Потерянная
Шрифт:
— Нет. Ничего, — покачал головой Максим.
— Ясно. Найдутся, — как можно увереннее сказал Паскаль, — Уж кто-кто, а Саид всегда знает, что делает. С ними точно все в порядке.
— Надеюсь,..-снова в голосе Максима, я расслышала нотки сожаления или мне уже кажется?
— Ладно. Давайте перебираться в место понадежнее, — Глеб оглядел нас всех, — На окраине города есть квартира. Предлагаю остановиться там, а утром решить, что делать дальше.
— Поддерживаю, — с готовностью кивнул Смерч.
А я что? Я продолжала
Сильный ангел
"Ты меня спасла. Слышишь? Лиз, ты нас всех спасла."
Все изменилось тогда, когда нашлась третья дочь Леонида Георгиева... Кира!
Смерч притащил девчонку с очередной вылазки. И я сразу же понял, что дело дрянь! Невыносимая, наглая, высокомерная, совершенно неуправляемая, ненавистная для меня девчонка. И этими красочными эпитетами я готов был сыпать без конца и края.
Еще в доме ее отца я понял, что Кира самая проблемная из трех сестер. И там же мы с этой выскочкой старались как можно меньше контактировать, иначе мгновенно начали кусаться. Я не нравился ей, а она выбешивала меня одним только видом синих волос, а уж когда открывала свой рот... Хотелось просто придушить на месте. Мы буквально не переносили друг друга, а теперь были вынуждены жить под одной крышей. И это было очень тяжело.
Но больше всего меня трясло от реакции Макса! Лучший друг внезапно начал носится с девчонкой как с писаной торбой. Какого черта? С чего вдруг? Даже с мелкой Зоей Смерч не нянчился настолько сильно.
– От нее одни проблемы, брат, — я должен был достучаться до друга и призвать его облегчить нам всем жизнь.
Хотя и не знал каким образом. Не убивать же девчонку на самом деле. Да и выгнать ее не вариант, хотя желание зашкаливало.
– Паскаль, мы уже говорили об этом. Кира останется здесь, — как обычно совершенно невозмутимо ответил Смерч, не отвлекаясь от планшета, где готов спорить, снова раскладывал Пасьянс.
Уже больше двух недель мы прятались в Карельской глуши, и уже больше двух недель я превозмогал бешеное желание утопить малолетнюю выскочку в лице Киры в водах Онежского озера. Особенно в те моменты, когда Кира смела хамить и обижать Лизу. Как вообще этого ангелочка можно обижать? Она же идеальная!
И тут же приходило понимание, что проблема не в Лизе, а в самой Кире, которая была настолько избалована собственным отцом, что ни во что не ставила никого вокруг себя. Ей все вокруг были должны.
– Что же ты так с ней носишься то? — раздраженно потряс головой я, краем глаза поймав в окне Лизу, которая сидела на крыльце с книгой в руках.
Вот! Снова показывает какая она! Сказано не отходить с крыльца ни на шаг и оставаться в поле моего зрения, и Лиза послушно оставалась на месте.
Невольно взгляд зацепился за милую принцессу и застыл на милом личике. Ну вот какого черта она такая красивая?
– А ты с Лизой? — вопросом на вопрос ответил Смерч, продолжая наш диалог.
– Лизу дали мне под опеку! — рявкнул я, сжав кулаки и практически скрипнув зубами, — Я ДОЛЖЕН с ней носится.
Во всяком случае уже два года я убеждал сам себя в том, что мотивация моего поведения заключается именно в этом, запрещая себе сделать хоть шаг навстречу белокурому идеалу. Нельзя!
Запрещено! Но она была такая невероятная...– Так и Кира не переставала быть моей подопечной, — пожал плечами лучший друг.
Ох, уж эта его безэмоциональность! Аж трясти начинало от злости! С хера ли он такой спокойный то? Эта шизанутая девка ежедневно исполняет какую-то чухню, а ему похер. Он закрывает глаза на все. Блядь. Все чаще начал матерится, когда речь заходила об истеричке с синими волосами.
А когда-то Лиза излечила меня от этого. Наедине с ангелочком матерится я не смел, но Кира... Просто прихлопнуть готов был эту придурошную как назойливую муху.
Я уже было открыл рот, чтобы ответить Смерчу, но не успел.
Дверь в дом открылась и зашла Лиза. Слова застыли на моих губах. Мгновенно Смерч отошел на второй план, а я залип на волшебной нимфе.
– Привет, Максим, — слегка махнула рукой Смерчу девушка и направилась в зону кухни, где на окне продолжал сидеть я.
Нежная улыбка, предназначавшаяся мне, озарила прекрасное личико и в комнате стало словно светлее. Бляя... Что я несу? Ощущение, что Лиза одним своим присутствием плавила мой мозг, в миг делая из меня инфузорию туфельку. Или сопливого малолетку.
– Привет, — Лиза подошла ближе и кивнула на пустую кружку, которая стояла рядом со мной на подоконнике, — Хочешь я налью тебе чай или кофе?
– Хочу, — резко выдохнул я, будто мне предложили совсем не чай, а что-то более желанное.
Но я запретил полету мысли уйти не в том направлении. Хватит, Паскаль! Я конечно же знал, что нравлюсь Лизе и от этого понимания становилось еще сложнее помнить о том, что она для меня табу. Нельзя мне даже задумываться над этим! Запрещено приказом. И не только это было причиной. Даже если не было бы этого приказа. Такой, как я милой Лизе точно не нужен. Не для отношений я. Я подонок, который умеет только пользоваться. И я как бы мне не хотелось попробовать такую чистую принцессу, которых у меня никогда не было, не мог с ней так поступить. И поэтому день за днем я снова и снова тормозил сам себя.
А так сильно хотелось поддаться...
Особенно когда эти светящиеся серебряные глаза с такой нежностью смотрели на меня.
– Чай или кофе? — Лиза застенчиво опустила глаза, но тут же вскинула на меня взгляд снова, заодно и прикусив пухлую губу.
Да что же она творит! В груди разгорелось желание повторить этот жест, но только уже моими зубами. Но нельзя.
– Кофе, Лиз. Кофе, — буквально оторвав взгляд от девушки, я наткнулся на Макса, который с интересом наблюдал за нашим диалогом, — Что?
– Ничего, — покачал головой Смерч и обратился к блондинке, — Лиз, а мне можно кофе?
– Конечно, — девушка отошла к столу и поставила чайник, — Тебе какой?
– Две ложки кофе и две сахара, — ответил Макс и снова переключился на гаджет в своих руках.
– А меня спрашивать не будешь? — внутри кольнуло неизвестное до сих пор чувство, которое мне совершенно не понравилось.
А ощущать я его начал не так давно и сугубо в отношении Лизы и Макса. Ревность? Чушь! Я никогда и никого не ревновал. С чего вдруг начинать сейчас? Она же не моя. Но что-то все же царапало изнутри грудную клетку стоило белокурому ангелу улыбнуться Смерчу.