Практикант
Шрифт:
Следующий вызов пришел сразу после обеда. Я только успел дожевать куриную грудку под сырно-чесночным соусом с запеченным картофелем, которого в этом мире еще не было, и запить это все бутылочкой пивка. На этот раз, наученный предыдущим опытом, я не стал сопротивляться, и меня безболезненно втянуло в небольшую, всего в человеческий рост, деревянную статую, которая располагалась в маленьком храме, сложенном из ошкуренных бревен. Рассеянный солнечный луч проник сквозь овальную дыру в потолке и теперь весело скакал по деревянному полу, давая сумеречный свет. Вокруг было чистенько, но бедненько. Я скосил глаза и заметил возвышающиеся рядом деревянные мужские и женские
– Деда, покровительница тебя не слышит, - угрюмо буркнул кто-то ломающимся подростковым голосом.
– Никто из богов нас не слышит. Зачем им бедняки? Они, небося, только в богатые храмы приходят, где статуи из чистого золота. А что с нас взять? Даже свечей нет. Плюнь ты на нее! Пойдем домой.
– Цыц, малец! Пресветлая не заслужила таких слов! Она твоего батьку нам с бабкой подарила.
– Большое дело, - тихо шепнул сидящий на корточках в темном углу вихрастый худой мальчишка. Дед его не услышал, и он добавил громче, - так с тех пор она ни разу и не появилась. Видать, вы ее с бабой Маней плохо отблагодарили.
– Кабанчика в ее честь зарезали, - дед с кряхтением встал с колен.
– Последняя надежда у меня на тебя, Пресветлая, была, - проговорил он, глядя подслеповатыми глазами в мое лицо, - да, видать, зря понадеялся.
– Боги давно нас оставили. Идем, деда.
Парнишка подставил плечо, на которое старик оперся, и повел деда к выходу. Я легко соскочил с пьедестала, меняя спортивный наряд на строгий серый костюм.
– Эй, дед!
– окликнул старика.
Оба оглянулись одновременно, и, если на удивленном лице пожилого мужчины появилась улыбка облегчения, то парнишка от неожиданности споткнулся и чуть не уронил деда. Я едва успел придержать того за плечо. Мальчишка вылупился на меня ошалевшими от страха глазами и, тихонько заскулив, осел на землю. Мы с дедом с удивлением смотрели на подростка.
– Чего это он?
– не понял я.
– Не обижайся, молод он, никогда еще демонов не видел.
– А ты, выходит, видел?
– поинтересовался я, создавая кружку с холодной водой и с удовольствием выливая ее на лицо слабонервного пацана.
– Я долго живу, много видел, помирать не страшно. Тебя Пресветлая прислала, или ты по души наши явился?
– А какой вариант тебе больше нравится?
– Ну, дык, первый, конечно. Только как это?
– дед пожевал губы.
– Я и не припомню, чтоб Пресветлая сама являлась, али слугу своего присылала, обычно знак какой подает, что просьбу услышала. А тут....
– Дед, скажу тебе по огромному секрету, я и есть Пресветлая. Просто надоело в платье ходить, вот решил сменить амплуа.
Дед поморгал, переваривая услышанное, и глубокомысленно изрек:
– Когда Отец богов создал мужчину, все веселились и отдыхали, а когда сотворил женщину - мир потерял покой. В штанах-то оно сподручнее. А рога и хвост зачем?
– А по приколу! Ты чего меня дернул, старик? По делу, или просто побазарить охота?
Дед покачал головой.
– Мудрено ты говоришь, Пресветлый.
– Зови меня Соль. Проблемы какие спрашиваю?
Дед посмурнел, моментально став еще старше.
– Пойдем, покажу.
Но, прежде чем мы успели дойти до
двери, мимо нас пронесся парнишка и выскочил за двери, мелькая грязными пятками.Дед только головой покачал и зашаркал к выходу.
– Отец, ты бы палку взял, легче бы ходить было.
– Взял бы, если бы палки в селе остались, - глухо сообщил дед, тяжело ступая по деревянному полу, - да сам сейчас все увидишь.
Я, не думая, создал дубовый посох и вручил его деду. Однако, вместо слов благодарности заработал косой взгляд, но посох старик взял. Мы вышли на улицу. Солнце уже перевалило за середину небосклона и медленно уходило в сторону виднеющихся синих гор. Воздух был сухой и горячий, а вокруг...
– Зудеть-колотить! У вас что, Мамай прошел?
Мы стояли посреди большого села на зеленой лужайке, в центре которой находился деревянный храм Всех Богов, а вокруг простилалась черная пустыня. Ни одного дерева, ни одной травинки, только голая растрескавшаяся черная земля и серые, словно обгоревшие, деревенские дома. Не лаяли собаки, не шныряли под ногами наглые петухи и тупые куры, не грелись на солнце ленивые кошки, не летали птицы. Даже назойливых мух не было. Но самое непривычное, что бросалось в глаза, - это было отсутствие вездесущих детей.
Нервный внук деда, по-видимому, успел сообщить односельчанам о явлении меня красивого народу, потому что нас уже ждали худые угрюмые люди с настороженными взглядами. Человек сто. Немаленькая такая толпа.
– Пресветлая нас услышала и прислала своего...- дед запнулся, но быстро нашел выход из положения, - слугу, - громко сообщил он сельчанам. Народ безмолвствовал. Мне стало неуютно.
– Вот, господин мне посох дал. Прям из воздуха достал! И он еще не исчез!
Раздался тихий шепот. Вдруг одна из женщин упала на колени и поползла в мою сторону.
– Спаси, спаси деток!
Следом за нею все бабы рухнули на землю, и через минуту я стоял в кругу воющих и рыдающих женщин, которые старательно рвали меня на сувениры. Нужно было срочно что-то делать, пока эти истерички не превратили мой костюм от Армани в национальную юбочку папуасов.
– А ну всссе наззззад, - раздалось шипение со стороны моей головы, - иначчче я ззза сссебя не отвечччаю...
Бабы отхлынули в стороны, а я быстро отскочил за спину вызвавшего меня деда. Может, и не очень храбро, зато безопасно. Не драться же мне с женщинами, особенно с женщинами не в себе.
– Спасибо, Белочка. А теперь, кто-нибудь мне объяснит, что здесь произошло и что вы от меня хотите?
Вперед вышел высокий плечистый, но изможденный мужик. Он стянул с головы шапку и низко поклонился.
– Тавр Сокол я, голова местный. А это Стеш Сокол, - он кивнул на деда, - батя мой, значится. Мы тут на Окраине спокон веку живем. Род наш идет от Курима Сокола. Да тут, почитай, пол села от него род ведет. Сюда на Окраину с начала времен уходили все, кому свобода дорога была. И беглые и рабы, и искатели лучшей жизни. Места тут хорошие, земли плодородные - дикие, озера с рыбой, леса...
– И как такие замечательные земли еще никто под себя не подмял из власть имущих?
– Окраина входит в состав империи, да только нас не трогают, нелюдей здесь много, вот на эти земли ни один барон и не претендует. На севере орочьи да ночных горы, на востоке лесные эльфы, чуть дальше, у предгорий, карлики свой город в земле вырыли, говорят, ближе к большой воде троллей видали, да не знаю, сам не встречал, врать не буду. Опять же, вампирьи гнезда, драконы, нежить всяческая не делают эти места привлекательными для господ.