Примархи
Шрифт:
После этого, издав боевой рык, нефиллы разом подняли мечи и устремились к Льву, чтобы атаковать. Он не стал ждать их приближения, а вместо этого прыгнул навстречу врагу. Надежда в левой руке примарха парировала взмахи двух клинков, направленные ему в пах, в то время как Отчаяние пронзило шею одной из тварей, легко войдя в нематериальное тело.
Когда тварь взорвалась фонтаном крови, обливая пол и броню Льва темно-красным, он ощутил удар и дрожь от прошедшей по руке энергии. Оставшиеся существа, ничуть не пораженные странной смертью собрата, попытались окружить примарха.
Взвыли и затрещали болтеры, остальные Темные Ангелы изо всех сил старались помочь командиру. Взрывы болтов мало подействовали на нефилл, зато отвлекли их. Описав Надеждой
Парируя еще один выпад адского лезвия, Лев нанес косой удар и опустил Отчаяние на голову нефиллы, попытавшейся зайти сзади. Палаш расколол черный рог и рассек красную кожу: под плотью не оказалось черепа. Существо свалилось поверх багровой кучи своих уже мертвых собратьев. Через пару секунд, проведя серию ударов, Лев истребил уцелевших противников, и его броня оказалась залита липкой красной жижей. Невероятно, но эта жижа пахла кровью, хотя у тварей не было ни вен, ни артерий, ни сердец, способных ее перекачивать.
Встревоженный открытием, Лев окликнул охрану и приказал ей без промедления двигаться следом. Сам он пошел вперед, расплескивая кровавые лужи. По дороге примарх связался со Стением, который оставался в стратегиуме.
— Сколько времени уйдет на то, чтобы запустить двигатель, капитан?
Спустя несколько секунд пришел ответ:
— Менее двадцати минут, монсеньор. У нас возникли некоторые проблемы. Враг преследует инженеров варп-сердечника и рвется в реакторный отсек. Лорд Корсвейн и леди Фиана пытаются пробиться туда через кормовую палубу.
— Я встречу их в главном отсеке сердечника, капитан.
Лев перешел на бег и быстро оставил позади свой отряд Темных Ангелов.
Корсвейну было лишь чуть лучше от присутствия леди Фианы. Взгляд третьего глаза навигатора подавлял врага, однако сама она быстро уставала и между двумя атаками несколько минут отдыхала. В такие моменты Темным Ангелам приходилось защищать женщину при помощи обычного оружия: массированный огонь и, особенно, мощный выстрел из лазерной пушки могли уничтожить нефиллу. Впрочем, это было нелегко, отряд расходовал боеприпасы и энергетически модули с потрясающей скоростью. Добираясь до транспортеров и лестничных пролетов, которые вели к отсеку варп-сердечника, космодесантники потратили более половины обойм.
На своем двухкилометровом пути они сталкивались со все более многочисленными и ужасными противниками. Тут были парящие, подобные дискам, бестии, покрытые бритвенно-острыми когтями и с жадными ртами, которые могли в несколько мгновений прогрызть броню легионера. Встречались и шестиногие сущности с гигантскими, как у омаров, клешнями и с сочащимися ядом языками, похожими на бичи. Постоянно меняющиеся призраки со зловеще ухмыляющимися рожами на груди прыгали, крутились и испускали из кончиков пальцев колдовской огонь. Отряд Корсвейна, первоначально состоявший из двухсот Темных Ангелов, теперь сократился вдвое. Двадцать восемь воинов погибли или были отправлены в апотекарион, остальные перешли в арьергард, чтобы держать оборону против врага, способного материализоваться где угодно.
Сенешаль в сопровождении личной охраны спускался по главному трапу в недра машинных палуб, другие отряды тем временем разделились, чтобы зачистить второстепенные пути проникновения. На каждом шагу во множестве попадались убитые люди из экипажа корабля. Среди обезглавленных и выпотрошенных трупов были и легионеры. В их черной броне зияли дыры, ужасно изуродованная плоть мертвецов скорчилась. Корсвейн не понимал, чем нанесены такие страшные раны. Очутившись на нижней палубе, он в смятении еще крепче сжал рукоять болт-пистолета и силовой меч.
