Чтение онлайн

Пожилой смуглый и седой мужчина взглянул на него с экрана. У него было тонкое лицо и крупный череп астера. В акценте звучал намек на Цереру.

«Капитан Холден, — заговорил он с первой секунды записи. — Фред Джонсон уведомил нас о вашем прибытии, и я хочу поблагодарить вас за помощь. Меня зовут Казим Андрада, я капитан независимого корабля „Барбапиккола“. Позвольте объяснить вам положение дел на данный момент».

— Вот так нормально, — бурчал Амос, откидывая дымящиеся спагетти на дуршлаг. Холден подал ему миску красного соуса, который до того помешивал, и прислонился к кухонному столу, чтобы досмотреть запись.

«Четыре месяца назад колония наконец наладила работу рудника. За прошедшее время мы

добыли несколько сот тонн сырой руды. По нашей оценке, это должно дать после очистки не меньше дюжины тонн лития. Достаточно, чтобы закупить оборудование, медикаменты, почву и семена — все, в чем нуждается колония для настоящего самообеспечения».

Наоми вошла в камбуз, торопливо печатая на своем терминале.

— Вкусно пахнет, я… — она замолчала, заметив видео, и тоже села смотреть.

«„Эдвард Израэль“, — продолжал капитан Андрада, — заявил, что не позволит нам покинуть орбиту до окончания разбирательства. „Роял-Чартер“ считает, что, пока кто-то не рассудит иначе, этот литий принадлежит им. Вам прежде всего следует снять блокаду, чтобы мы могли доставить руду на обогатительный завод Паллады, где уже выстроились в очередь покупатели».

— Ого, — заметил Амос, грохнув на стол большие миски с пастой и соусом. — Вот чем мы должны заниматься?

Холден включил обратную перемотку.

— Звучит в приказном тоне, а?

— Он из АВП, — сказала Наоми, — и думает, что ты здесь — рука Фреда Джонсона.

— У меня от этого типа несварение желудка, — проворчал Холден, выключая запись. — Остальную кучу разгребу после еды.

Назавтра его ждали еще пять записей. Капитан «Эдварда Израэля» — Марвик, пожилой землянин с пламенно-рыжими волосами и британским выговором, — потребовал, чтобы Холден поддержал РЧЭ, деактивировав двигатели «Барбапикколы» в случае, если грузовик попробует покинуть систему. Фред прислал наилучшие пожелания и напомнил, что Авасарала грозит пренеприятнейшими последствиями, если миссия сорвется. Различные новостные агентства просили об интервью — среди прочих Моника Стюарт обратилась с личной просьбой о встрече в живом эфире после возвращения.

Миллер смотрел записи через плечо Холдена, пока в комнату не вошла Наоми — тогда детектив рассыпался голубыми искорками.

— По-моему, Монике ты нравишься, — подмигнула Наоми и шлепнулась на двойной амортизатор, который пара использовала вместо кровати. — Алекс через десять минут даст полную тягу. Желаю умереть.

— Моника ради интервью и с ящером будет флиртовать. Алексу скажи, чтобы погодил еще полчаса, я собираюсь ответить, а ты подожди, пока я схожу за пистолетом.

Наоми со стоном привстала.

— Принесу кофе, пока ты заряжаешь.

— Не уходи. — Холден выставил руку, удерживая Наоми. — Не хочу записывать ответы с Миллером за спиной.

— Он же только у тебя в голове, — напомнила она и все-таки села. — На записи он не отражается.

— Ты вправду думаешь, что мне от этого легче?

Наоми переползла на другую сторону кровати, свернулась рядом, пристроив голову ему на грудь. Холден дернул ее за прядь волос и успокоенно вздохнул.

— Я предпочитаю долгие перелеты без этих сумасшедших перегрузок, — сказала она. — Делать нечего, валяйся весь день в постели, читай или слушай музыку. Слава утомляет.

— Однако она же принесла нам богатство.

