Чтение онлайн

– Рот залепить надо, – по-хозяйски заявил Ивашка, потянувшись за мотком клейкой ленты.

– Дело. Вдруг заорет.

Липкая полоса плотно запечатала губы, и Пашкин разгневанный хрип перешел в разгневанное мычание.

– Допрашивать-то когда начнем? – с энтузиазмом поинтересовался хозяин квартиры у своего необъятного коллеги. – Скоро у него мозги на место встанут, однако и побочные эффекты могут проявиться. Помнишь, как мы брали грабителя-параллельщика? Он листовую сталь пальцами мог рвать, как бумагу. Может, и у этого что?

Танк откинул полу куртки и продемонстрировал рукоять того странного пистолета, который Пашка видел раньше, но об особенностях оружия постеснялся спросить.

– Ионный расщепитель, –

оскалился здоровяк. – Это на тот случай, если ты не знаешь. Трофейный, надежный, безотказный. На минимальном уровне оглушает, на красной шкале расщепляет кость. Так что решай, парень, разговор или инвалидное кресло.

Кочетков было решил согласиться на разговор, но полоска скотча на рту мешала диалогу.

– Замычал, – снова засветился счастьем Ивашка. – Осознал, значит. Ладно, у нас еще минут двадцать, пока его шарики к роликам присоединятся, а пока у меня в холодильнике еще пара пива есть, так что извольте откушать.

Танк согласно кивнул, и они убрались из комнаты, а вскоре с кухни донесся звук сталкивающихся пивных кружек.

Ситуация, в которую попал Драйвер, нравилась ему все меньше и меньше. В первую очередь ему лично было непонятно, как он вообще очутился в параллельной реальности, однако свершившееся являлось фактом, и против него не попрешь. Способные разобраться и помочь, а именно сотрудники шестьдесят второго отдела, в силу деформации личности, на помощь не спешили, а отнеслись к нему скорее как к вражескому лазутчику, чем к человеку, попавшему в беду. Пикник явно не светил, а вот чувства, затуманенные отравой Ивашки, возвращались, и тут началось и вовсе неприятное. С непонятным привкусом во рту и общей слабостью появилась терзающая боль в предплечье. С трудом повернув голову, Кочетков взглянул на очаг боли и скривился. Куртка на руке была распорота от плеча до локтя, а то место, где ранее был имплантирован датчик слежения шестьдесят второго отдела, неряшливо обмотано бинтом, на котором проступало кровавое пятно. Кто-то из новых врагов, параллельный Танк или параллельный Ивашка, вероятно, нашли устройство, и пока Пашка был без сознания, просто вырезали его из плоти.

«Фашисты», – подумал Пашка, однако время шло, рука болела, парочка на кухне поглощала пиво, а состояние Драйвера продолжало ухудшаться. В итоге, когда Ивашка и Танк явились на допрос, Кочетков находился в полуобморочном состоянии и отвечать на вопросы был физически не способен. Так он оказался в ведомственной больнице.

– Коновалы! Идиоты! Куски коровьего помета! – Кали в гневе была страшна, и даже через прикрытые веки Пашка буквально ощущал волны бешенства, исходящие от девицы. – Вы бы еще паяльником его паять придумали! Почему мне не позвонили или Библиотекарю? Он-то ведомственный! Придумал бы, что делать!

– Кали, – заныл Ивашка, однако хлесткий звук пощечины быстро заткнул ему рот, и голос в палате продолжал звучать исключительно женский.

Пока Кали на все корки честила бывших коллег, Пашка начал разбираться в обстановке. Типичный больничный запах лекарств и накрахмаленная до неприличия простынь говорили о том, что в больницу его все-таки отправили, а вот позиция самой желчной и стервозной сотрудницы отдела по отношении к нему несколько сбивала с толку.

– В первую очередь он параллельщик… – это Танк. И снова с треском пощечина, да так звонко, что нарочно не придумаешь.

– В первую очередь он человек, дубина ты неотесанная! Он в беду, может, попал, а вы его так встречаете.

– Кали, – вот-те на, Библиотекарь собственной персоной. В комнате стало заметно холодней. Даже на коже почувствовалось.

– Господа, прошу очистить помещение.