Здесь было пусто, если не считать распухших останков инженеров и слуг, их тела испускали
зловоние мертвечины. Водоводы высокого давления, кабели и трубы, проложенные вдоль стен коридора, оказались затронуты разрушением и гнилью, отмечены пятнами ржавчины, местами покрыты мхом и даже водорослями. Стений ни за что не допустил бы подобного убожества на своем корабле. Волей-неволей, но напрашивался вывод: обветшание стало побочным результатом присутствия нефиллы.Нечто похожее творилось уровнем ниже, враг не обнаружился и там. Собрав шестьдесят Темных Ангелов, Корсвейн приготовился к спуску на палубу варп-сердечника. Коридор и лестничные площадки, казалось, гудели от переполнявшей их энергии, но не только из-за реактора, питание которого обеспечивала эта зона корабля. Напряжение пронизывало даже воздух, мысли омрачала невидимая тень.
— Присутствие варпа тут почти абсолютное, — предупредила Фиана.
От усилий ее лицо застыло в напряженной гримасе, пот стекал по лбу и щекам, губы дрожали.
— Сигнала тревоги нет, иначе я подумала бы, что варп-сердечник разрушен.
— Сохранять бдительность, — приказал Корсвейн воинам и тут же понял, что это излишне, все и так находились на взводе. — Не расслабляйтесь, убивайте все, что движется.
Он повел отряд вниз, к сектору варп-сердечника. Стены здесь были покрыты металлом — толстым феррокритом с прослойками адамантия. Палуба имела овальную форму, главный коридор шел по периметру вокруг отсека сердечника, боковые коридоры вели к контрольным станциям и караульным помещениям.
Покойники лежали повсюду. Некоторые были страшно, до неузнаваемости искалечены и больше не походили на людей. Продвинувшись на сто метров, Корсвейн насчитал семь мертвых Темных Ангелов: судя по цвету брони, двое были технодесантниками. Ближняя дверь, через которую можно было добраться до варп-сердечника, теперь находилась на расстоянии пятидесяти метров. Близ нее груды мертвых тел оказались еще выше.
Позади прогремели выстрелы, в тот же миг из дверей отсека варп-сердечника хлынула волна нефилл. Они были одинаковыми, маленькие твари с лицами на груди, их противоестественная плоть сияла розовым светом. Существа прыгали и катились кувырком вдоль по коридору, искры и струйки пламени вырывались из кончиков растопыренных пальцев.
Темные Ангелы открыли огонь, град болтов встретил нефилл на пятидесятиметровой дистанции. Корсвейн несколько раз выстрелил из пистолета, поражая одну и ту же цель, пока, наконец, существо не треснуло, исторгнув из ран облако розового тумана. Вместо того чтобы упасть, нефилла принялась дрожать и бешено крутиться, вибрирующий крик вырвался из ее безгубого рта.
Корсвейн прекратил стрельбу, пораженный тем, что произошло дальше.
Розовая нефилла видоизменилась, отрастила дополнительную голову и разделилась надвое. Розовый окрас сменился фиолетовым, затем темно-синим, и два уменьшенных варианта прежнего существа с различимым треском получили самостоятельную жизнь. Угрожающе согнув пальцы, синие существа зарычали и, нахмурившись, уставились на атакующих космодесантников. То же самое произошло и с другими созданиями, попавшими под огонь. Они лишь разделились, чтобы возродиться в новых формах, розовый поток тварей стал розово-синим.
Стреляя в полуавтоматическом режиме, Корсвейн двинулся вперед с поднятым мечом. До синей массы врагов оставалось лишь несколько шагов, когда черный, иссушающий луч прошел мимо сенешаля. Это был взгляд третьего глаза леди Фианы. Он расчистил проход, проделав брешь в массе нефилл, и превратил их в синие и розовые искры, которые тут же рассеялись.
В пистолете Корсвейна закончились патроны, он взмахнул мечом и ударом силового клинка отсек протянутую руку ближайшей твари. Эффект получился странным. Движение меча не замедлилось, как это бывает, когда он попадает в плоть, не произошло и внезапного сотрясения, которое возникает от удара по броне. Ощущение походило на удар по воображаемой резине, которая под напором прогнулась, а затем обрела прежнюю форму.