Просто играй...
Шрифт:
— А-ме-ли, А-ме-ли!
— Ли, ты же видишь, они не успокоятся! — Со смехом проговорил в микрофон Ким. Ага, а кто, спрашивается, все это заварил? Не успокоятся… Да я уже вижу… — А поэтому — давай, сама успокаивай своих преданных фанатов! — Как?! Господи, Кимми, что еще ты выдумал?! — Иди к нам! Поговори с поклонниками!
— ДА!!! — Взревела толпа, начиная оглядываться по сторонам в поисках меня. Черт, у меня, конечно маскировка хорошая, но надолго ее не хватит! Пока что меня не узнают, но, благодаря моим милым чудикам, это приятность скоро закончится.
'А почему
И я решилась. Сделала шаг по направлению к сцене, и с удивлением поняла, что меня кто-то цепко держит за плечи. Обернувшись, увидела встревоженное лицо Тимофея.
— Что? — Недоуменно спросила я, глядя на него.
— Что с тобой? Почему ты плачешь, Лиззи?
— Кажется, я уже просила тебя не называть меня так, — холодно отрезала я. Надо же, заботу проявить вздумал. То унижать пытался всячески, а тут вдруг переживать начал. — Отпусти. Мне нужно…
Я не стала договаривать, просто резко повела плечами, сбрасывая его руки, и торопливым шагом направилась к сцене.
А там меня уже ждала улыбавшаяся во все зубы четверка оболтусов, устроившая всю эту шумиху. Стэм галантно помог мне взобраться по ступеням. Как только я оказалась на возвышении сцены, вся четверка, оглушительно вопя, повисла на моей шее. Им вторили люди из зала.
— Ребята, господи, что вы устроили, — прошептала я сквозь душившие меня слезы.
— Мы хотим, чтобы ты вернулась, Ли! — Радостно прогалдели Ким и Стэм. Девчонки согласно кивнули, расплываясь в улыбках. — Давай, толкни им речь, Ли!
Ким кивнул на танцпол и передал мне микрофон. Я немного растерялась:
— Что я им скажу? — Прошептала я. — Вы с ума сошли?!
— Скажи, что возвращаешься в игру. Давай, Ли! Они ведь ждут этого!
Я покачала головой. Я ведь твердо решила никогда больше не танцевать, так почему же мне сейчас так хочется нарушить данное себе обещание?! Но я все еще колебалась. Если сейчас уступить фанатам, назад дороги уже не будет. Снова репетиции, выступления, бешенный ритм жизни… хочу ли я этого? Наверное, все же, нет…
И тут я увидела лицо Тимошина. Он смотрел на меня круглыми, как блюдца, глазами и так забавно мотал головой, что я улыбнулась. А он вдруг поймал мой взгляд. Долгую мучительную секунду он прожигал меня им, а потом… поднес к горлу сжатую в кулак ладонь и провел по нему отставленным большим пальцем. Я округлила глаза. Вот как?! А это уже наглость! Считает, что он тут самый крутой? Не на ту напал! Я поудобнее перехватила микрофон и, набрав в легкие воздуха, крикнула:
— Привет, ребята!!!
— ПРИВЕ-Е-ЕТ, АМЕЛИ-И-И!!! — Взревела толпа, свистя и поднимая руки вверх.
— Вы скучали по мне?! — Уроки управления толпой преподанные Димой еще в самом начале карабканья нашего бэнда к пьедесталу, вспоминались на удивление легко.
— ДА-А-А-А!!! — Раздавалось с разных концов танцпола.
— А вы хотите, чтобы я вернулась?!
— ДА-А-А-А!!!
— Точно хотите?!
— ДА-А-А-А!!!
— Не передумаете?
—
НЕ-Е-ЕТ!!!Я решила сделать маааленькую пакость.
— И ни на кого меня не променяете?!
— НЕ-Е-ЕТ!!!
Я победно улыбаясь посмотрела на Тимофея. Он только усмехнулся и покачал головой. Ладно, Тимошин, мы еще посмотрим, кто кого!
— Значит, мне точно возвращаться?!
— ТОООООЧНООО!!!
— Ну, окей! Вы сами этого хотели!
Я подкинула микрофон на ладони и перебросила его Стэму. Он ловко поймал его и аккуратно положил на ди-джейский столик. Черт, как же неудачно я сегодня одета! Как же мешает эта чертова юбка!
Это был замечательный вечер. Я много танцевала и еще больше улыбалась. К полуночи Кирилла сменил другой ди-джей и он, наконец, присоединился к нам. Первое, что он сделал, это стиснул меня в объятиях.
— Лизка, это было супер! Ты просто молодчинка, что смогла принять это решение.
— Не гони вперед паровоза, — покачала головой я. — Может, у меня еще ничего не получится.
— Не наговаривай на себя, — нахмурился он. — Все будет хорошо. Кстати, раз уж ты сегодня в таком замечательном настроении, может, подаришь мне пару танцев?
— А почему бы и нет? — Лукаво улыбнулась я. — Тебе в каком стиле?
— Боюсь, я предпочту простой медленный танец. Повторить то, что вы тут недавно вытворяли со Стэмом, мне вряд ли удастся.
— Ну хорошо, медленный, так медленный. Пойдем?
Я потянула его на танцпол. По пути наткнулась на злобный взгляд Тимошина и едва заметно вздрогнула. Ой, не к добру это все. Он ведь наверняка теперь какие-нибудь пакости строить будет. И, боюсь, рисунки с мышью мне покажутся забавными и невинными шалостями, на которые даже и реагировать не стоило. Поговорить с ним, что ли? Точно, завтра я ему позвоню. А еще лучше — выловлю в понедельник в университете. Решив для себя этот вопрос, я расслабилась и позволила Киру увлечь меня в танец.
— Ты сегодня такая невероятная, — прошептал он, наклонившись к моему уху. — Я еще никогда не видел тебя такой… живой, что ли…
— Знаешь, я ведь только сейчас, в клубе поняла до конца, как глупо поступила, отказавшись от такой жизни, — призналась я. — Возможно, тренировки и общение с вами помогли бы мне выбраться из тупика депрессии намного быстрее.
— Это все не важно. Главное, что ты, наконец, все поняла и вернулась. — Во время разговора парень неосознанно гладил меня по волосам, периодически чуть крепче, чем нужно прижимая к себе. Это было странно и… приятно.
Песня закончилась, и мы вернулись к друзьям, сидевшим за столиками. Ким обнимал Нику и что-то тихо нашептывал ей на ухо. Девушка с задумчивым видом перебирала его волосы, изредка кивая. Алина сидела на коленях у Стэма и о чем-то яростно с ним спорила. Несмотря на то, что разговор был явно нелицеприятным и шел на повышенных тонах, парочка нет-нет, да и проявляла мимолетную нежность по отношению друг к другу: то парень чуть крепче сожмет руки на ее талии и притянет поближе к себе, а то сама девушка невесомо, почти незаметно коснется губами его шеи.