Правила игры
Шрифт:
* зомби пятого уровня иначе зовутся умертвиями. Помимо невероятной регенерации умертвия обладают зачатками примитивного разума, достаточными, чтоб неплохо обучиться фехтованию. Они не могут отращивать конечности, но приставленные на место руки, ноги и голова тут же прирастают. Умертвия считаются элитными некросолдатами.
Не смотря на различия все зомби обладают двумя общими чертами – неутолимым голодом и абсолютной покорностью создателю.
Морты не являются зомби, так как обладают свободой воли и отсутствием ненормированного аппетита. Тем не менее морт, давший клятву создателю, не может её нарушить.
Так же существуют личи. Лич отличается от морта лишь тем, что он абсолютно бессмертен и может восстановить свою плоть даже после полного сожжения или иного уничтожения оной. Стать личем может только очень сильный маг, добровольно
Кроме различного рода восставшей из могил нежити некромант владеет искусством некропластики, позволяющим творить из мертвой плоти любые плоды его воображения. Как объяснил Джосу Хлюсерон, благодаря этой способности он способен создать нежить любой формы и размера.
Стакх обладал неисчислимым множеством талантов, поэтому беседы были очень интересными и познавательными для старика. Вообще же за довольно короткий период знакомства Джос и Хлюсерон очень сильно сдружились, и порой им казалось, что они знакомы не один год.
Между тем старик продолжал удивлять стакха своими талантами. Когда некромант предложил немного потренироваться во владении мечем кладбищенский смотритель легко согласился, но каково же было удивление стакха, когда старик сбросил свою куртку и оголил торс. У смотрителя оказалось сильное жилистое тело с упругими рельефными мускулами, а на левом предплечье красовались белая, красная и зеленая боевые ленты, каждая с тремя черными поперечными линиями, свидетельствующими о том, что кладбищенский смотритель обладает рангом боец с тремя видами оружия.
– Ого, – уважительно протянул стакх. Сам он давно превзошел ранги хамодо по владению всеми видами мечей и топоров, а остальными видами оружия не увлекался. – Где ты умудрился заработать эти ленты?
– Ха, места надо знать, господин хороший, – шутливо ответил Джос и, взяв предложенную Хлюсероном для тренировки палку, встал в стойку.
Обменявшись несколькими пробными ударами, новые друзья, а друг друга они теперь воспринимали только как друзей, приступили к настоящему тренировочному поединку. Безусловно, как мечник некромант был намного сильнее старика, но и Джосу было что показать и чем удивить противника. Палки, на которых тренировались некромант и смотритель, были для последнего одним из "родных" оружий, за что он и носил красную боевую ленту, а некромант владел только техникой меча и не знал многих нюансов использования палки. Тренировка получилась очень интересной не только для друзей, но и для мортов, собравшихся поглядеть зрелище.
– И всё-таки, где ты умудрился получить боевые ленты? – спросил стакх после тренировки.
– Ну, – начал свой рассказ Джос, – работа смотрителя кладбища, особенно такого как моё, позволяет незаметно отлучаться на довольно долгое время. Когда не стало Лисы и Талии, я больше двух лет просидел на кладбище безвылазно, а потом здесь как-то проходили наемники из Муртака и остановились у меня переночевать. Ребята оказались веселыми и довольно добрыми, что, скажу я тебе, редко встречается среди наемников. Они-то меня и уговорили вступить в братство наемников. Горе моё к тому моменту хоть и утихло, но не прошло, и я не знал, куда себя деть, поэтому решил, что это занятие вполне способно немного развеять мою печаль, а если где сложу свою голову, то быстрее встречусь с семьей. – Джос вздохнул и продолжил. – С тех пор я периодически отлучался с кладбища. Больших заказов я никогда не брал и рассчитывал так, чтоб вернуться на кладбище не позже чем через месяц. За годы службы наемником я заработал пару мелких ранений, три боевых ленты военный опыт, уважение наемников и позывной Могила, так что мне есть чем тебя удивить.
– Ладно, пошли, помолимся, и ужинать, – предложил стакх. При упоминании молитвы он ехидно ухмыльнулся. – На ужин Тиморк обещал что-то необычное, как он выразился, – "за удовольствие лицезреть мастеров боя мастер кулинарии доставит им удовольствие".
– Ха, – обрадовался старик, – так это ж замечательно! Надо поскорее отмолиться и на ужин.
