Право На Счастье
Шрифт:
Фаша пристально посмотрела в голубые глаза мужчины.
– Не переживайте так.
– Ласково произнесли её губы.
– Мама непременно будет счастлива!
Мягкий поцелуй нежно сел на мужскую щёку и сильная ладонь поймала его тепло. В глазах высокого человека блеснул бисер и, чтобы скрыть это, мужчина быстро поставил девочку на небесные тёплые дорожки, слегка подталкивая к свободе и непринуждённо намекая:
– Пора!
– Берегите его!
– Убегая к своей мирской жизни, кричала Фаша.
– Он защитит Вас от гру-усти-и..
Маленькие ножки быстро приближали девочку к цели. Небесный туман
На Земле начинался рассвет. Огненные стрелы восходящего солнца смело били по поверхности остывшей за ночь земли, пробуждая и согревая её. Листья на деревьях шептались и с нетерпением ждали тёплой неги, чтобы поддерживать свою зелёную свежесть и увядающую молодость. Они с таким же трепетом желали небесной влаги, дарящей им вожделенную прохладу и жизнь. И это благо сходило на них в виде тёплого летнего дождя, что рождался в рыхлых серых тучах. Последние клубились высоко над землёй, пересекались, сталкивались с белыми облаками и падали на землю серебристым дождливым хрусталём.
Пролетая сквозь одну из таких серых туч, Фаша попала в круговорот прозрачных капель, которые бисером рассыпались на её лице, делая его мокрым и холодным. Капли суетились, сливались в потоки и казалось, девочка сейчас захлебнётся от этой воды. Она подняла руки, чтобы защитить свои глаза ладошками. И яркое воспоминание накрыло её с головой в этот миг.
– Не бойся!
– Успокаивал мамин нежный голос.
– Нам необходимо смыть шампунь. Твои волосики и головушка будут свежими и чистыми.
– Вода щиплет мне глазки!
– Плакала Фаша.
– Я не хочу мыть голову! А-а-а-а!
– Фаша, не кричи, пожалуйста. Ты напугаешь бедного Тусси.
– Уговаривала мама.
– Смотри, как он за тебя переживает!
– И мама лёгким кивком головы указывала на зайца, прижимающегося к стиральной машине и внимательно наблюдающего за Фашей.
– Закрой глазки ладошками и слегка приподними головушку. Вот так.
Пока мама аккуратно полоскала волосы, промывая их от воздушной пены ароматного шампуня, Фаша плакала, кричала, крутила головой и топала ногами.
– Ма-а-ма, не надо! Хва-а-атит!
– Не унималась Фаша.
А когда пушистое махровое полотенце опускалось на голову малышки, девочка затихала и довольно хлюпала своим носом. Мама ласково целовала дочь в спину и шею.
– Теперь уже можно открыть глазки.
– Говорил добрый голос мамы.
Фаша ещё какой-то миг стояла, прикрывая ладонями глаза, и слушала, как бьётся мамино сердце. Она чувствовала загадочную улыбку этой женщины и почти видела блеск в её красивых глазах. Глубоко вдыхая аромат,
прочно въевшийся в мамино домашнее платье, Фаша купалась в атмосфере заботы, любви и безграничного счастья.Вдруг скорость приближения к заданной цели увеличилась. Фаша поняла, что белоснежный длинный саван совсем намок и больше не держал её лёгкое тело в воздухе. Девочка зажмурилась, сжалась в маленький комок, ожидая столкновения с поверхностью земной коры, и стремительно понеслась вниз. Сознание, не успевая за душой, отделилось.
Вокруг образовалась плотная темнота.
Девочка убрала ладони, открыла глаза и сквозь сползающую туманную пелену разглядела огромную собачью морду. Она тихо лежала рядом с её лицом. Голова предательски болела, а в доме было ужасно душно. Фаша приподнялась и осмотрелась.
Тихая обстановка пустого дома пугала. За окном по-прежнему выл ветер и периодически стучал мелкими камнями в заклеенные окна. Полумрак, духота и сырость наполняли пространство. Настенные часы остановились, а отрывной календарь застыл на той дате, когда этот заколдованный дом был брошен его обитателями, спасающимися от надвигающегося шторма.
Девочка перевела взгляд на собаку. Её истерзанное тело с запёкшейся кровью на отдельных участках шерсти недвижимо лежало на полу. Грудная клетка еле поднималась, дыхание было прерывистым и тяжёлым. Шершавый нос оказался сухим и очень горячим.
Когда маленькие руки аккуратно смывали кровь и грязь с шерсти животного, пёс немного пошевелился и приоткрыл глаза.
– Как хорошо, что вы пришли в себя.
– Произнесла девочка, обращаясь к собаке.
– Давайте знакомиться. Я - Фаша. А вас как зовут? Дайте мне лапу!
– Продолжила малышка и протянула руку.
Пёс, словно понимая весь этот разговор, слегка шевельнул лапой, заскулил и хрипловатый слабый гав вышел из пасти.
– Очень приятно, Кай-син.
– Трепетно произнесла Фаша, читая стёртые буквы части небольшого сломанного медальона, показавшегося на шее пса.
– У вас красивое имя.
Девочка на мгновение замолчала, словно вспоминая какую-то информацию. Потом она ненадолго исчезла в комнате на втором этаже и после появилась в холле, едва держа огромную толстую книгу.
– В пе-ре-во-де с я-пон-ско-го Кай-син о-бо-зна-ча-ет "род-ствен-на-я ду-ша".
– Зачитали текст энциклопедии сухие потрескавшиеся губы девочки.
– И родство наше с вами, в нашем отчуждении от родных нам людей.
– С некоторым задумчивым удивлением добавила малышка.
Фаша тяжело вздохнула.
– Хотите есть, Кайсин?
Пёс лишь тихо моргнул глазами. Фаша быстро ушла в сторону кухни. Она долго гремела посудой, шуршала пакетами и хлопала дверцами. Когда она вновь появилась перед псом, её руки держали глубокую миску с молоком и упаковку медовых хлопьев под мышкой. Лицо улыбалось и над верхней губой смело белела молочная полоса.
– Молоко тёплое, но вкусное.
– Сказала девочка, обращаясь к собаке.
– А если туда ещё хлопьев добавить, то получается ещё вкуснее.
– Утвердительно заключила девочка и смело сыпанула приличную горсть хрустящего лакомства в миску, которая аккуратно приземлилась рядом с собачьей мордой.