Чтение онлайн

— А плевать, — высказался Ирвин в своей манере, и я готова была расцеловать его за смелость. — Для меня в тебе ничего не изменилось. Нужно только найти эту эльфийку и заставить переделать волшебство.

— Это невозможно, — ответила ему Клодия. — Это было четверть века назад, она могла умереть или уйти на другой конец мира. Да и волшебство, тем более столь сильное и древнее, не переделать.

— Надо переделать!

— Ирвин, — позвал принц, и оруженосец послушно замолчал, — нужно быть готовым к любому исходу.

Этот намек я поняла сразу.

— Ну уж нет! — заявила, уперев руки в бока. —

Я так понимаю, отбор был придуман для того, чтобы найти его высочеству настоящую любовь. Да? Так время еще есть. Неделя! Если эти участницы не подходят, киньте клич, типа «открылся второй сезон». Уверена, недостатка в претендентках не будет. Пробовать надо, а не к смерти готовиться.

Стоило произнести это вслух, как до меня дошел весь ужас ситуации. Горло перехватило, и я не смогла продолжить, потому что чувствовала — скажу еще хоть слово, зареву.

— Леди Полина говорит разумные вещи, — подала голос Гвендолин. — Его величество не знает правды?

— Нет, — покачала головой королева. — Я так и не смогла признаться, это разрушило бы абсолютно все.

По ее щеке все-таки скатилась скупая слезинка, и сердце Дарнелла дрогнуло.

— Вы не виноваты, мама. Я ведь и сам мешал вам меня спасти, отвергая всех девушек, которых вы для меня находили.

Я отошла ближе к Гвен и положила ей руку на плечо. Подруга улыбнулась мне, и на душе стало чуточку легче.

— Спасибо, что выслушали и не осудили, — поблагодарила Джорджиана. — Дарнелл, я прошу… Оставьте меня, мне нужно еще раз все обдумать.

Мы покинули комнату с облегчением, потому что смотреть на несчастную женщину, пожинающую плоды своих давних поступков, было тяжело. Нет, я ее ни в коем случае не осуждала, если кому и осуждать, то точно не иномирянке, которая не то что выйти замуж, даже диплом забрать еще не успела.

— Гвен, ты… — обернулась и увидела, что все уже спустились на первый этаж, а я застыла посреди коридора. В голове все кружилось, менялось местами и входило в свои пазы. Гвендолин могла бы стать спасением для принца, но с некоторых пор я видела в ее глазах отражение совсем другого мужчины. Нахального, дерзкого, яркого, преданного и сильного. Обязательно узнаю точно, но позже, может, вечером. Лувения, Йолонда, Виветта, Эрма, Даника и Дорита — нет. Тут и к гадалке не ходи. Я…

Мне хотелось бы в это верить, но самое сказочное в этой истории — розовый пони Сахарок, остальное оказалось реальной жизнью, просто с другими декорациями. Золушка может стать принцессой, но нужна ли принцу такая невеста?

— Леди Полина, подождите.

Я уже перестала вздрагивать от устаревшего для моего мира обращения и просто остановилась. Погруженная в себя, я вышла в сад, и Дарнелл догнал меня за несколько секунд. На нем была все та же рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами. В таком виде принц мог сойти, скажем, за моего соседа.

— Леди Полина, я так и не отблагодарил вас за спасение, мое и Ирвина.

— Да не стоит, пустяки, — отмахнулась я. С каждым днем я все более неуверенно чувствовала себя рядом с принцем, забывала слова, краснела, не знала, куда деть руки и куда смотреть. В общем, диагноз очевиден, лечению, надеюсь, еще подлежит.

— Вы совершили подвиг, это было просто невероятно! — искренне восхитился Дарнелл, и я все-таки

сдалась.

— Да, возможно. Но с этой вашей бедой мне не справиться.

Убрала руки за спину, сцепила пальцы, молясь, чтобы не потекли слезы.

Дарнелл промолчал. Солнце не доставало до нас, терялось в густой листве цветочной арки. За моей спиной начинался «коридор», зеленые стены которого бросали густую тень на дорожку. Подсвеченная сзади фигура принца мягко золотилась.

— Ну тогда… — начала я, и вдруг Дарнелл наклонился и поцеловал меня в губы. Я стояла как дурочка, спрятав руки, и часто-часто моргала, как будто это могло помочь мне понять, что случилось.

— Вы мне уже помогаете, — сказал Дарнелл, и в эту секунду я пожелала провалиться сквозь землю, хоть в ад, хоть к подземным эльфам. Только бы он не смотрел на меня с такой нежностью.

Я же не железная…

— Дарнелл! Ваше высочество, ты куда пропал? Мне опять весь сад прочесывать?

Мы оба узнали Ирвина и, кажется, оба обрадовались его появлению.

— Я желаю вам победы, — сказал Дарнелл. — Хоть мне это и запрещено.

Я проследила, как он уходит, растворяясь в сиянии дня, и схватилась за голову. Лицо горело, но еще сильнее горели губы — как будто меня поцеловало солнце!

Кошмар, кошмар, кошмар!!!

Я должна поговорить с Гвен, серьезно поговорить. Так больше не может продолжаться.

Выполнила намеченное в тот же день, точнее, ближе к вечеру. Поскольку я трусливо не спустилась к ужину, Гвен пришла ко мне вместе с парой горничных, которые принесли подносы с едой. Только вот есть я не хотела.

— В чем дело? — спросила подруга, отпустив прислугу. — Если тебя так впечатлил рассказ ее величества…

— Гвен, я так больше не могу.

Она замолчала на полуслове и нервно прикусила губу.

— Говори.

Я подобрала под себя ноги и сжалась в углу кровати, как нашкодивший котенок.

— В общем, наверное, надо было раньше сказать… Я хотела, точнее, не хотела. Я… — Тянуть больше не имело смысла, да и выглядело это глупо. — Это насчет Дарнелла и нашего с тобой договора.

Гвендолин хмурилась и молчала, но стоило мне договорить, как морщинка на ее лбу разгладилась.

— Ты влюбилась в принца и боишься мне в этом признаться?

— Ну конечно боюсь! — воскликнула в ответ. — Я ни за что не нарушу слова, которое тебе дала, ведь ты любишь Дарнелла гораздо дольше меня. Ты появилась в его жизни раньше.

— Дурочка! — рассмеялась Гвен, и я растерянно вытаращилась на нее. — Могла бы сразу сказать, я же все пойму. Я люблю Дарнелла, очень сильно люблю. Но с твоим появлением я поняла, что это не та любовь и что многое мне только казалось. Я все так же восхищаюсь им и считаю лучшим из мужчин, и я рада, что он считает меня своей сестрой.

— Гвен… — потрясенно выдохнула я.

— Я говорю правду. И если бы я кому-то доверила Дарнелла, то только тебе.

Я выползла из своего угла, подобралась к Гвендолин и уткнулась лицом в ее колени. Никогда не плакала от облегчения, но, похоже, этот день настал. Меня буквально прорвало, я даже не представляла, какую тяжесть носила в душе все это время. Испытания отбора и рядом не стояли с мыслью, что я предаю подругу.