Чтение онлайн

— Должно быть, ты приехал, чтобы осмотреть Филсогуд, — сказала Сьюзен, несказанно удивленная тем, что ее сердце вдруг дало сбой.

— Да, — ответил Марк, но не сделал попытки пройти к стойлу кобылы. — Выходит, то, что я слышал в городе, это не сплетни, — сказал он. — Поздравляю. — Он не сводил со Сьюзен серых глаз, но их выражение было непроницаемым.

— Спасибо, — ответила Сьюзен, уже не в первый раз ломая себе голову над тем, почему близость Марка Маршалла неизменно повергает ее в трепет.

Много лет назад она была безумно влюблена в этого

человека и слишком хорошо помнила те веселые, беззаботные дни, когда одного вида красивого и веселого Марка, дружившего с ее братьями Чарли и Майком, было достаточно для того, чтобы у нее участился пульс. В точности как сейчас.

— И когда ты ждешь ребенка?

— В середине ноября, — ответила она, жалея, что не успела пройти к стойлам. Близость лошадей всегда действовала на нее успокаивающе… в отличие от близости Марка Маршалла. Тем более от встречи с ним наедине.

— Сью! Так вот ты где! — воскликнул вовремя подоспевший Чарльз. — Ах, Марк, и ты здесь? По-моему, вы уже знакомы. Марк, помнишь мою сестру Сью?

— Да, я помню Сью, — ответил Марк.

Услышав в его голосе намек на улыбку, Сьюзен вспыхнула до корней волос. В памяти тут же возникли мельчайшие подробности их последнего свидания, закончившегося для нее плачевно.

— Прошу прощения, — сказал Марк, — но мне нужно осмотреть Филсогуд. Рад снова видеть тебя, Сью. — Он открыл дверь и прошел в стойло кобылы.

— Пойдем, сестренка. Я отведу тебя в дом. — Чарли взял Сьюзен под руку и вывел ее из конюшни во двор, освещенный ярким послеполуденным солнцем.

— Марк часто приезжает на ферму? — задумчиво спросила Сьюзен, идя по тропинке к воротам.

— Во время сезона скачек примерно раз в неделю. Кроме того, он регулярно осматривает жеребых кобыл, — охотно объяснил ей Чарльз.

— Наверно, сейчас он работает у Арчибальда Хоукинса, — сказала Сьюзен, вспомнив, что в то лето Марк проходил практику в местной ветеринарной лечебнице. В то самое лето, когда она заканчивала среднюю школу и совершила неслыханную и непоправимую глупость.

— Арчибальд Хоукинс ушел на пенсию и еще три с лишним года назад уехал к сестре в Бат, — ответил Чарльз. — Несколько лет Марк действительно работал у старика, а потом ветеринарная лечебница перешла к нему.

— Он женат? — небрежно спросила Сьюзен, не в силах побороть любопытство.

Ответ Чарльза был лаконичным:

— В разводе.

Сьюзен слегка испуганно посмотрела на брата, когда тот, кулаком по пульту охранной сигнализации и открыл ворота настежь.

— Марк не любит говорить об этом, — продолжил Чарльз, когда они пошли вверх по тропинке. — У него дочь, Кэрол. Обворожительное существо. Ей четыре года.

— И часто он ее видит?

— Каждый день, — небрежно ответил Чарльз. — После развода дочь осталась с ним, — объяснил он. — Ты должна помнить его жену, Мэгги Хейвуд. Она училась с тобой в одной школе, но была на два класса старше.

Сьюзен свела брови, наморщила лоб и вспомнила эту эффектную блондинку, бессменную приму их школьного драматического кружка.

—

А разве Мэгги не уехала в Лондон? Она же мечтала выступать на сцене!

— Ты права, — подтвердил Чарльз. — Но особого успеха на театральном поприще она не добилась и вернулась домой незадолго до кончины своей матери. Думаю, именно тогда она и подцепила Марка.

— Понятно.

— Однако стремление к артистической карьере в ней не умерло. Через несколько дней после рождения Кэрол она собрала вещички и вновь отправилась покорять Лондон.

— Должно быть, Марку пришлось нелегко. Один с грудным ребенком, о котором нужно заботиться… — негромко пробормотала Сьюзен.

— Он не из тех, кто жалуется, — сказал Чарльз. — Но можешь мне поверить, жаловаться ему есть на что. Не представляю себе, как он умудряется справляться с лечебницей и одновременно один воспитывать ребенка.

— Не он первый, не он последний. Многие совмещают работу с семейной жизнью, — возразила Сьюзен. Как ни странно, жалеть Марка ей не хотелось.

— Это верно. Но он недавно говорил мне, что никак не может найти замену регистраторше, которая уволилась месяц назад. Поместил объявления в нескольких газетах, однако до сих пор никто не откликнулся.

Они добрались до лестницы, которая вела на широкую галерею, окаймлявшую двухэтажный сельский дом.

— Ладно, хватит о Марке. Меня куда больше интересуешь ты, — продолжил Чарльз. — Ты провела здесь целую неделю, но я не слышал от тебя ни слова, — чуть лукаво сказал он. — Да, верно, в июне у нас не было возможности поговорить из-за свадьбы и всего остального, но ведь тогда ты уже была беременна, верно? Так почему же ничего не сказала нам?

Сьюзен широко улыбнулась.

— Потому, дурачок, что это был день твоей свадьбы с Дженнифер, а я не хотела отнимать у тебя лавры, — поддразнила она брата.

На самом деле в то время Сьюзен было о чем подумать. И не в последнюю очередь о том, что, перед тем как прилететь из Бостона на свадьбу брата, она рассталась с Питером Макдермоттом, отцом ее ребенка.

Сьюзен была несказанно рада тому, что шум и суета вокруг свадьбы Чарльза отвлекли от нее внимание. Она была всего лишь на третьем месяце, живота у нее почти не было, беременность не бросалась в глаза, а сообщать новость окружающим Сьюзен не слишком рвалась, потому что сама пыталась привыкнуть к этой мысли.

Когда врач сказал Сьюзен, что причиной ее постоянной тошноты является вовсе не осложнение после гриппа, как ей казалось, а объясняется самой естественной из возможных причин, молодая женщина сначала не поверила своим ушам, а потом ударилась в панику.

Поскольку Сьюзен была самой младшей в семье, она редко сталкивалась с младенцами. И даже в студенческие годы никогда не подрабатывала, присматривая за маленькими детьми. Всю жизнь для нее главным была ее профессия; именно поэтому она так быстро двигалась по служебной лестнице. Многие ее подруги выходили замуж, рожали детей, но для Сьюзен стремление создать семью отнюдь не стояло во главе угла.