Чтение онлайн

Он коснулся ледяными пальцами моей шеи, которая мгновенно обзавелась мурашками, и я вздрогнула.

— Что ты делаешь? — прошептала я, хотя меня куда больше интересовало то, зачем он это делал.

— Я сегодня лягу на диване, — сказал он, проигнорировав мой вопрос, но не переставая ласкать мою шею.

— Это то, чего ты хочешь?

Егор слегка улыбнулся, не отрывая взгляда от экрана.

— Это то, как будет правильно.

— Кому нужно то, что правильно, если это приносит боль?

Возможно мне стоило заткнуться.

Я уже столько раз натыкалась на стену «Правильно»

при общении с Егором, что должна была понять его намерения на счёт меня, но что-то заставляло меня то и дело наступать на те же грабли. Наверное эта была глупая детская надежда и примерно такая же любовь. Возможно я вообще его не любила, а лишь путалась в своих чувствах. Намного легче было думать, что кого-то любишь, чем признавать то, что ты не способна на такое прекрасное и светлое чувство.

Егор вздохнул и перестал меня касаться, от чего я начала чувствовать странную пустоту.

— Например, Марату, — предположил он.

— Ему всё равно на меня, — бросила я.

— Ты знаешь, что это не так, — уверено сказал он, не глядя на меня.

Я глубоко вдохнула, насыщая лёгкие кислородом, и кивнула.

По крайней мере я надеялась, что это не так.

— Егор, я уже не маленькая, — пробормотала я.

Он слегка усмехнулся и наконец повернулся ко мне, перестав делать вид, что заинтересован фильмом.

— Поверь, я знаю. Но тебе не кажется, что несколько месяцев назад ты сама сказала мне, что мы не можем быть вместе, потому что ты не хочешь разочаровывать Марата? — спросил он без обиды или злобы.

— Это месть за то, что я тебя отшила?

Егор рассмеялся и снова коснулся моей щеки своими длинными пальцами, я без стеснения прижалась к его ладони и закрыла глаза от теплоты его прикосновения.

— Мне бы никогда не пришло в голову мстить девочке, которая расплакалась от одного единственного поцелуя. Это кстати было очень странно, учитывая, что девочка сама же поцеловала меня, — сказал он с улыбкой в голосе, и я тоже улыбнулась, хотя и почувствовала, как жар прилил к щекам.

— Не правда, — возразила я, — это не я первая тебя поцеловала.

— Возможно ты просто забыла, но я вот всё помню прекрасно. И ты буквально набросилась на меня и поцеловала, даже не дав опомниться.

Ладно, возможно его слова были не так далеки от правды, и я действительно поцеловала его первая. Даже не знаю чем я думала в этот момент. Возможно ничем, ведь совсем недавно я рассталась с Вадимом и до сих пор чувствовала нависшее надо мной давление, мне просто хотелось сделать что-то, что никак не связано с ним.

— Помню, когда я увидел твои слёзы, начал сомневаться в своих способностях целоваться, — сказал Егор, улыбнувшись.

Я рассмеялась, прекрасно зная, что именно этого он и добивается. Он волшебно целовался и точно это знал.

В конце концов это был далеко не последний наш поцелуй. Мы зашли гораздо дальше одного поцелуи. И это так же, как и реакция Марата, начало меня пугать.

— Возможно нам стоило закончить на этом единственном поцелуе, — прошептала я, глядя в его медовые глаза.

Егор печально улыбнулся и покачал головой.

— Тогда бы я мечтал о продолжении и мучился от этого. Стало немного легче от того, что

ты объяснила, почему нам стоит держаться подальше друг от друга, хотя не могу сказать, что это было не больно.

Я не осознанно перевела взгляд с глаз Егора на его губы. Он слегка закусил нижнюю, будто удерживал себя от чего-то, что так сильно хотел сказать.

— Обещаешь не плакать, если я снова поцелую тебя? — спросил он, едва слышно.

Я кивнула, но Егор не двинулся ко мне, а просто смотрел мне в глаза.

— Когда вы с Маратом помиритесь, ты можешь снова пожалеть об этом, — сказал он, будто отговаривая самого себя, — ты же это понимаешь?

Я снова кивнула.

— Это не важно, — пробормотала его, а потом снова поцеловала его первая.

Когда наши губы соединились, я застонала с облегчением, потому что это было единственным, о чём я мечтала на протяжении месяцев с того момента, как он подарил мне поцелуй в последний раз.

Егор ласково обхватил моё лицо руками и слегка отодвинулся, но на его губах играла широкая улыбка.

— Я буду ужасным человеком, если скажу, что рад, что ты ушла из дома? — спросил он, глядя мне в глаза.

Я покачала головой, и Егор, облегчённо вздохнув, снова притянул меня к себе.

Эта ситуация была для меня доказательством того, что плюсы можно найти везде. Поцелуи Егора были плюсом. Одним гигантским плюсом, от которого по собственной воли я бы никогда не отказалась.

Вечером, когда я готовила целое ведро попкорна, слушая музыку доносившуюся из гостиной, в дверь позвонили.

— Кто это? — спросила я, когда Лера побежала открывать дверь.

— Кирилл, — ответила она, а потом замерла, в не уверенности глядя на меня, — я же тебе говорила, что мы обычно смотрим вместе?

Чёрт. Я чуть не ударила себя по голове.

Я совсем забыла, что это что-то вроде традиции. Просмотр фильмов посреди недели, что было вполне достойной заменой вечеринке, на которую все сегодня устремились. Кажется вечеринка три раза в неделю в нашем университете была нормой.

Я должна была понять, что мы будем не одни, когда с утра, пока я пыталась пить свой остывший кофе, она зашла на кухню и спросила:

— У нас все сегодня в силе?

Я попыталась взять себя в руки и сделать взгляд не таким затуманенным.

— Что именно?

— Фильм. Помнишь, я тебе предложила, а ты воскликнула: «Да, это хорошая идея, хочу запихать в себя что-нибудь вредное и поплакать над любовной историей», — весело передразнила она меня.

Я рассмеялась.

— Я уверена, что так не говорила, но я согласна.

Кажется в первый раз она говорила про это целую вечность назад, поэтому с утра у меня вылетело из головы, что Кирилл тоже будет с нами.

— Так ты ничего не имеешь против того, что мы будем не вдвоём? — спросила Лера, глядя на меня с надеждой.

Я покачала головой. Она слишком сильно пеклась обо мне и моём комфорте. Совсем не хотелось разрушать их традиции своей плохо памятью.

И, если говорить честно, я никогда не имела ничего против Кирилла.

— Если вы не будете при мне осквернять наш диван, то все нормально, — усмехнулся я.