видишь?
– изумился Алексей, - посмотри только какие розы, какой фонтан! Смотришь на них и вспоминаешь музыку Моцарта - такая же нежная и прекрасная.

– Розы я не люблю, - сказала Неля, - Мне ромашки больше нравяться.

– Что не понимаю?
– Неля рассмеялась, - Слушай, Лешик, что с тобой сегодня? Ты нормальный вообще?

– Вообще-то нормальный, - вздохнул Алексей, - Ладно, пошли.

Они поднялись с мраморной скамьи. Он взял ее за руку и неспеша увел обратно в городї

ОТКРЫТИЕ

Более всего профессор Лонкин любил сидеть в кресле и неспеша листать научные журналы, предавая тело свое полному расслаблению. Иногда он позволял себе мечтать о каком-то значительном открытии, и даже пытался шутки ради подойти к нему с нучной точки зрения, но постоянно упирался в безысходность. "Как мало все-таки мы знаем, - думал он, - Просто недостаточно, чтобы сделать это открытие." И, утомленный этой мыслью, он снова возвращался к своим журналам.

Лонкин был самым заурядным физиком-специалистом и занимался исключительно светом, охватив прежде этого поверхностно механику, электрику и (скорее для саморазвития) историю. Его кумирами были такие титаны, как Бор, Эйнштейн, Ньютон, Торичелли и прочие. И он втайне завидовал им, дивясь, с какой легкостью те делали свои открытия.

Увлекшись чтением, профессор не заметил, как к нему ворвался взволнованный студент и, бережно кладя на стол нечто завернутое в газету, заговорил сквозь отдышку:

– Ростислав Генадьевич! Я, кажется, сделал открытиеї

Лонкин посмотрел на вошедшего. Один из самых заурядных студентов; ни отличник, ни двоечник. Так, неопределенностьї А неопределенности Лонкин не любил.

– Ну-ну?
– спросил он.

– Я обнаружил ошибку в Теории Относительности и на ее основе построил вот это!

– Какже-какже, - насмешливо произнес профессор, - Значит, вы хотите тягаться с самим Эйнштейном? Ну-ну!

– Да вы посмотрите, - просил студент, разворачивая газету.

Вскоре на столе образовался небольшой ящичек с дверцой вместо боковой стенки и небольшим набором кнопок, не совсем аккуратно приделаных сверху.

– И что это такое?
– спросил Лонкин.

– Это - экспериментальный образец. Прибор, позволяющий брать пробы грунта с любой планетыї

– Так уж и с любой?
– издевался профессор.

– Ну да, - но студент не замечал насмешек. Немного отдышавшись, он продолжил:

– Смотрите, - и нажал несколько кнопок. Дверца открылась и из нее высыпалось немного земли.

– И что это?
– Лонкин взял землю в руки и просеял сквозь пальцы.

– Это - грунт с Сатурна.

– Так уж и с Сатурна!

– Ну да.

– А с Марса можешь?

– Могу, - студент нажал еще пару кнопок. Дверца снова открылась и из нее высыпалась земля вперемешку с мелкими камешками.