Просто друзья
Шрифт:
Как обычно, первыми в голову пришли мысли о Джо. Рядом с ней я испытывал целый спектр эмоций и ощущений, среди которых, не был уверен, было ли место счастью. Она меня веселила, забавляла, смешила, порой злила, раздражала, сводила с ума. И всё же обратившись мыслями к ней, подумал о том, что мог бы быть счастливым, если бы мои чувства оказались ответными, если бы подобного рода переживания касались и её, если бы мы могли быть вместе.
Вместе с этим пришли и другие ассоциации. Мы живем в центре Лондона в квартире-студии, соединяющую два этажа. На выходных она выбирается на мирные протесты за права женщин, животных или окружающей среды и тянет меня за собой, куда я нехотя иду, только бы
Я был слишком молодым думать о детях, но в голову пришла мысль, что я не прочь был завести двоих. Желательно, чтобы оба были исключительно похожими на Джо, а не меня, причем не только внешне, иначе у них бы не было шанса, чтобы я смог их полюбить. Мы могли бы ещё завести собаку или кошку. Приезжать на Рождество в Хантигтон и проводить летние каникулы в Греции.
Я почувствовал, как у меня загорелись щеки, когда фантазия вышла за рамки реальности и унесла меня в мир, которого не существовало на самом деле. Я весь загорелся, как огни на рождественской ёлке, и, похоже, одни мысли об этой жизни делали меня счастливым. Навряд ли иллюзии могут делать человека по-настоящему счастливым. Ощущения, которые они дарят должны быть такими же ненастоящими, как сама их сущность, но, по крайней мере, мне так казалось.
Я понял, что совсем замечтался, когда кто-то тихонько постучал в двери моей комнаты. Не дождавшись ответа, мама тихо вошла, включив свет, что резанул глаза. Я даже не успел заметить, как на улице потемнело. Так и сидел в темноте, как дурак. Выражение лица у неё было мрачное, словно случилось что-то плохое. Поэтому я убрал дурацкую ухмылку, не сходящую с лица последний час, и принялся слушать её со всей внимательностью, будучи уверенным, что чтобы мама не сказала, это будет связано с отцом.
Она даже не села. Осталась стоять, прислонившись спиной к дверям. Её глаза остановились на виде за окном, что казалось всё страннее и страннее.
— Что-то случилось? — осторожно спросил я, начиная подозревать что-то гораздо худшее, чем мои нелепые недоразумения с отцом. Я уж начал думать о том, что кто-то умер.
— Райан Грей подал заявление в полицию. Он обвинил тебя в избиении.
По крайней мере, никто не умер.
Глава 17
Неожиданно для себя я рискнул продолжить писать историю о Нэнси, где мой авторский голос был лишь призрачной тенью, мелькавшей между строк, подобно мне самому, каковым я был во время дружбы с девочкой. Делать это в одиночку оказалось сложнее, чем я предполагал, ведь приходилось оставаться наедине с выдумкой, возникшей из детских воспоминаний, в которых я всё больше сомневался, поражаясь тому, не придумал ли я всё это. Я строил оповедь не из нити связанных между собой воспоминаний, а из кадров, появляющихся в голове, подобно фильму, разворачивающему действия на экране. Я был всего лишь немым наблюдателем описываемых событий, не вмешивающимся в ход истории мальчишкой, который лишь смотрел на всё со стороны, строя сплошь одни догадки и теории.
Я не был больше преследуемым призраком Нэнси. Воображая её, как героиню, не мог рассмотреть в ней знакомые черты лица, которые неплохо знал, помня прежде каждую незначительную деталь. Теперь, когда на экране ноутбука высвечивалось общее с Джо фото,
я был всецело поглощен её милым образом, не покидавшем меня ни на минуту.Наше общение премного наладилось. Странно было даже осознавать, что ещё несколько дней назад между нами была непреодолимая стена недопонимания и замкнутости, пробиться сквозь которую казалось невозможным. Какими бы ни были отношения с Джо, казалось, будто так было всегда, будь то её упрямое игнорирование или же навязчивое участие в моей жизни. Отношения с ней выдавались американскими горками, на которых меня хоть и укачивало, но в то же время прилив адреналина в крови подогревал желание прокатиться на них снова.
Я переписывался с Джо всю дорогу домой из школы, спохватившись спросить у Дженны, почему та пропустила уроки, лишь, когда Джо отметила, как видела девушку сутра на автобусной остановке. Её не было в сети с самого утра, но я не отчаялся, будучи всецело поглощенным общением с Джо, которая как раз рассказала о том, как кто-то выложил в сети видео, где Вуди целовался с другой девушкой, из-за чего новоиспеченная представительница ученического совета устроила домашнюю разборку прямо посреди школьного коридора. Я невзначай отметил, что мы давно не виделись. Джо предложила провести выходные с ней в гостинице, где она должна была несколько часов провести на рецепции, заменяя одну из девушек, которая без зазрения совести попросила её об этом.
Я не успел даже отправить набранное сообщение о том, что это навряд ли получиться провернуть из-за моего домашнего ареста, что в этот раз сопровождался гораздо большим контролем, чем прежде, как телефон зазвонил. Я как раз сидел в прихожей, так сильно занят перепиской, что не находил времени снять верхнюю одежду и обувь, невзирая на то, что становилось жарко.
— Здравствуйте. Это Фредерик Филлипсон? — спросил незнакомый мужской голос. Я проверил номер, который был незнакомым, чего не успел сделать, приняв звонок сразу.
Первое, что пришло в голову, это, будто я опять мог что-то натворить, сам того не подозревая. Я даже испустил тяжелый вздох, резко сняв шапку с головы, когда на лбу появились соленые капли пота. Следующая мысль, посетившая голову, была о том, что это могло касаться дела Райана, которое всё ещё выдавалось мне чей-то неудавшейся шуткой. Тогда мой вздох, казалось, был ещё тяжелее, что совершенно выбило мужчину из колеи.
— Простите, я ошибся номером?
— Нет, всё в порядке. Это я, — устало произнес, ожидая худшего.
— Очень приятно. Мне рекомендовали обратиться к вам, как к менеджеру группы «Остров ненужных игрушек». Так вот, я хотел бы заказать…
— Простите, что?.. — я недоумевал от услышанного. Казалось, будто мне всего лишь послышалось, как меня связали с чёртовой группой, что я бросил, оставив её на самопопечение, но даже если и так, то наиболее странным казалось, будто я мог быть их менеджером. Будто я мог быть чьим-либо менеджером. Будто кто-то мог назвать меня менеджером. — То есть, кто вам советовал ко мне обратиться?
— Участники вашей группы. Я обратился к самому младшему, и он любезно предоставил ваш номер. Если это какая-то ошибка, прошу извинения. Я и сам невольно стал жертвой обстоятельств, — какой на удивление вежливый мужчина. Его расстроенный тон даже немного растрогал. Потерев устало глаза, я дал заднюю, решив один всего лишь раз заняться этим неблагодарным делом.
— Нет, всё правильно. Просто ваш звонок выдался несколько неожиданным, — не снимая обуви и куртки, я прошел в гостиную, где упал на диван. Достав из рюкзака блокнот, в котором записывал большинство лекций, я открыл последнюю страницу и приготовил ручку, чтобы договориться о выступлении группы, к которой больше не имел никакого отношения.