— А могли бы продать корабль и наняться снова в «Чисто-Прозрачно». Таскать лед с Сатурна…

Холден молчал, играя ее волосами. Она шутила. Оба знали, что к прежнему вернуться нельзя. Ему уже не быть старпомом, а ей — старшим механиком на барже, до которой никому во всей вселенной нет дела, если только та не запоздает с доставкой льда. Безвестные люди, незаметная жизнь…

Только кому теперь нужна «Чисто-Прозрачно», когда воды и воздуха полно в тысяче новых миров?

— Ты там без меня обойдешься? — спросила Наоми.

Колонисты с Ганимеда, прежде чем высадиться на Илос, месяцами жили на «Барбапикколе». Нагружали кости и мускулы гормонами, тренировались на полной g, чтобы приспособить астерские тела к гравитации, превосходящей земную. У Наоми не было ни времени, ни желания радикально перестраивать свою физиологию ради одного задания. Холден доказывал, что зато потом она могла бы вернуться с ним на Землю. Она возражала, что на Землю все равно не собирается ни в коем случае. На этом они и остановились, но размолвка еще саднила.

— Не обойдусь, — ответил он, решив не возвращаться к спору, — но придется.

— Амос за тобой присмотрит.

— Потрясающе! — кивнул Холден. — Меня забрасывают в самую горячую точку двух систем, а вместо самой умной головы на свете под рукой будет верзила, всегда готовый ввязаться в пьяную драку.

— Может, и он пригодится, — сказала Наоми, обводя пальцем нажитые Холденом за последние пару лет шрамы. Задержала руку на животе, где темнело пятно. — Таблетки от рака принимаешь?

— Каждый день. — «И буду до конца жизни» подразумевалось без слов.

— Когда высадишься, обратись к их врачу.

— Хорошо.

— Они тебя используют, — сказала Наоми так, словно разговор шел об этом с самого начала.

— Понимаю.

— Они знают, что ничего хорошего ждать не приходится. Любое решение оставит кого-то недовольным и обиженным. Потому и послали тебя. Самый подходящий козел отпущения. Тебя наняли как человека, который ничего не станет скрывать, но именно потому на тебя проще всего будет свалить неизбежный провал переговоров.

— Если бы я считал провал неизбежным, не взялся бы за эту работу, — возразил Холден. — И почему наняли меня, мне известно. Уж точно не за высокую квалификацию. Но я и не такой идиот, как им кажется. Думаю, я успел выучить несколько новых трюков.

Наоми дотянулась и выдернула у него волосок с виска. Холден и охнуть не успел — волосок оказался у него перед носом. Седой, как зола.

— Старый ты пес [9] , — сказала Наоми.

Перелет к Илосу изматывал не только долгими периодами на высокой тяге. Каждый раз, когда «Росинант» переходил на терпимое ускорение, чтобы команда могла поесть и заняться профилактикой, Холден обнаруживал десятки сообщений, на которые надо было отвечать. Капитан «Эдварда Израэля» все настойчивей требовал, чтобы Холден пригрозил капитану «Барбапикколы». Колонисты и астеры на орбите все настойчивей требовали освобождения своего корабля. Каждая из сторон винила другую в эскалации конфликта, хотя, на взгляд Холдена, тот факт, что до сих пор только колонисты прибегли к кровопролитию, говорил не в их пользу.

Однако их аргумент — что только продажа лития обеспечит жизнеспособность колонии, а блокада грозит им голодной смертью — выглядел веским. РЧЭ же продолжала настаивать, что, согласно лицензии ООН, права на разработку и на груз лития принадлежат им.

— Нас ждут тысячи неразведанных миров, а мы по-прежнему деремся за ресурсы, — произнес Холден, ни к кому не обращаясь, когда досмотрел особенно длинное и гневное сообщение от юриста с «Израэля».

Алекс, сидевший рядом, за рабочей панелью, отозвался: