Чтение онлайн

Металл, рождённый шлаковой рудой,

В отменнейшее золото. Меж тем

Праматерь в чаши сладкое питьё

Струила, услужая за столом

Нагая. О, достойная Эдема

Невинность! Если Божьи Сыновья

Влюблялись некогда, то только здесь

Простительной была бы эта страсть;

Но вожделенье чуждо их сердцам

И ревность — ад обманутой любви.

Когда питьём и лакомой едой

Они насытились, не отягчась,

Адаму вздумалось не упустить

Благоприятный случай и узнать

В

беседе этой важной о ином,

Нездешнем мире и о существах

Небесных, столь его превосходящих

Во всем, чьи лики излучают свет

Божественный, чья затмевает мощь

Людские силы. Так сообразив,

Он вопросил посланника Небес:

"— О приближённый Божий! Сознаю,

Как Человека ты почтил, сойдя

Под этот скромный кров и от земных

Вкусив плодов, которые отнюдь

Не пища Ангелов; ты их вкушал

С такой охотой, будто на пирах

Небесных не вкушал от лучших яств;

Их разве можно с нашими сравнить?"

Крылатый Иерарх сказал: "— Адам!

Един Господь; всє только от Него

Исходит и к Нему приходит вновь,

Поскольку от добра не отреклось.

Всє из единого правещества,

В обличиях различных, безупречно

Сотворено; различных степеней

Субстанция уделена вещам,

Так, на различных уровнях дана

И жизнь — живым созданиям; они

Тем чище, утонченней и духовней,

Чем пребывают ближе к Божеству,

Чем истовей, на поприщах своих,

К Нему стремятся; всяческая плоть

По мере сил способна духом стать.

Так с лёгкостью восходит от корней

Зелёный стебель и растит листву

Воздушнейшую, а за ней — цветок —

Верх совершенства, издающий дух

Пахучий; так цветок и плод его -

Усвоенная Человеком снедь,-

В нем совершенствуются, обратясь

Духовностью живительной, равно

Животной и разумной; жизнь творят,

Сознанье, смысл, воображенье, чувство,

От коих разум черпает душа

Двоякий: первый — в логике силён,

Другой асе — в созерцанье. У людей

Преобладает первый, нам присущ

Второй; у них одна и та же суть,

Различна только мера. Не дивись,

Что блага, вам вручённые Творцом,

Не отвергаю, но, переварив,

Преображаю в собственный состав.

В свой срок, возможно, люди перейдут

На пищу Ангельскую, не сочтя

Её чрезмерно лёгкой. При таком

Питанье, верно, станут их тела

Со временем субстанцией духовной

И нам в подобье, окрылясь, взлетят

В эфир; и по желанью — обитать

В Раю небесном будут или здесь.

Все это исполнимо, если вы

Покорство соблюдёте и любовь

Незыблемую к вашему Творцу.

Пока же наслаждайтесь полнотой

Блаженства, вам доступного; вместить

Иное, вящее, — вам не в подъем".

Людского

рода Патриарх сказал:

"— Ты дивно обозначил правый путь,

Последуя которому пройти

Всю лестницу Природы разум наш

От центра до окружности способен;

И в лицезрении Господних дел

Мы, шаг за шагом, можем вознестись

К Создателю. Но молви — что твоё

Остереженье значит: "Если вы

Покорство соблюдёте?" Как возможно

Ослушаться и разлюбить Творца,

Из праха нас воздвигшего, в Раю

Устроившего, средь безмерных благ,

Превысивших все то, что Человек

Способен пожелать и восприять!"

"— Знай, сын Земли и Неба! — молвил Гость,-

По милости Господней ты блажен,

Продленье же блаженства от тебя

Зависит, — от покорности твоей.

Вот суть остереженья: твёрдым будь!

Ты создан совершённым, но превратным,

Ты создан праведным, но сохранить

В себе добро — ты властен только сам,

Зане свободной волей одарён,

Судьбе не подчинённой или строгой

Необходимости. Желает Бог

Покорства добровольного, отнюдь

Не приказного; никогда Господь

Его не примет. Да и как принять?

Как в сердце несвободном различить -

С охотою иль подъяремно служит,

Лишь поневоле, ибо так велит

Судьба и выбора иного нет?

Я сам и Ангелы, что предстоят

Престолу Божию, блаженство длим

Подобно вам, поскольку мы верны

Покорству: нет у нас других порук.

Свободно служим Богу из любви

Свободной. Мы вольны Его любить

Иль не любить, сберечься или пасть.

Ведь пали некие благодаря

Ослушеству; их в глубочайший Ад

С Небес низверг Всевышний. О, паденье

С высот блаженства в бездну адских мук!"

Наш Предок молвил так: "— Твои слова,

Наставник дивный, выслушаны мной

С вниманьем глубочайшим; эта речь

Мне слаще херувимских голосов,

Поющих гимны горние в ночи

С холмов окрестных. Ведаю равно,

Что в действиях, в желаньях сотворён

Свободным; но уверен, что любовь

К Творцу и праведный Его завет

Покорства — не забуду никогда.

Так мыслил прежде, мыслю и теперь.

Но то, что в Небе, по твоим словам,

Произошло, — сомнение родит

Во мне, но пуще — жажду услыхать,

Коль ты изволишь, полный пересказ.

Он, верно, будет странен, и ему

Внимать в благоговейной тишине

Пристало. Долог день. Лишь полпути

Свершило солнце, на другую часть

Стези небесной только что вступив!"

Так он просил, и Рафаил, чуть-чуть

Помедлив, начал так повествовать:

"— О необъятном, Первочеловек,

Ты просишь. Горестный и тяжкий труд

Подъять я должен. Как я передам