Преодолей себя
Шрифт:
Как и Уорт, Зейн занимался жеребятами прямо с рождения, постепенно приучая их доверять людям и не бояться их.
— Дэйви, смотри! — радостно воскликнула Ханна. — Вон Москито, а это Имоджин. Привет вам! — Она весело замахала руками.
— Неужели она знает всех лошадей по именам? тихо спросила Дженни.
— Конечно. Зейн всегда брал ее с собой, и она знает гораздо больше, чем положено четырехлетнему ребенку.
— Хочу тебе заметить, что он очень изменился, сказала Дженни. — Я с трудом узнаю в нем человека, которого знала когда-то. Но безусловно, все, что случилось с
Элли сидела в кресле на крыльце и наслаждалась тихим осенним вечером.
Солнце уже скрылось за горами, но его красноватые лучи еще подсвечивали облака. Становилось прохладно.
— Папа, а Дэйви так испугался наших лошадей, зевая, сказала Ханна, свернувшись калачиком на коленях отца.
Зейн с улыбкой нежно гладил ее по голове, накручивая на пальцы рыжие локоны.
— Когда дедушка Бак брал тебя на родео, ты сначала испугалась клоунов, помнишь?
— Я же не знала, что это его друзья. И никогда не видела клоунов раньше.
— Милая, Дэйви просто не успел привыкнуть к лошадям. Он все время жил в большом городе, в котором машины, автобусы, метро. Только лошадей там нет.
— Что такое метро?
— Ну это поезда, которые идут под землей.
Глаза у девочки округлились, а Элли вернулась к своим грустным мыслям.
Как бы хорошо сейчас ни складывалась ситуация, она не могла повернуть время вспять. Пять лет назад захлопнулась дверь перед ее будущим, о котором она так мечтала, и этой счастливой мечте уже не суждено было сбыться никогда. Хотя Ким и умерла, Элли не могла забыть, что та была женой Зейна, что он занимался с ней любовью и имел от нее дочь. Факты — упрямая вещь, с ними трудно спорить.
У Элли не было выбора, когда Зейн разорвал помолвку, зато сейчас она могла выбирать. Сегодня, завтра, через неделю она может уехать и навсегда расстаться с ним, если захочет. Или, наоборот, остаться с Зейном, стать ему верной женой, заменить Ханне мать. Но это было, конечно, не то, о чем она мечтала.
— Элли, я хочу к тебе. — Девочка пересела к ней на колени. — Ты так приятно пахнешь. Совсем как мама. — Потом она обратилась к отцу:
— Папа, расскажи мне сказку про девочку.
— Нет, милая. Лучше я расскажу тебе про медведицу, которая отправилась со своими медвежатами в гости. Подозреваю, что Элли ее не знает.
— Нет, я хочу про девочку, как она стала мамой для птенчиков. Элли это тоже не знает.
Но Элли хорошо знала эту сказку. Она в изумлении уставилась на Зейна. Он отвел взгляд.
— Итак, жила-была девочка.
— Джейн Донут, — подсказала Ханна.
— Да, именно Джейн Донут. Однажды она возвращалась из школы домой на автобусе…
— Со своим братом и двумя сестрами.
— Кто рассказывает — ты или я? — Зейн притворно нахмурился.
Ханна захихикала.
— Ты, папа.
— Ну так слушай, а не перебивай. Итак, Джейн нашла…
— Птенчиков. Их папа и мама в это время играли с ангелами. — Малышка звонко захлопала в ладоши.
Конечно, Элли не могла не знать эту историю. Еще девочкой она выходила птенцов, которых нашла на дороге, возвращаясь из школы. Взрослых птиц съела кошка.
Когда Зейн закончил, Ханна
весело рассмеялась.— Папа знает столько сказок про эту Джейн. Она всегда помогала животным и птицам, потому что была очень добрая и любила их. Правда, папа?
— Она и сейчас их любит, милая.
— Так ты знаешь ее?
— Я любил ее.
— И я тоже, — решительно заметила девочка. — Мы оба очень любим ее, да?
Зейн не ответил на вопрос дочери. Он просто не знал, что сказать.
На следующее утро за завтраком Элли поняла, почему он промолчал.
Он сказал «любил», и это было в прошлом. Любовь. Как она ненавидела это слово! Означает ли это дрожь желания, когда мужчина как-то особенно смотрит на тебя? Или это непередаваемые ощущения восторга, когда он занимается с тобой любовью? А может быть, это тихие и спокойные вечера, когда тебе уютно в его обществе и ничего не надо говорить, а просто наслаждаться его присутствием?
Элли растерянно крутила кольцо на безымянном пальце.
— Ты почему-то никогда не спрашивала меня о нем, — сказал Зейн, пристально глядя на жену.
Она знала, что это кольцо принадлежало его прабабушке. И именно его Элли бросила в грязь, когда Зейн сообщил ей о предстоящей свадьбе с Ким.
Выходя замуж, она наотрез отказалась носить его, но Зейн убедил ее, заверив, что Ким Тэйлор оно никогда не принадлежало.
— Ты никогда не спрашивала меня, почему я купил ей другое, — продолжал Зейн.
— Мне казалось, ей хотелось что-то более современное.
— Ким никогда его не видела, это кольцо всегда было только твоим.
Элли взволнованно посмотрела на мужа, не зная, что ответить.
— Спасибо, что составила мне компанию за завтраком.
— Пожалуйста.
Она сама не понимала, почему встала так рано, чтобы приготовить ему яичницу с беконом. Зейн встал из-за стола.
— Сегодня у меня очень много дел, не знаю, когда вернусь. Если буду задерживаться, обедайте без меня. Желаю вам хорошо провести день.
— И тебе.
Как по-домашнему звучит их разговор! Но Зейн не уходил, продолжая смотреть на Элли. И ей вдруг захотелось броситься ему на шею, прильнуть губами к его рту и раствориться в дарившем такое наслаждение поцелуе. Она густо покраснела и поспешно опустила глаза, чтобы он не увидел промелькнувшего в них желания.
— Это самый лучший завтрак в моей жизни.
— Да ничего особенного, — смущенно пробормотала Элли, — просто я вспомнила, как ты любишь яичницу с беконом.
Но Зейн, подойдя к ней, взял ее за руку и заглянул в глаза.
— Спасибо, Элли.
И в следующую секунду он наклонился и поцеловал ее. Она забыла обо всем на свете и затаила дыхание. Его губы были такими теплыми и нежными и… такими требовательными.
Ресницы у Элли затрепетали, веки вдруг стали тяжелыми, и она закрыла глаза, поглаживая его шею. Кто бы мог подумать, что вкус кофе, яичницы и бекона может быть таким волнующим!
Нехотя оторвавшись от жены, Зейн прошептал:
— Будь они прокляты, эти дела! Если я не приеду вовремя, то Вэлли сам заявится сюда и будет немало удивлен, увидев, как мы с тобой занимаемся любовью прямо на столе.