– Рад бы с тобой согласиться, друг мой, но, к сожалению, эти приверженцы гнусного бога насочиняли кучу бестолковых церемоний, которых нам придется придерживаться с целью соблюдения конспирации. – Оба вздохнули,
переглянулись и отправились на вечернюю молитву.Поздним вечером после молитвы и ужина, который действительно выдался на славу, друзья сидели на балконе дома Джоса и любовались безоблачным звездным небом. Под балконом сверчали цикады, а из-за дома раздавался мерный шум стройки. Оба молчали и попивали прекрасное латопское вино.
Глава 17. Сердце феникса.
Я бродил по магическому полигону, на котором мы бегали в первый день моего пребывания в Сармонтазаре, и в буквальном смысле пинал буи. Создавать то, что у нас в народе принято пинать от безделья, мне показалось чересчур пошлым, но что-то попинать было нужно. С одной стороны я таким нехитрым способом сбрасывал свою злость, с другой – это помогало мне отвлечься от бестолковых мыслей и сосредоточиться на главном.
Безусловно, в моей ситуации главным является всё, что только ни назови. Куда ни ткни пальцем, одни проблемы и ни единого решения, поэтому даже мой ныне ускоренный и усовершенствованный мозг не в состоянии справиться со всем. Но, тем не менее, даже среди моих исключительно глобальных и неразрешимых проблем есть приоритетные. И самой важной проблемой сейчас стала необходимость куда-то деть прорву магической энергии, причем желательно при этом не уничтожить окружающее меня пространство.
Как только я узнал от Парадокса о необычных свойствах своего глобуса, тут же потребовал заняться решением вопроса вливания в него излишков моих сил. Ввиду моей невероятной настойчивости эксперименты по вливанию маны в сферу было решено начать незамедлительно. Парадокс заранее предвидел вероятность разрушительных последствий от предстоящих опытов, поэтому мы отправились туда, где подобные последствия будут минимальны, на этот самый магический полигон, где я всё еще нахожусь. Здесь с легкостью можно создать любые условия эксперимента и окружающей обстановки, что гарантирует относительную безопасность. Как показало время, такая предосторожность со стороны гнома оказалась отнюдь не лишней, иначе бы от самого поместья могло не остаться и фундамента.
Первые же наши попытки напитать шар маной наткнулись на непреодолимое препятствие. Точнее препятствие было лишь для меня, в то время как Парадоксу не составляло никакого труда вливать в шар свою энергию. Глобус словно сверхмощный вакуумный насос втягивал в себя любое направленное на него магическое воздействие, а любые другие магические эманации даже не воспринимал. С одной стороны такую ситуацию нельзя было не предвидеть, ведь иначе бы невинный металлический глобус мог в довольно короткие сроки избавить любой мир от магии. Но с другой стороны меня такой результат совершенно не устраивал.
Все мои попытки воздействовать на шар при помощи чудес приводили к серьезным разрушениям окружающей обстановки, в то время как сам шар оставался равнодушен ко всему. Единственным способом напитки шара энергией оставалась возможность использования магических структур, но их создание мне пока было не под силу.
– Да не волнуйся ты так, – успокаивал меня гном, – ты невероятно быстро учишься и уже через пару месяцев станешь колдовать не хуже Сарга.
На эти слова я лишь усмехнулся и ничего не ответил, ведь Парадокс и сам прекрасно знал, что буквально через три недели мне предстоит сразиться с одним из стакхов. Но даже предстоящий поединок меня не так уж сильно страшил, потому как излишки маны во мне грозили пересечь критическую точку уже через неделю.
– Ну, если уж всё будет так плохо, то отправим тебя куда-нибудь поближе к центру Океана Трех Стихий и там ты создашь несколько своих ужасающих чудес. – Продолжал подбадривать меня наставник. – По крайней мере там ты никого не заденешь и не привлечешь излишнего внимания. А пока давай немного отвлечемся от этой железяки и займемся фехтованием.
Эта идея пришлась мне по душе. Хотя… а есть ли душа у бога? Наверное, всё таки есть, раз уж я воскрес.
Я с радостью нацепил на себя обруч, управляющий полигоном, и создал прекрасно оснащенный фехтовальный зал. Выбрав себе в качестве оружия удобный полуторный меч я встал в стойку. Напротив встал Парадокс с двумя парными эльфийскими клинками и мы закружились в смертельном танце. М-дя… Если быть совсем уж честным, то танцевал только мой наставник, в то время как я нелепо прыгал и дергался, пытаясь изобразить подобие мастерства.