Чтение онлайн

– Мне позвать уборщиков? – проворковала она.

– Да, мы скоро уезжаем, пусть здесь хорошенько приберут.

– Хорошо, я позабочусь об этом, Дмитрий Михайлович.

Костя не сводил глаз с моей секретарши и как всегда по-идиотски улыбался, глядя на то, как её хорошенький зад медленно ускользает за дверь.

– Не пялься так на неё, Костя, она всё ещё нужна мне в работе, и я обещал её отцу. Мне надоело менять их как перчатки из-за того, что вы любите трахать моих секретарш.

– Но ты делаешь то же самое! – возмутился Костя.

– Потому что это мои секретарши. Найми себе собственную и трахай её, когда тебе вздумается.

– Я ничего

Николай толкнул его в бок, посмеиваясь.

– Ага, тогда что это капает у тебя изо рта? Не слюни ли это?

– Заткнись, Коля.

– Ладно, хватит спорить, давайте выпьем, завтра важный день.

Мы чокнулись и выпили по рюмке.

Костя набивал себе рот едой, не беспокоясь о том, чтобы нормально пережевать. Эта идиотская привычка осталась у него после многих лет жизни в детском доме, где они с братом провели большую часть своего детства. Там они и познакомились с моим младшим братом, стараясь оберегать и присматривать за ним. Я был благодарен им за это, и, как только забрал своего брата, Костя и Николай стали работать со мной. С тех пор мы были командой. Я доверял им свою жизнь и жизнь брата, как и они доверяли мне свою. В этой чёртовой жизни у меня было мало чего хорошего, но наше братство определённо являлось лучшим из всех.

– Дмитрий, ты ведь знаешь, Борис разозлится, что мы грохнули его двоюродного брата. Он будет мстить.

Я закурил ещё одну сигарету и улыбнулся.

– Ну нет, – протянул Николай, – только не говори мне, что действительно подставил Ивана. Меня не было всего один гребаный день.

Я кивнул.

– Мне пора оставить эти бесполезные попытки всё уладить. Теперь ещё и этот кусок дерьма будет мельтешить перед глазами.

– Борис так и не встал во главе Братских, не так уж и много поддержки у него.

Николай вздохнул.

– И ты решил его добить. Ясно. По последним данным, он ведёт борьбу за это место, ведь, как ты знаешь, итальянцы уничтожили всех Морозовых, буквально стёрли в порошок. Сейчас среди них творится хаос. Братские режут друг другу глотки и мечтают забрать своё.

Костя усмехнулся.

– Сомневаюсь, что итальянцы отдадут хотя бы малую часть Рима.

– Не отдали им, отдадут нам.

Костя и Николай переглянулись.

– Ты уверен, что они отдадут за неё то, что мы хотим?

– Мне не нужен Рим. Пока не нужен, но долбанный Винченсо отдаст мне всё, что у него есть, за свою драгоценную дочь. Они берегли эту маленькую птичку и хорошенько чистили ей пёрышки. Только представь, как больно им будет узнать, что они несознательно делали это для меня. Пришло время выпорхнуть из родительского гнезда, прямиком к нам в руки.

– В конце концов, ты уничтожишь и её, несмотря ни на что.

Я кивнул.

– Смерть – её единственное спасение. Девчонке действительно повезло, что мы не похищаем несовершеннолетних, и она даже успела немного пожить.

Чувство предвкушения наполняло меня до краёв.

– Все они будут страдать, как страдали мои родители и мой брат.

После пожара Демид перенёс множество операций, чтобы его кожа на руке стала лучше. Сейчас больную часть его тела покрывают татуировки, скрывая шрамы.

– Я всё помню, брат, но мы же не станем недооценивать соперников, верно? Ты знаешь, Морелло – сильные противники. Они правят Италией и ещё несколькими городами в Европе. США скоро станет их вторым домом. Итальяшки не оставят это просто так, сделают всё, чтобы вернуть своё.

Костя усмехнулся.

– Один ебанный психопат Антонио Морелло чего стоит. Его

– Мы уже обсуждали это много раз, Николай. Я, безусловно, ценю то, что ты являешься голосом разума среди нас всех, и я, наверно, буду ужасно выглядеть в твоих глазах после того, как скажу тебе «Иди на хрен», потому что я пойду на всё, чтобы засунуть им их итальянские головы в их не менее итальянский зад.

Николай рассмеялся, качая головой.

– Ты чертовски трахнут на голову, Дима.

– Эй, ты хочешь сказать, что мы менее сумасшедшие, чем они? Вся Москва подчиняется «Волкам», а ты говоришь, Италия. А, плевать я хотел на них всех.

Он откусил кусочек зубочистки, затем выплюнул её на пол.

– Долбаные итальяшки.

– Перестань мусорить у меня в кабинете, Костя, а ты, Николай, лучше послушай своего брата. Ты забыл, сколько мы прошли, чтобы прийти к нашему господству? Мы убили всех, кто стоял на нашем пути, самым жестоким способом, не жалея никого.

– Знаю, брат, помню. Я не об этом говорю. Помимо всего прочего дерьма и Бориса, который так или иначе придёт к власти у Братских, мы получаем итальянцев.

– Полный соцпакет, – усмехнулся Костя.

– Это ли не то, чего я так сильно хотел?

Всё идёт по плану, так что к чёрту контроль и к чёрту терпение.

– Отомстить за Демида и за твоих родителей – честь для нас. В придачу мы заполучим ещё больше власти и больше территории. Я и Костя будем стоять рядом и прикрывать твою задницу, Дима.

– Но?

– Но мы должны быть начеку ещё больше. Я прошу лишь только об этом, потому что знаю, ты не умеешь проигрывать.

Я кивнул.

– Мы не проиграем, но ты прав. Мы оценим их по достоинству, и самое главное – Демид, он должен быть защищён.

– Он уже не маленький мальчик. Парень – прекрасный боец, он уже убивал, но наркотики и алкоголь могут всё испортить.

Я проигнорировал очередные наставления Николая. Он брал слишком много на себя, хотел защитить всех нас, как мамочка, которой у нас не было. Но он не понимал, что в конце мы все будем там, где должны быть. И скорей всего это будет диаметрально противоположно его ожиданиям.

– Перестань раздражать меня, у нас и так много дел. Вы всё подготовили? Мы должны будем встретить нашу гостью как полагается.

– Мы встретим её с почётом.

Когда мы вышли на улицу, было около десяти вечера. Я посмотрел на небо, но звёзд на нём так и не увидел. Москва – город проклятых. Услышав знакомый детский голос, я опустил глаза вниз.

Ко мне подбежал Тимур, видимо, он снова сбежал из детского дома. Тот самый детский дом, в котором жил мой младший брат, пока я отбывал срок в колонии, а затем и в тюрьме за то, что убил человека, предавшего моего отца. Много лет назад Григорий сдал итальянцам моего отца, предал. Но я нашёл его в тот самый день, когда тела моих родителей достали из сгоревшего дома. Все самые преданные люди отца были рядом со мной в тот день. Они видели, что я не боюсь. Знали, что я должен сделать. Я выстрелил ублюдку прямо в голову, когда он праздновал победу над моим отцом с одним из людей Винченсо. Григорий не думал, что я рискну и собственноручно всажу ему пулю в лоб. Мудак ошибся, предпологая, что у меня кишка тонка. Это было глупо с его стороны, ведь он не раз становился свидетелем моих тренировок и даже сам учил меня точной стрельбе. После расправы с предателем я намеренно отпустил человека Винченсо, чтобы тот передал послание своему хозяину.