Послышалась нелепая возня, кто-то шаркнул ногой, кто-то хмыкнул пренебрежительно, и вскоре дружный топот ног засвидетельствовал выполнение команды.

На секунду в палате воцарилась тишина, и Библиотекарь перешел в наступление.

– Давай, болезный, приходи в себя. Я же вижу, что ты в сознании. Вон как Кали за тебя хлопочет перед этими костоломами. Не иначе втрескалась.

– Кали? Да она дура фригидная, – не выдержал Кочетков, и поняв, что сдал себя с потрохами, открыл глаза.

Библиотекарь, как всегда с иголочки, в накрахмаленной сорочке, выбритый до синевы, ехидно усмехался, поглядывая сверху вниз на Пашку.

– Еле тебя нашел, – вдруг зашептал он и, присев на край койки, наклонился к самому кочетковскому уху. – Ты как себя вообще чувствуешь?

– Паршиво, – еще не очень соображая после лекарств, признался Драйвер. – Но я ни в чем не виноват и ничего не замышляю. Я просто в беду попал, оказался в вашей реальности…

– В их, в их реальности, – Библиотекарь подмигнул и, вытянув из кармана колбочку с таблетками, свинтил крышку и, вытянув из прозрачной тары одну, протянул Пашке. – Ешь давай. Нам с тобой нужно как ни в чем не бывало покинуть здание и чем скорее, тем лучше. Еще немного, и тут появится моя натуральная копия, и тогда нам точно…

Вмиг в голове Пашки все прояснилось, и даже чудо-лекарство, выданное шефом, не понадобилось, однако поспешив закинуть таблетку в рот, он вскочил с кровати и, путаясь в длинной рубашке с завязочками, неуверенно замотал головой.

– Одежда!

– Точно! Сиди здесь. Я быстро.

Библиотекарь исчез так же внезапно, как и появился, а когда снова перешагнул порог палаты, то уже сжимал в руках Пашкину одежду.

Перехватив из рук босса свои пожитки, Кочетков принялся одеваться, однако пальцы все еще слушались плохо, так что привычный ритуал облачения прошел несколько смазанно. Рубашку он решил и вовсе не надевать, да и с ширинкой на штанах не очень справился. Узлы на шнурках ботинок получились весьма витиеватые, и проще их было потом обрезать, чем распутать, но было не до красоты. Все время, пока Драйвер одевался, Библиотекарь стоял рядом с дверью и напряженно прислушивался, не идет ли кто, а когда увидел, что его подопечный наконец готов, облегченно выдохнул и заторопился прочь.

– Двигаем. Двигаем!

Чувствуя во всем теле слабость, Пашка уцепился за Библиотекаря, и в таком виде, сделав морду кирпичом, они выбрались в коридор, прошествовали по нему до лестничной клетки и через приемный покой попали на площадку первого этажа, а затем и на улицу, где уже стояло под парами такси.

– Где ты оставил машину? – не дождавшись ответа, босс втолкнул Пашку на заднее сиденье, и тот, рухнув внутрь, пробормотал адрес.

Машина тронулась, и водитель уверенно, не чета кочетковским блужданиям по навигатору, повел авто по указанному адресу. И тут Пашке окончательно поплохело. Те ощущения, что он испытывал до этого, были своеобразным детским лепетом. Температура подскочила, да так что Драйвер буквально почувствовал, как кровь в жилах начинает идти бешеным темпом. В висках забухало, заголосило, сердце зачастило бешено, стараясь пробить грудную клетку и выбраться из груди, тошнота пошла волнами, то подступая и выкручивая желудок, то исчезая на мгновенье. Чувствуя, что сейчас вновь отключится, Пашка попытался дотянуться до плеча Библиотекаря.

– Терпи, – прошипел тот. – Скоро будет легче.

Так и случилось, но существенно позже…

Снова больничная койка, однако и запахи приятней, и голоса вроде приветливей, чем были в прошлое пробуждение.

– Как ты?

Пашка открыл глаза и увидел рядом с койкой Ивашку, сжимающего в руках кулек с апельсинами.

– Бывало лучше. – Приподнявшись на локтях, Пашка оглядел палату, отметив про себя решетки на окнах и странного вида запор на двери. Странно это, больному изнутри запираться.